Чтение онлайн

Акбар тихо сказал:

– Я знаю, что самые большие глупости совершаются под влиянием страха.

Лейя встряхнула головой:

– Я привыкла не бояться. Особенно если нет причины для этого.

Акбар сочувственно хрюкнул.

– Я сейчас пойду домой и отведаю головы замороженного ормачека. Приглашаю вас составить мне компанию.

Лейя улыбнулась и похлопала Акбара по плечу.

– Спасибо, буду рада составить компанию. Знаете, у нас дома еще остался благословенный напиток каламари, который нам с Хэном вы подарили на свадьбу…

Горячий

влажный ветер обдувал вершину храма Атун, высочайшего из покинутых храмов Массасси на Йавине 4. Люк Скайуокер подставил лицо ветру и наблюдал, как джунгли зеленым колышущимся ковром расстилаются до самого горизонта.

Огромный оранжевый диск газового гиганта Йавина господствовал в небе. Даже прожив здесь пять лет, Люк считал это удивительным, ошеломляющим зрелищем. Он вырос на Татуине, где звезды ночью были лишь тусклыми пятнышками на черном фоне, а днем ослепительный свет двух солнц не позволял взглянуть на небо.

Люк уже давно использовал храм Атун как свое святилище для медитаций. В отличие от Великого Храма, которому была дана новая жизнь в качестве дома джедаев, Атун был оставлен в том виде, в каком его нашли. Его механизмы бездействовали, темные коридоры молчали. Его внешние комнаты были разграблены, но внутренние помещения надежно охранялись ловушками. В глубоких ямах еще лежали изломанные кости неудачливых воров.

Что-то едва ощутимо тревожило сознание Люка, на грани ощущения. Он закрыл глаза, опустив свой внутренний щит, чтобы лучше ощущать потоки Силы, текущие сквозь него.

Жизнь была везде, существа Йавина 4 населяли строения, давным-давно покинутые их создателями, массасси. Разрушенные лестницы не позволяли большинству животных забраться на верхние этажи. Но каменные мыши свили гнезда в вентиляционных отверстиях, и пурпурнокрылые ястребы каждый вечер парили над храмом в поисках добычи.

Люк почувствовал чье-то присутствие. Он вспомнил, что просил Стрина прийти сюда.

Люк не давал Стрину никаких инструкций, кроме назначения места – Храм Атуна, таким образом превращая финальное испытание в головоломку и потенциальный «дом ужаса».

Маскируясь в потоках Силы, Люк отметил прогресс в обучении своего ученика.

Даже будучи еще учеником, Стрин выделялся своей зрелостью и завершенностью. Это качество было заметно даже сейчас, когда он целеустремленно поднимался на вершину храма. Легко и уверенно он двигался через темные коридоры. Когда Стрин приблизился к вершине, Люк мысленно подтолкнул сидящих ястребов в воздух. Они пролетели над головой Стрина как тени, разрезая воздух своими крыльями. Но Стрин не испугался и успешно окончил свой трудный путь.

Когда Стрин подошел к нему, Люк открыл глаза.

– Я рад, ты не разочаровал меня. Садись со мной и посмотри на восток.

Стрин без слов повиновался. Дуга Йавина касалась линии горизонта, образуя геометрию символа, который можно было найти на всех строениях массасси. Люк тихо спросил:

– Ты имеешь успехи в прочтении книг массасси?

Речь шла о собрании древних книг, найденных в разрушенной подземной пещере в джунглях два года назад. Книги были исписаны компактными таинственными

ситхскими иероглифами, но автором был не ситх. Об авторе в книгах не было никаких сведений, но Люк полагал, что это труды одинокого массасси, о жизни, истории и вере. Возможно, это были оригиналы священных текстов массасси, памятники древней устной традиции, записанные образованными рабами.

Стрин ответил:

– Я дошел только до шестнадцатой книги. Чтение их более трудное, чем я предполагал. И это такие книги, с которыми нельзя спешить.

– А ты узнал, что думали построившие эти храмы, о том зрелище, что сейчас перед нами?

– Йавин был одновременно и прекрасным и страшным богом для массасси. Он поднимал их глаза к небу, но делал их сердца маленькими и полными страха.

– Продолжай…

Стрин указал на горизонт.

– Если я понял то, что прочитал, массасси соизмеряли себя с его господствующим присутствием, и казались себе ущербными. Они стояли на вершине жизни этого плодородного мира, но под влиянием этой религии чувствовали себя и свои достижения ничтожными. Они испытывали комплекс неполноценности. И этот парадокс чувствовался во всей их истории.

Люк кивнул.

– Да. Они не смогли выучить урок скромности. Чем величественнее были их достижения, тем сильнее они стремились к этой силе, которая казалась еще очень далекой. Они собирали эти камни в тщетном усилии коснуться лица их бога. И они последовали за темным учением ситхов в тщетном усилии самим уподобиться богам.

– Это было безумие.

Люк мягко сказал:

– Проблеск истины может привести к безумию.

– Что же это за истина?

Люк сделал широкий жест руками.

– Посмотри вокруг нас. Массасси больше нет, их храмы разрушаются, их оскверняют пришельцы. А Йавин по-прежнему правит этим миром.

– Да. Да, я вижу.

– Стрин, я покидаю вас. Я больше не нужен здесь. Нужно, чтобы кто-то другой возглавил Академию. Я выбрал тебя.

Стрин изумленно посмотрел на Люка:

– Покидаете нас? Я не понимаю…

Люк встал и повернулся спиной к храму.

– Когда Сила была едва слышна во мне, подобно шепчущему голосу ветра, Оби- Ван учил меня слышать ее, а Йода – понимать. А потом я сам учил других слышать и понимать Силу. Но сейчас я понял, что не могу слышать Силу так же хорошо, как раньше, хотя сейчас я умею слушать лучше, чем тогда. Слишком много шума, слишком много нужно отсеять, чтобы услышать ее голос. Слишком много вопросов, слишком много требований. Все как будто кричит во мне. Это больно и утомительно. Я не могу больше делать это дело. А дело, которое я должен сделать, не может быть сделано здесь.

Стрин поднялся на ноги.

– Я думаю, я понимаю, почему вы должны оставить нас. И я не спрашиваю, куда вы направитесь.

– Спасибо. Ты примешь на себя то бремя, что я тебе предложил?

– Да, приму. Вы со спокойной совестью можете оставить на меня Академию.

Они пожали друг другу руки. Стрин смущенно улыбнулся.

– Хотя, кажется, я не вполне готов к этому.

Люк тоже улыбнулся.

– Хорошо, что ты так думаешь. Значит ты проявишь большее усердие.