Чтение онлайн

— О, боже! Я больше к этому дому ни ногой. — проворчала Алиса. — Очень сладкие бабули.

Ник только пожал плечами, спорить о том, что бабки просто насыпали комплиментов и ничего такого в этом нет, не стал. А объяснять Алисе, что она сама до жути колючая и холодной особа, значило напороться на ещё большую колючесть и холодность.

— Есть куда его положить по мимо кровати?

— Да. Раскладушка где-то была.

Ник суетился, накрывал место для Антона, нашёл вторую подушку.

— Нужно его раздеть. — скомандовала Алиса.

— Это ещё зачем?

— Чё зачем?! Ты если такой умный, то может я пойду, а ты

его откачивай! Осмотреть нужно, его накачали дрянью, били током и резали. Раздевай!

Ник молча принялся стягивать футболку, Алиса кроссовки и шорты.

— Трусы снимать? — выпрямился, над почти голым другом, Ник.

— Зачем? На член его хочешь посмотреть?

На пару секунд молча уставились друг на друга.

— Ай, да иди ты нахуй, Алиса! То снимай, то не снимай. Сама говоришь его осмотреть нужно.

— Слышь, да ты сам иди нахуй! Я пошутила, а ты кукарекаешь сразу… Не нужно с него трусы снимать. Я в аптеку.

— Стой. У меня же аптечка есть.

— И что в ней? Йод?

— Нуу-у… был.

— Ну, можешь сетку на груди нарисовать, в крестики нолики поиграем. Шутка. Скоро вернусь.

Наконец Никита остался на едине с самим собой, не считая Антохи без сознания. В голове пытался осмыслить прошедший день, а ведь он ещё не закончился. Ещё утром взял тридцать третий уровень в игре и планировал немного развлечься… развлёкся. Полез в рюкзак, выложил коробку от телефона, зарядку от него же, шприцы, которые смахнул вместе с ампулами и пачки денег. Смотря на купюры, почесал чуть щетинистый подбородок. Шебурщащий звук собирал мысли в кучу, заставлял задуматься, что со всем этим добром делать.

Антон простонал и поёрзал, Ник какое-то время на него задумчиво посмотрел, в голове нарисовался любовный треугольник, сожаление и ревность. Вспомнил слова Алисы, что она ввязалась в это всё только из-за него.

В дверь постучали. Никита настороженно подошёл к входу.

— Как домофон открыла? — изумился Ник.

— Баба Зина и баба Лида устроили перегонки друг с другом, чтобы мне двери открыть… Мать моя женщина, — прикрыла Алиса рукой рот, как только вошла в комнату, — ты что наделал?

— Чё?! Ты же сама сказала йодную сетку сделать…

— Но я же сказала, что пошутила!

— Так я думал, ты про крестики нолики только!

Рофлянка глубоко вздохнула и махнула рукой:

— Давай займи себя чем-нибудь и не мешай.

— Отлично. Пойду помоюсь…

Никита долго стоял под горячей струёй воды. Глаза закрыты и, кажется, вместе со стекающей водой уходят и проблемы. Внутри между собой боролись терзающие друг друга мысли об убитом им «Бешеном». Он прокручивал эту пластинку памяти снова и снова. Как тогда, так и сейчас чувствовал только страх и ничего больше. Ни сожаления, ни злости, ни ужаса. Только страх. Что случилось бы если он не выстрелил? Байкер убил бы их на месте? Или обоих взял в плен? А что дальше? А выстрели он ему в ногу? Вопросы сыпались и сыпались, как капли из душа. Душа искала оправдание поступку, искала выход. И единственным для себя спасение из терзающей тьмы служили картинки в мозгу: измученный Антон, его обрубленные пальцы, злое лицо «Бешеного» и его нежелание поднять руки вверх, желание побыстрее достать пистолет из-за пояса…

*ТУК-ТУК-ТУК*

— Скоро ты там? Мне бы самой привезти себя в порядок… — послышался глухой женский голос из-за двери.

— Ага. Две минуты.

Быстро

помылся, переоделся в чистое. Подумал, что гардероб точно нужно, если не менять, то хотя бы просто увеличить. Джинсы, ремень, футболка, босиком пошлёпал по ванной комнате. На выходе встретил Алису.

Она сняла свою чёрную курточку с шипами на плечах. И сейчас стояла в короткой майке. Татуировка сбоку пальца с ником «РОФЛЯНКА» и смайликом, оказалось далеко не единственной. Начиная от кистей рук и до самых плеч, ни оказалась и клеточки свободной кожи. Всё забито узорами, цветами, животными…

— Ты дашь пройти или нет!? — злобно прыснула она.

Ник тут же опомнился. Отошёл в сторону.

— Я там простынь свернула, укрой его, чтобы не мёрз.

Алиса зашла в ванную комнату, а Ник зашёл в обычную. Антоха перевязан в руке, в паре мест заклеен пластырем, лицо и волосы протёрты, ссадины чем-то намазаны. Рядом самодельная капельница из приклеенной к шкафу швабры и плечиков, на груди йодная сеточка. Ник расправил простынь, укрыв друга до полвины своего художественного творения. В квартире и правда прохладно, время перевалило за полночь.

Никита подметил, что в комнате у него достаточно чисто. Достойно для того, чтобы кого-нибудь привезти, например, Рофлянку. И в общем она тут. Но обстоятельства совсем не такие, какие представлял себе Ник.

Ещё раз подошёл к рюкзаку. Отсчитал двести тысяч за помощь Алисе. Направился на порог комнаты, и стал ждать пока та выйдет из ванной напротив.

Наконец дверь открылась, и рот Никиты вместе с ней. Он увидел абсолютно все татуировки на её теле, все, потому что она вышла полностью голой. Правую ногу обвила змея с распахнутой пастью у самого интимного места, под грудью орнамент. Но Никита уже не разглядывал татуировки, а жадно метался от груди до бёдер и обратно, два раз успел заглянуть в розовые глаза хищной патеры, которая на носочках и приложив палец к губам, стремительно приближалась. Через секунду её губы впились в его, а тонкие пальцы расстёгивали ремень.

Если, по мнению Ника, прошлый день самый дерьмовый в его жизни, то ночь точно самая лучшая. Пол ночи она терзала его до полного изнеможения, когда самый первый отблеск коснулся белой косички у виска, и розовые линзы вспыхнули ярче, она остановилась. Пальцы, в какой уже раз впившиеся до крови в рёбра, грудь и плечи, расслабили мёртвую хватку. Капли пота стекали по её упругой груди, судороги сводили ноги от удовольствия. Падая сверху вниз, капли непременно щипали царапины. Наконец она поднялась, и тут же растеклась на нём обжигая горячим телом. Сначала поцеловала в губы затем коброй спускалась ниже и ниже. Когда первый яркий лучик солнца коснулся края потолка, она высосала последние капли энергии из его тела. Вытянувшись стрункой, легла на оцарапанной груди и тут же уснула. Ещё через минуту уснул и он.

Лучи во всю били в слипшиеся веки. Никита ощутил шевеление рядом, открыл глаза. Алиса забрала одеяло оставив его лежать голым, машинально, первым же делом, принялся искать трусы. Она встала и укутанная, шлёпая босыми ножками по ламинату, посмотрела в сторону раскладушки:

— Чё пялишься?!

И ушла в ванну.

Ник быстро нашёл одежду, поднялся с кровати. В углу чуть поднявшись на локти округлил глаза пятирублёвыми монетами Антон.

— Брат, иди я тебя обниму, иди ко мне… только срам прикрой, господи.