Параллельные прямые
Шрифт:
Видали апостола? Без бумажки двух слов не свяжет, если, конечно, без мата. И это один из лучших.
— Короче так, ребята, — по новой завёл наш Чудотворец. — Как я и говорил раньше, у вас проблемы.
— А я и не знал. — Прокомментировал сообщение напарник.
— Ну, не то что бы очень большие, так, накладочка вышла.
— Да, совсем малюсенькая, — Изя продолжил одностороннюю полемику.
— Моя шутка с названием корабля, оказалась… м-м, несколько неудачной.
— Так ты шутил, сволочь? — Возмущению архангела Израила не было предела. Молодой ещё, наивный.
— Ночью,
— Что там у тебя взорвали, супермаркет на перекрёстке седьмого неба и проспекта имени Взятия на лапу?
— Заткнись пожалуйста, уважаемый, — попросил я. — Мешаешь слушать.
Изя не ответил, лишь презрительно оттопырил нижнюю губу и отвернулся. Шеф, видимо дававший нам время на переваривание новостей, опять заговорил.
— В четыре часа утра, вероломно, без всякого объявления войны, противником был запущен Большой Гудронный Эквалайзер.
— Адронный коллайдер, — автоматически поправил напарник. Тоже мне, заклёпкометр домашнего разлива.
— Были приняты меры по обезвреживанию и остановке агрегата, но в результате его кратковременного воздействия на существующую реальность, произошло самопроизвольное появление нескольких параллельных миров, и срастание их с халявниками. В одной из этих параллелей вы сейчас и находитесь.
— Охренеть! — Теперь уже моя очередь настала спорить с невидимым шефом.
— Связи с этими мирами не существует, за исключением вашего. Да и с вами только по радио. Помочь ни чем не сможем. По прогнозам наших учёных, эффект изоляции может продлиться несколько лет субъективного времени. Короче, господа архангелы, постарайтесь не скучать до решения проблемы. И… не надо меня благодарить. Конец связи.
Изя подошёл ко мне, кажется передумав обижаться, взял за руку, и, глядя в глаза, попросил:
— Гиви, когда отсюда выберемся, не ходи бить ему морду без меня. Хорошо?
— Какой разговор? Замётано. — И повернулся на скрип открывшейся двери. — А, Лаврентий Павлович, заходи. Закончил?
— Нет ещё. Там Акифьев с Сагалевичем доделают. У вас как, связь была?
— Лучше бы и не было, — я махнул рукой и кратенько обрисовал сложившуюся ситуацию. И то, что Никола нашу морзянку понять не может, и про то, что задержимся мы тут гораздо дольше, чем рассчитывали.
— Вот придурок, — Берия оценил умственные способности нашего шефа, — не понимает он. Ну ладно, переводчика не нашёл, но через комп можно было пропустить? Я же сам ему в прошлом месяце новейшее ПО поставил.
— Висту, что ли, десятую?
— Отстой твоя Виста. Я только собственными разработками пользуюсь. Про Лаврентия-53 слышал? Нет? Это вы зря. Мои ребята старались, Муза майкрософтовского отловили.
— Так это из-за него скандал с олимпийскими бесами был? — Вспомнил Изя.
— Нет, там всё тихо было. Кто эмигранта хватится? Мы его взяли как раз при переезде с Парнаса на Порнай. На 121 статье подловили. А тут ещё целый букет отягчающих обстоятельств. По совокупности на три тысячи лет каторжных работ потянуло. Да, чуть не забыл про своих уголовников, тех, что на «Пижме».
А мне лично предложение старого медвежатника понравилось. Его стоило обдумать и принять нужное решение, стараясь не упустить нашу выгоду. Неплохой гешефт получится. Что, кто работорговец? А по мордасам? Причём тут угольные шахты Гирша Нахамсона? Какие ещё урки? Ах вот вы о чём…. И не собирался…. Какое у людей воображение нездоровое. Хотите — забирайте их себе. Можете хоть в море всех перетопить. Что, не нужны? Просто из абстрактного гуманизма беспокоитесь? С такими вопросами к товарищу Берии, а мы в подобном замечены не были. Стесняетесь? Оно и правильно.
— Сам то, что предлагаешь, Лаврентий Павлович? — Спрашивает Гиви. Правильно, пусть Берия мозгом пошевелит. А то прибежал, вывалил на уставших от ответственного дела товарищей идею. Нет уж!
Предложения у него были. Например, высадить всех на подходящую льдину, дрейфующую в сторону Канады, и пусть американцы их спасают. Всё бы ничего, но вдруг не спасут? Посчитают экономически не выгодным? Второй вариант, с принудительной посадкой всех желающих в спасательные шлюпки, даже не стоило и рассматривать. Не доплывут.
— Давайте их прямо на пароходе отправим. Устроим побег, так сказать. Чего сразу дурак? Баржу-переростка пожалел? Отдадут, по международному праву положено.
— Не дойдут они до Штатов, — сообщил мне Гаврила.
— И не надо. У нас Шпицберген под носом. А что, Троцкого в Норвегии приютили? И сотню беженцев прокормят.
— "Пижму" не отдам.
— Видал жлоба, Лаврентий Павлович? Экономный…. Чего боишься? Сам судно выручать пойду. Куртку кожаную надену, будёновку у Могилевича выпрошу, на боку маузер. Саблю обязательно, с красным бантом. И что бы сапоги дёгтем воняли. Такого вида любой Хокон напугается.
Гиви подошёл к изящному кабинетному роялю, сел, откинув фалды фрака, и аккомпанируя себе, запел томным голосом Вертинского:
И тут вот появляюсь я.Весь в белом, ну, или светло-сером.Красив и грозен, как судья.С большим железным револьвером.(Пометка на полях рукописи. Мелким почерком товарища Берии…. Официально заявляю об отсутствии рояля в радиорубке "Челюскина".)
(Пометка на полях рукописи. Каракули комбрига Раевского…. Вот она, цензура кровавой гебни в действии.)
— Я тебе серьёзно говорю.
— Забудь. Тебе вообще в Норвегии запрещено показываться, — напомнил мне начальник. — Так же, как и в Швеции с Данией.
— Это почему? — Удивился Лаврентий.
— Не знаешь? — Оживился Гиви. — Обижены там не него очень. В своё время товарищ Раевский поручили найти место для ссылки побеждённых скандинавских богов. Справился. Целый город построил в низовьях Волги. Только женщин им не дал. Так и жили, как могли. Отсидели положенный срок, и домой вернулись. А злобу затаили.