Чтение онлайн

— Девушка, не подскажете, где тут улица Пилота Нестерова?

«Шевроле» остановился, отрезав Ирину от тротуара.

— Нет, — ответила она. — Я не знаю.

За спиной у нее уже вырос плечистый.

— Там где-то музей авиации должен быть, — продолжал допытываться парень.

— Извините, не могу вам помочь.

Внезапно задняя дверца иномарки распахнулась, и из салона выпрыгнул мощный детина с внешностью заправского громилы. Плечистый толкнул Ирину прямо в объятия дружка. Женщина не успела даже сообразить, что происходит. Детина легко втащил ее в салон. Дверца захлопнулась, и иномарка, заурчав двигателем, рванула с места. Плечистый же оглянулся

на окна домов, на сияющие яркими огнями витрины киосков и, засунув руки поглубже в карманы плаща, прогулочным шагом двинулся вдоль проспекта.

Ирина рванулась, но громила держал ее крепко.

— Успокойся, цыпа, — ухмыльнулся он. — Не суетись. Целее будешь.

— Не дури. — Сидящий на переднем пассажирском сиденье человек обернулся. Это был довольно симпатичный мужчина лет тридцати пяти с обаятельной улыбкой и грустными темными глазами. — Тебе всё равно не вырваться, пока мы сами тебя не отпустим.

— Кто вы такие? — задыхаясь, спросила Ирина.

— Считай, что тебя пригласили в гости.

Говорящий вновь отвернулся, но зеркальце заднего вида было повёрнуто таким образом, что женщина все время видела его глаза. В тоне мужчины не слышалось враждебности, и это несколько успокаивало.

— Главное, не делай глупостей, и все закончится хорошо.

— Куда вы меня везете? Что вам нужно?

— В гости. — Мужчина вновь улыбнулся вполне дружелюбно. — Как я и говорил. А нужно нам самую малость. Чтобы твои друзья вернули то, что они должны вернуть.

— Я не понимаю.

— И хорошо. Зачем тебе? Много будешь знать — скоро состаришься.

— И помрёшь, — гоготнул детина.

Ирина повернулась к нему. Лицо её стало холодно-бесстрастным.

— Че? — спросил громила. — Да не шугайся. Будешь хорошо себя вести — ничё с тобой не случится. Поразвлечёмся маленько и отпустим. Ещё и денежек на такси дадим. «Зелёных».

Ирина вдруг подалась вперёд, почти прижавшись к амбалу грудью, и впилась ему пальцами в лицо. Судя по всему, метила она в глаза, но бугай успел отпрянуть. Неожидав такой прыти от худенькой женщины, он разжал хватку, заревел:

— Су-ука!

Ирина рванулась, намереваясь выскочить из машины. Ей даже удалось распахнуть дверцу, но пальцы бугая болезненно-сильно сомкнулись на её плече. Второй рукой громила зажимал щеку. Сама не желая того, женщина угодила ему в нервный узел над верхней челюстью. Лицо амбала перекосило от злобы.

— Тварь! — рявкнул он и вдруг коротко и точно ударил Ирину в солнечное сплетение.

Женщина задохнулась от боли и переломилась пополам, закашлялась. Амбал ударил ее еще раз, по голове. Уже не примериваясь, а так, наотмашь, сверху вниз. Она застонала.

— Хватит, хватит, — остановил бугая обаятельный. — Убьёшь ведь.

— Хрен с ней! — Громила зло уставился на всё ещё согнувшуюся Ирину. — Сука, я бы её прям щас замочил.

Обаятельный повернулся к женщине.

— Ну зачем ты так? Я же сказал: «В гости». Ты не знаешь слова «гости»? Посидим, выпьем хорошей водки. Ты пьёшь водку или предпочитаешь что-нибудь послабее? — и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Шашлык вкусный покушаем. Любишь шашлык? Я так и думал. Подождём, пока твои друзья принесут бумаги. И всё. Потом отвезем тебя домой. Это называется «гости».

Голос звучал спокойно, увещевающе, смешиваясь с монотонным бурчанием мотора. Непонятно было, издевается мужчина или это его обычная манера разговора. Ирина выпрямилась, стараясь отдышаться. По лицу ее текли слезы. Мужчина посмотрел в зеркало, обернулся и, достав из кармана платок,

принялся вытирать женщине щеки, приговаривая:

— Видишь, ничего страшного. Мы обычные люди. Такие же, как и все остальные. Тебе нечего бояться. Вот если бы ты пригласила меня в гости, я бы не боялся и не убегал. Ты пригласишь меня в гости? Пригласишь? — Женщина кивнула. Теперь она почувствовала за его внешней умиротворенностью нечто другое, не передаваемое обычными словами. Нечто ватно-жуткое, переживаемое только в душных ночных кошмарах. — Вот и хорошо. Мы еще будем друзьями, увидишь. Ты любишь друзей? Я, например, люблю и стараюсь их не огорчать.

— Я не буду… огорчать… — едва слышно произнесла Ирина.

Она пока ещё не совсем оправилась после ударов громилы.

— Прекрасно. — Мужчина снова улыбнулся. У него была хорошая улыбка. Аленделоновская.

Повернувшись, он опустил стекло и выбросил платок в окно.

«Телефон затрезвонил часа в три ночи. Ирина должна была бы давно приехать. Я жадно ловил гул лифта, ожидая, что вот сейчас кабина остановится на нашем этаже, лязгнет тяжело сетчатая дверь, а затем по прихожей раскатится веселенькая трель. Лифт упрямо проползал мимо. Трели не было. Ирина так и не появилась. В двенадцать я забеспокоился. К часу начал здорово нервничать. Теперь же находился на грани паники. Олег вновь оказался прав, и это меня напугало. Он, несомненно, знал ТОТ мир лучше меня, неплохо разбирался в его тонкостях, мог заранее спрогнозировать, чего следует ожидать и бояться, откуда придут неприятности и как себя вести, когда они, неприятности, случатся. Сказал „твою женщину украдут“ — украли. Но ещё Олег сказал, что Ирину убьют…

Сейчас он сидел напротив, в стареньком кресле, положив винтовку поперек живота, и наблюдал за мной. Я же расхаживал по комнате из угла в угол. Когда телефон разразился неприятной, режущей трелью, Олег кивнул:

— Возьми трубку. Только спокойно, спокойно, без суеты. Не давай им понять, что ты взволнован. — Я смотрел на телефон словно загипнотизированный. Как будто и не телефон это был вовсе, а бомба замедленного действия, отсчитывающая последние секунды наших жизней. — Переведи дыхание. Так, хорошо. Теперь медленно снимай трубку. Давай.

Я протянул руку, коснулся кончиками пальцев трубки, и на мгновение мне показалось, что она раскалена докрасна.

— Алло!

— Иван Владимирович? — Собеседник, в точности как Сергей Борисович, был спокоен и корректен. Что-то странное происходит с бандитами в последнее время. Или только с их „боссами“? Хотя… это только дундуки орут на дундуков. Вот такая ледяная, безупречная вежливость производит куда более сильное впечатление. — Доброй ночи.

— Ну, доброй, — ответил я с вполне оправданным раздражением человека, которого вытащили из тёплой кровати. — И что дальше.

— Ваша Ирочка у нас в гостях. Она просто чудо.

Человек засмеялся. Не издевательски, а в точности как добряк и умница, сообщающий лучшему другу о крупном выигрыше в лотерею. Сердце мое ухнуло в пропасть. Тело сковало оцепенение.

— Какая Ирочка? — старательно „не понимая“, спросил я.

Олег вдруг зевнул, широко и смачно. Через секунду сам собой распахнулся и мой рот. Олег улыбнулся, кивнул удовлетворенно и показал большой палец.

— Ива-ан Владимирович, не надо. Вроде бы умный, образованный человек, а разыгрываете какой-то дешёвый спектакль. Впрочем, вы режиссер, вам простительно. На первый раз. Так вот, Ирочка погостит у нас, пока вы не вернете наши акции.