Чтение онлайн

Батлай перемахнул через, плавно изгибающийся дугой, бугор метровой высоты, сделал несколько шагов в сторону, остановился. Лихо повторила тот же набор движений и, застыла рядом с бурятом; с лёгкой усмешкой глядя вниз.

Неизвестно, какая шалость Сдвига была отпущена порезвиться, но углубление в земле, под углом градусов в тридцать уходящее вниз и влево, напоминало огромную запятую. Лихо стояла на конце её "хвостика", разглядывая немного покатые, неровные стенки знака препинания. Создавалось полное впечатление, что землю выдавило наверх

– Это такой тонкий

намёк, на объёмные обстоятельства?
– Книжник встал возле блондинки, поправляя в очередной раз сползшие на кончик носа очёчки; закладывая в память, ещё одно нестираемое воспоминание.
– С тем понтом, что здесь находится только запятая: а точку - мы будем ставить в другом месте.

– Или многоточие.
– Арсений Олегович, по-старчески покряхтывая, но безапелляционно отказавшись от помощи Алмаза, перелез через бугор.
– Но, лучше бы точку.

"Стеклорез" перепрыгнул вслед за ним, а Шатун просто перешагнул, не размениваясь на всякие мелочи, вроде попрыгушек через такие незначительные препятствия, вроде метрового земляного гребня. Буркнул что-то вроде "век живи, век удивляйся", впрочем, без особого удивления на лице - разглядывая "запятую".

– Не расслабляемся.
– Батлай ткнул стволом "Вала" на уходящий вниз, расширяющийся "хвостик запятой". На глинистой почве, были отчётливо видны частые отпечатки лап камнерезов, свистоплясок, ещё какой-то живности.

– Да? А так хотелось, так хотелось...
– Лихо ответила ему своей фирменной полуулыбкой-полуоскалом.
– Завалиться в бикини, коктейльную соломинку в зубы: и, чтобы знойный мачо - расслабляющий массажик нежно наяривал. Но, раз вы так настаиваете, то придётся отложить на некоторое время.

Батлай продемонстрировал ей почти идентичную гримасу и, беззвучно спрыгнул вниз: плавным, хищным движением, которому позавидовал бы и "пушистик". Пятёрка последовала за ним, немного перестроив порядок. Теперь рядом с бурятом, красовался Алмаз, а блондинка с громилой - шествовали в конце.

"Запятая" была длиною метров в тридцать пять - сорок: в своём окончании - уходя под землю на три с половиной роста Шатуна. На глубине двух с половиной метров, были видны первые признаки приложения человеческих усилий: слой бетона, который был не то - срезан, не то - продавлен.

"Запятая" пробившая слой земли и, потолок "Байкала-4", заканчивалась площадкой диаметром метров в восемь, составляющей "головку запятой". Которая находилась чуть выше уровня пола.

Батлай заглянул внутрь, настороженно поводя стволом автомата. Единственная дверь, имеющаяся в помещении, куда был открыт доступ; криво висела на верхней петле. На полу, имелись грязные, смазанные отпечатки всё тех же звериных лап, ведущих вглубь "Утопии".

Лаконичный кивок головой. Алмаз взял дверной проём на прицел, Батлай спрыгнул вниз, вскинул "ВАЛ". "Стеклорез" покинул площадку, составив буряту компанию. Через четверть минуты, вся шестёрка была в лаборатории.

– Подсобное помещение.
– Арсений Олегович огляделся, на миг размякнув лицом, явно окунувшись в свои воспоминания: но, почти сразу же вернулся в реальность.
– Краешком зацепило "Утопию", са-а-амым краешком... Какие-то полтора десятка метров, и не было бы никаких свиданий с молодостью. Основные

помещения дальше. Сейчас попадаем в коридор и, направо. До двухстворчатых дверей. Потом налево...

– Не частите, уважаемый.
– "Стеклорез" мягко прервал старого учёного.
– Давайте сначала коридор пройдём, а там видно будет.

– Правда ваша. Не подумал. Вперёд?

Вперёд двинулись спустя минуту, произведя несколько незамысловатых, но необходимых манипуляций. Два негабаритных, но мощных фонаря, закреплённых на плечах Батлая и Алмаза, разогнали полумрак, до этого разбавленный только светом, попадающим в него из пролома. Ещё двумя фонарями - снабдили блондинку и Шатуна.

Алмаз с Батлаем, слаженно двинулись к повреждённой двери. Минуя стоящие, и валяющиеся на полу стеллажи со всякими хозяйственными полезностями, вроде запасов бытовой химии, рулонов туалетной бумаги, канцелярских принадлежностей; умело страхуя друг друга. Алмаз выглянул в дверной проём, ловко переместился в коридор, следом скользнул бурят: спустя пару секунд заглянул обратно, махнул рукой. Всё в порядке.

Подсобное помещение, из которого они вышли, находилось в конце длинного, шагов на семьдесят - коридора. С обеих сторон которого - имелись однотипные двери, с табличками "А-1", "Б-1", и так далее. Луч фонаря, выхватил конец коридора. Возле двухстворчатых дверей, одна створка которых - была распахнута на полную: виднелась неподвижно лежащая человеческая фигура в белом халате. Обтянутый высохшей кожей скелет, вытянувший руки в направлении выхода, как будто там было заветное спасение.

– Мирков, мой ассистент. Должен был сопровождать генераторы вместо меня. Да затемпературил накануне...
– Арсений Олегович осёкся, словно в его горле, невесть откуда - появился ком, мешающий говорить.
– А то бы я... здесь...

Он замолчал. Лихо, следующая за ним, утешающее, тихонько похлопала его по плечу.

– Спасибо.
– Бывший глава "Байкала-4", полуобернулся, благодарно кивнул блондинке.
– Всё нормально, просто нахлынуло...

– Ничего, бывает...

Батлай на мгновение застыл возле дверного порога, которым заканчивался коридор: тщательно осветил находящееся за дверью помещение, на предмет гипотетической опасности. Направился дальше.

– А почему лаборатория - подземная?
– Вполголоса спросил Книжник, всё так же - идущий рядом с Арсением Олеговичем.
– Не проще ли, было сделать обычную, где-нибудь в городе?

– Финансы, молодой человек. Только финансы.
– Старый учёный печально улыбнулся.
– Сколько можно украсть при наземной постройке, и сколько - при подземном строительстве? Уверяю вас - разница вполне серьёзная. Разумеется, преподносилось всё это, якобы из соображений вящей секретности: но, сами понимаете... Слова - это просто ширма. За которой, очень интенсивно шелестел водопад из дензнаков, если можно так выразиться. Знаете, сколько покупалось и, сколько продавалось за эти бумажки с водяными знаками? О-о-о... Не сочтите за наглость, но у вас - попросту не хватит воображения. Самый удивительный, и в то же время - паршивый парадокс, состоял в том: что в Утопии, этой оригинальной кормушке - для вконец потерявших совесть субъектов, работали сущие бессеребренники.