Чтение онлайн

– Добрый вечер, дорогие друзья!
– громко сказала я в микрофон, стоя на огромной театральной сцене.

В зале воцарилась тишина. На меня смотрели сотни пар глаз: серых, темно-зеленых, голубых, карих.

– Меня зовут Мишель Брэй, я работаю в агентстве «Форджес». Думаю, каждый из вас о нём слышал. Обычно мы занимаемся организацией вечеринок и праздников. Но сегодня необычное мероприятие и, наверное... Наверное, не побоюсь это сказать, одно из самых значимых мероприятий в истории «Форджес» и в моей собственной истории. Сегодня день добродетели. Этот вечер призван

спасти жизнь одному маленькому мальчику. Его зовут Майкл Мюррей. Он очень болен и нуждается в вашей помощи. В помощи вас, - я указала рукой куда-то в центр зала, - и вас. Давайте на день забудем, кто из нас депутат, а кто простая официантка, - я посмотрела на Нэнси - она стояла возле сцены.
– Забудем все условности. Сегодня мы все просто люди. И я очень хочу, чтобы сегодняшний день стал важной частью вашей истории.

Зал бурно зааплодировал. Когда овации стихли, я добавила:

– Но, пожалуй, я не сказала самого важного. Сегодня здесь мама Майкла. Её зовут Нэнси. Она стоит в первом ряду. Нэн, поднимись на сцену.

Прекрасная Нэн в блестящем синем платье поднялась ко мне. Вытирая слезы и улыбаясь, она благодарила меня. Дрожащими руками она взяла микрофон:

– Спасибо! Спасибо вам, что пришли сюда! Спасибо, что помогаете моему сыну! Я даже не знаю, за что мне такое счастье...

Всё шло идеально. Это был настоящий светский вечер - девушки в элегантных платьях с идеально уложенными локонами медленно передвигались по залу на высоких каблуках, мужчины с бокалами шампанского в руках что-то обсуждали и время от времени подходили к ящикам для пожертвований. На большом экране показывались фотографии Майкла, слева и справа стояли волонтёры из благотворительно центра, готовые в любую секунду ответить на все ваши вопросы. Зал был наполнен ненавязчивой живой музыкой - на сцене играл саксофонист.

– Брэй, это невероятно. Так целомудренно, что просто офигительно, - с бокалом шампанского ко мне подошла Деб.

– Я старалась. Спасибо, Деб! Я рада, что смогла оправдать твои надежды.

– Да что ты! Я никогда в тебе не сомневалась, - сделав очередной глоток, ответила она.

Рядом со мной стоял Алекс в отлично сидевшем черном костюме.

– И тебе привет, Деб, - улыбнулся он.

– Ох, Алекс! Прости, совсем не заметила тебя... Хм, чудный костюм! Армани?

– Папин гардероб, - улыбнулся он.

– А твоему папе стоит наведаться к Майклу Корсу... У него отличный вкус. Дизайнерский бизнес по нему явно плачет.

– Я предложу папе... Но вряд ли он захочет променять адвокатскую контору на платья с блестками и разноцветные платки, - засмеялся Алекс.

– Ну, деточки, я побежала к ящикам с пожертвованиям. Мой кошелек очень хочет, чтобы я его опустошила, - и Деб ушла в другой конец зала.

– Я просто восхищаюсь тобой, - сказал Алекс.

– Я сама себе не верю. Смотрю на это всё и думаю: а если меня ущипнут, я проснусь?

– Мишель, ты работала. Много и усердно работала. Неудивительно, что всё это правда. Ты молодец. И ты это знаешь, - приобняв меня за плечи, сказал мой друг.

– Ты говорила с Нэнси?

– Ох, Алекс... Я хочу сделать это уже

полчаса, но работа меня не отпускает.

– Давай сюда свои папки и телефон. Давай-давай.

Я повиновалась и передала всё в руки Алекса.

– Иди к Нэн. Кстати, вон она, - он указал подбородком в сторону сцены - руки его теперь были заняты.

– Алекс, спасибо тебе большое! Я сейчас прибегу!

– Нэнси, милая, наконец, я тебя выловила. Как дела у Майкла? ­- спросила я, подбежав к ней.

– Не самым лучшим образом, - грустно ответила она.
– Я звонила доктору. Он сказал, что сегодня вечером его состояние ухудшилось.

– Ох... Бедный малыш. Но ничего! Мы справимся! Посмотри, зал полон людей, готовых помочь Майклу. Он выкарабкается! Он же у тебя боевой!

– Да, Мишель, ты права, - грустно улыбнулась она.
– Я даже не знаю, как тебя благодарить... Ты столько сделала для нашей семьи. А ведь тебе всего семнадцать. Ты удивительная...

– Нэнси, самой лучшей благодарностью для меня будет тот день, когда Майкла выпишут и ты отпустишь нас на прогулку в парке.

– Моя милая Мишель...
– улыбнулась Нэнси.
– И всё-таки спасибо тебе огромное. Я ещё придумаю, как тебя отблагодарить... Кажется, тебя там зовут.

Я повернулась и посмотрела на Деб - она стояла у коробок для пожертвований и демонстративно махала руками.

– Кажется, это и правда меня. Нэн, - я погладила её по плечу, - не вешай нос. Мы всё сделаем в лучшем виде!

И я пошла к Дебби. Она подготовила для меня прекрасную новость - волонтёры сообщили ей, что мы собрали нужную сумму для операции. Счастью моему не было предела. Я побежала к Алексу, забрала все документы и на новом эмоциональном подъёме закончила работу в разы быстрее.

Расправившись с бумажной волокитой, я упаковала деньги в большой конверт и отправилась на поиски Нэнси. Нашла я её в холле театра.

– Нэн!
– я на всех порах спешила сообщить отличную весть.
– Мы собрали нужную сумму! Уже завтра Майклу смогут сделать операцию.

Нэн сидела на ступеньках, сложив руки и опустив лицо.

Услышав мой радостный возглас, она подняла голову. Её лицо было красное, мокрое от слёз, искажённое от боли.

– О, Нэн, - дрожащим голосом сказала я. Конверт с деньгами выпал из рук.
– Нет, нет, только не это...

Нэн продолжала реветь навзрыд, захлёбываясь в собственном горе. Я подошла и села рядом с ней. Всё потеряло для меня смысл. Глаза больше не горели. В них была абсолютная, глухая пустота.

– Прости... Прости, пожалуйста. Нэн, я просто... Я просто...

– Я знаю, Мишель...
– Нэн всхлипнула, - ты ни в чём не виновата, Мишель. Бог посчитал, что моему маленькому Майклу...
– она снова всхлипнула и неразборчивым голосом продолжала, - что моему малышу будет лучше на небесах.
– Она с трудом закончила эту фразу и разрыдалась. В этих слезах была боль не одной матери, потерявшей сына на полпути от спасения. Почему за всё расплачиваются дети?

– Я хотела помочь ему...
– Он... не должен... не должен был умереть, - голос надорвался, я опустила голову и заплакала.