Чтение онлайн

— Если твое «местечко, что надо» — это жуткий, всеми забытый рыбацкий городок, то ты еще более жалок, чем мне показалось сначала.

Я начинаю смеяться… ничего не могу с собой поделать… а потом дрожать, когда улавливаю запах имбиря, исходящий от Фрэнни. Ммм… Вызывающие жалость парни, похоже, ее тип.

— Что должно было заставить тебя сменить школу за месяц до окончания?

Я улыбаюсь про себя.

— Бизнес.

— Твоего отца? — выпытывает она.

— Типа того.

Фрэнни смотрит на меня и хмурит брови, пытаясь понять, что это значит. Затем она с грохотом захлопывает шкафчик.

— Так, и какой

у тебя следующий урок?

Я вытаскиваю график из заднего кармана и встряхиваю его, раскрывая.

— Похоже, математический анализ в кабинете триста семнадцать.

— О, тебе досталась миссис Фелч. О-о-очень сочувствую.

— Почему? Что не так с миссис Фелч?

И тут звенит звонок. Фрэнни буквально съеживается.

— Во-первых, она оставит тебя после уроков, если ты не окажешься на своем месте сразу после звонка (сочувствую), а во-вторых, она кусается.

— Ммм… Еще посмотрим. — Я захлопываю свой шкафчик и поворачиваюсь, чтобы отправиться в третий корпус, не пытаясь спрятать улыбку, потому что ее глаза прожигают в моей спине дыру все время, пока я иду по коридору.

Отличное начало.

Ну вот, теперь я витаю в облаках и, в основном, бесполезна на лабораторной по физике. К счастью, мой партнер Картер — одержимый наукой ботаник, который всегда хочет сделать лабораторную самостоятельно. Поэтому сегодня я умываю руки и позволяю ему остаться наедине с печатной платой. Картер поправляет очки и нависает над ней как мать, защищающая свое дитя, пока я размышляю, как так получилось, что Люк появился, откуда ни возьмись, и превратил меня в сентиментальную дурочку. Которой я никогда не была. Ни с одним парнем.

И все же я посматриваю, что делает Картер, потому что он, на самом деле, вовсе не так умен, как думает, и, порой, с риском для жизни готов запустить руку в какую-нибудь режущую штуковину. Но в конце урока я смотрю в свои записи и осознаю, что на протяжении часа все время записывала «Люк» вместо «Ом» [8] . Ручкой. Это плохо.

Несмотря на все свои усилия оставаться равнодушной, я практически бегу к своему шкафчику после сдвоенного урока лабораторной. Но как только заворачиваю за угол, чувствую чью-то руку на своем плече. Оборачиваюсь и вижу Райана Кифа, или «Рифа» [9] для друзей. Он подходит ближе, слишком близко, и смотрит на меня сверху вниз. Затем его губы складываются в кривую улыбку, и я уже знаю, что за этим последует.

— Привет тебе! — говорит он, откидывая от лица свои каштановые дреды небрежным движением руки.

Я ускользаю от его попыток прижать меня к стене.

— Привет, Риф. Как жизнь?

Он прислоняет свое невысокое коренастое тело к стене, бросая быстрые

взгляды в конец коридора на дверь кафетерия.

— Мы хотим, чтобы ты вернулась, — заявляет он, потирая свой подбородок.

Я разворачиваюсь и начинаю уходить, притворяясь, будто от его слов сердце не начало учащенно биться.

— Ни за что.

Он преграждает мне путь, опираясь рукой о стену.

— Я хочу, чтобы ты вернулась, — говорит он низким голосом.

Я смущаюсь и довольно долго глубоко дышу, прежде чем вновь начать говорить. Когда я смотрю в его большие карие глаза, я понимаю, что мое ледяное сердце тает.

— Послушай, Райан. Я… дело не в тебе, на самом деле. — Меня передергивает от того, как ужасно это звучит, но ведь это правда.

Он резко съезжает по стене и выглядит не совсем здоровым.

— Прекрасно! Спасибо за «дело не в тебе, дело во мне» речь. Именно то, что хочет услышать каждый парень.

— Прости, но так оно и есть… Это из-за меня… Не из-за тебя.

Он не может скрыть разочарования.

— Почему? Почему ты не хочешь?

— Я не знаю. Думаю, я просто не ищу настоящих отношений.

Его улыбка не похожа на настоящую.

— Я буду в порядке. Без проблем, — говорит он, словно считает, что я забыла, как он сказал, что любит меня.

Я улыбаюсь и пихаю его локтем, потому что нет смысла сомневаться в его словах.

— О, уверена, так и будет.

— Нет, серьезно, Фрэнни. Парни хотят, чтобы ты вернулась. Мы не можем найти никого, кто хотя бы на десятую долю был столь же хорош, как ты.

— Ты сам можешь петь. Я вам не нужна.

— Я исключительно резервный вид солиста. А нам нужен настоящий певец. Желательно, женского пола. Ну, ты знаешь, для горячительного фактора.

Я закатываю глаза.

— К сожалению, вам придется найти кого-то еще. Устройте прослушивание. Наверняка тысячи людей прямо здесь, в этой школе, будут в сто раз лучше меня.

— Мы уже устраивали. Здесь есть только Дженна Дэвис, которая поет, словно оперная певица, и Кэссиди О'Коннор, которая весьма сексуальна, но… — Он запинается.

— Я знаю человека, который подойдет вам идеально. Она подруга моей сестры. Я дам ей твой номер.

Я делаю попытку уйти, но его рука вновь становится препятствием на моем пути. Внутренне я издаю тихий стон, испытывая непреодолимое желание скрутить его руки за спиной и швырнуть их обладателя в стену.

Он наклоняется, и его губы щекочут мое ухо, а я улавливаю мускусный запах молодого человека. Его мозолистая (из-за частой игры на гитаре) ладонь задерживается на моей руке, заставляя меня вздрогнуть.

— Но мне нужна ты. Я скучаю по тебе, Фрэнни.

Мое сердце трепещет, когда я вспоминаю, как хороши были его губы, но я отбрасываю эти мысли.

Ты меня не любишь.

Я пожимаю плечами, стряхивая его руку, и бегом направляюсь в конец коридора, только чтобы обнаружить свой шкафчик облепленным девчонками. И посередине всей этой безумной толпы стоит Люк. О, да это же Стейси Рэвеншоу со своей ордой «чир-сучек»: Кэссиди О'Коннор — целомудренная ирландская красотка, Валери Блэйк — высокая, темная и великолепная капитанша волейбольной команды и Анжелика Престон — богиня старших классов, блондинистая, красивая и идеально сложенная с претензией на интеллектуальность.