Пешки Сдвига
Шрифт:
– Ульяна.
– Девочка улыбнулась уже без страха: светло, доверчиво.
– А вас?
– Зови меня - Лихо.
– Блондинка картинно повела плечами.
– Похожа? А вот этот любитель набить кому-нибудь наружность - Шатун. У машины - Алмаз. И последний - красавец мужчина, и мой тайный воздыхатель - Книжник. Вся четвёрка в сборе. Не фантастическая, как этот умник в очёчках когда-то пытался называть: но вполне себе боеспособная. Ну, я думаю, ты уже успела убедиться в полном объёме, что я нисколько не преувеличиваю...
Девочка забралась в машину, сев между Шатуном и Книжником.
– Куда ехать?
–
– Давай, указывай направление. Только лево, и право не путай - а то был у меня один знакомый...
– Прямо, на первом повороте налево, потом сразу направо.
– Ульяна с любопытством озиралась в салоне "Горыныча".
– А классная у вас машина! У нас в Челнах, ни у кого такой не встречала...
– Вот, встретила...
– Лихо повела внедорожник по заданному маршруту.
– Как вы тут поживаете, в Набережных Челнах? Судя по тому, что Шатуну пришлось слегка попотеть ещё на окраине - живёте вы нескучно. Или я всё-таки ошибаюсь? А случившееся с тобой - не более, чем досадное недоразумение.
– Всплеск был?
– Книжник, рядом с которым сидел новый источник информации, вылез на передний план. Не утерпел.
– Только не говори, что у вас всё гладко. Мы вот, не далее, чем сегодня утром, один такой сказочный городок покидали в жуткой спешке. А начиналось всё так роскошно... Но закончилось - хуже некуда.
– Всплеск был с месяц назад.
– Ульяна капельку испуганно посмотрела на него.
– Обычный Всплеск, пересидели полдня с задёрнутыми окнами, и всё... Семён рассказывал, что беспокойнее стало, но я как-то пока не вижу. Вроде бы всё в порядке.
– Что конкретно он рассказывал?
– Подала голос Лихо.
– Поподробнее нельзя?
– Я запоминаю плохо...
– С виноватым видом сказала девочка.
– Имена, лица, мелочи какие-то - запоминаю. А вот рассказы о событиях - плохо. И чужие рассказы - тем более. Но вроде бы, он говорил, что зверьё чаще нападать стало... Даже стаями, причём такими, какие и представить себе нельзя... И у брата очень растерянное лицо было, вот это точно помню.
– Не удивлены...
– Прокомментировала Лихо.
– После разухабистого трио шипачей, чуть не обкорнавшего Шатуна, по самое "не балуйся": в остальное верится как-то проще... Сейчас точно налево? Ничего не перепутала?
– Налево.
– В голосе Ульяны не было и тени сомнения.
– Потом направо.
"Горыныч" свернул, куда было сказано. Спустя несколько минут, он подъехал к обшарпанной панельной пятиэтажке, подкатив к крайнему подъезду.
– Вот и всё.
– Блондинка повернулась к девочке.
– Иди. Мы тебя не задерживаем.
– А вы?
– Ульяна с благодарностью оглядела всех.
– Куда, на ночь глядя?
– Найдём что-нибудь...
– Лихо ободряюще взъерошила ей волосы.
– На самый худой случай - прямо в машине переночуем. Не развалимся. Не мы, и не "Горыныч"... Ты, кстати - не подскажешь, где можно пару коек арендовать? За умеренную плату.
– Пойдёмте к нам.
– Ульяна сделала приглашающий жест ладошкой.
– Места на всех хватит. И платы никакой с вас не возьмём. Какая может быть плата, после того, как вы меня спасли?
– А брат твой как?
– Алмаз испытующе поглядел на неё.
– Может,
– Да вы что!
– Девочка изумлённо всплеснула руками.
– У него, кроме меня - никого нет больше. Ни в этом городе, ни вообще. Он вас на руках носить будет, за то, что меня от Демона отбили!
– Демон - это тот, лопоухий, с кастетами?
– Он, самый.
– Ну, до демона ему ещё тянуть, и тянуть.
– Смешливо сказала блондинка.
– То, что я видела сегодня - это не демон. Так, третий помощник младшего среднеответственного специалиста по чистке котлов для предварительной вечерней варки грешников. Чепушилка безрогая.
Шатун ничего не сказал, но очень выразительно улыбнулся самыми уголками губ.
– Ну что, сообщество?
– Лихо оглядела друзей.
– Доставим людям удовольствие, своим ночлегом? Тем более, что мне до одури хочется увидеть - как Шатуна на руках таскают. Зрелище будет эпическим и душераздирающим - одновременно.
Алмаз с Книжником хохотнули. Шатун ничего не сказал, но вид у него стал донельзя загадочный.
– Дежурим поочерёдно.
– Лихо повернулась к спутникам.
– Сначала Алмаз, потом Шатун, потом я. Книжник от дежурства освобождается.
– Почему это?!
– Очкарик возмущённо свёл брови вместе, приготовившись поднять вселенский хай, по поводу ущемления его прав.
– Я что...
– Ты - ничего.
– Лихо легонько щёлкнула его по лбу, прервав эмоциональный выплеск.
– Ты - отдыхаешь, потому что, я так сказала. Не посетуй, но ты на "Горыныча" - ни с профиля, ни с анфаса - не похож. Если мы бибику, после твоего дежурства, не обнаружим - ты нас на себе повезёшь? Слышал, что Ульяна сказала?
– нет в Челнах второго "Горыныча"... Зато, я так полагаю - желающих обзавестись оным: хоть отбавляй. Верно я говорю?
Вопрос адресовался к девочке, и та кивнул, не особенно раздумывая.
– Могут украсть, запросто... Особенно зная, что это чужая машина, не местная.
– А это значит, что не местную, и очень привлекательную внешне, машину: должен стеречь не местный, и способный на решительные меры человек.
– Блондинка поставила в разговоре последнюю точку.
– Не в Суровцах, мать вашу.
– Суровцы - это где?
– Ульяна удивлённо посмотрела на Лихо.
– Далеко? Вы оттуда?
– Суровцы - это в прошлом...
– Книжник перестал пыхтеть в приступе праведного возмущения, и как-то сразу понурился, запечалился.
– Нет больше Суровцев.
– Ладно, проехали.
– Лихо, в глазах которой на миг разверзлась, и тут же исчезла - тёмная пропасть тоски: посмотрела на Ульяну.
– Веди, давай, где там твоё пристанище...
Девочка выбралась из "Горыныча", и пошла к подъезду. Лихо, Шатун и Книжник потянулись за ней. Алмаз остался в машине, заблокировав двери, и устраиваясь поудобнее.
На первом же этаже, Ульяна подошла к двери квартиры, на которой до сих пор виднелась поцарапанная табличка с номером "43", заколотила кулачком по некогда полированным рейкам, которыми была обита дверь. Теперь на них в нескольких местах, красовались подпалины, пара реек была выломана напрочь.