Отстойник
Шрифт:
Если под людьми разумными она, паче чаяния, имеет в виду нас с Миком, то ответ будет — да. Воображение — наше все. Или как минимум наше многое.
— Твоя жизнь, женщина, и правда в опасности, — обиделся Эл. — Вот — видишь его? Он наверняка послан по твою душу.
Рамон его слов не подтвердил, но и не опроверг. Он лежал себе в благостном отрубе. Или прикидывался, что с его стороны было донельзя разумной тактикой.
— Этот? — взвилась Айрин. — Да таких я… Да лучше семь таких, чем один ты!
Чем лучше? — поднял
Да, от самого фона. Как будто с этим хоть кто–нибудь опаздывал. У него это быстро.
— Намек на семерых мне совсем не нравится, — подумал я вслух. — Там еще один, проблем с ним никаких, но если остальные пятеро как раз заряжают автоматы Калашникова, то я буду решительно против. Ремонтные работы нынче накладны.
— Они придут за тобой рано или поздно! — рявкнул Эл на бедолажку Айрин сильным и звучным голосом. — Бежать от опасности нелепо и бесполезно!
— Это он прав, — признал фон, опять уходя в ковыряние замков на чемодане. — Побежишь, споткнешься, тут–то опасность тебя за задницу и сцапает.
— А ты, значит, рыцарь на белой кляче? — взвилась Айрин и прямо–таки подалась на Эла всем своим внушительным фронтом, чем повергла его в некоторое замешательство и даже заставила, шарахнувшись, распластаться по стенке. Хыыы, занятно. Готов поспорить, перед бульдозером он не спасовал бы. А говорят — молодежь пошла развращенная! То ли врут, то ли он из той ее ренегатской части, которая что–то не то выбрала.
— Минуточку внимания! — я постучал рукояткой револьвера по столу. — Спасибо. Давайте не отвлекаться, ладно? А то правда станет поздно и придут за Айрин какие–нибудь враги, а мы все еще не разобрались, кому давать по физиономии. Продолжай, Айрин. Посреди ночи к тебе пришел Эл — так?
— Ты была голая? — уточнил прозаичный фон и сломал о замок отмычку.
Айрин смерила его уничижительным взором.
— Пришел он и правда ночью. Было душно. Очень. Буквально давило. А он появился, замахал своей железякой, дышать стало легче…
Эл с гордым видом повел плечами.
— … и ну нести полную хуйню про то, что на меня охотятся адские силы!…
— Я так и думал, — ввернул фон. — Адские силы — это, кстати, самое разумное объяснение. Эй, Чико, снимай парик, я знаю, ты рогатый.
— Это не те адские силы! — вступил трубным басом Эл. — Этот человек не оттуда, он из этого мира. Но Тени, которых я вовремя успел сразить, были…
— Да знать я не хочу тебя и твоих теней! — завизжала Айрин в неподдельной ярости. — У нас тут такие адские силы кондиционером гоняют! Тоже мне, Копперфильд! Воздух рубит, а с меча кровь струями!
— Это Тени, адские твари! — заревел в ответ и Эл.
— Долой! Долой! Долой! — подтянул и фон, никогда не остававшийся в стороне от общего гомона. —
Ах он гад. Все–то он знает. Хорошо хоть, не маме моей ябедничает. Она до сих пор свято верит, что я не пью, не курю, деньги на ее вояжи зарабатываю, торгуя энциклопедиями, а та бандитская морда, что пыхтит над замками чемодана, играет в бейсбол в высшей лиге. По счастью, фантазии ей не хватило, чтобы верно интерпретировать его нежную дружбу с битой.
— Пошел ты! И Мейсон твой пошел и коньяк его!
— МАААААЛЧАТЬ!
Ух, какой я бываю громкий. И убедительный. Сам замолчал. И горлопаны тоже стихли. Я откинул барабан револьвера и убедился, что все шесть патронов на месте. Захлопнул барабан в раме и демонстративно воздел оружие к плечу.
— Следующему, кто поднимет хай или вообще издаст звук без приглашения, я отстрелю палец на ноге! — (если, конечно, ухитрюсь попасть). — Фон, тебе — сразу голову. Айрин, успокойся и продолжай. Эл — терпи, ты следующий расскажешь нам свою версию.
Эл с достоинством кивнул. Парень определенно начал мне нравиться. Пока еще чисто интуитивно, но за Айрин я и того не мог бы сказать. Эл хотя бы не такой утомительный. Да и пристрелить его при надобности будет проще, нежели женщину. Да, я джентльмен.
— Ну, чего тут продолжать? Сказал, что адские силы ведут на меня охоту и я должна идти с ним, чтобы… блядь, он ТАК выражается! Не упомнишь. В общем, чтобы они меня не ухватили, я должна успеть им нос натянуть, куда–то там с ним отправившись..
Эл открыл рот.
Я качнул револьвером.
Эл закрыл рот.
— Псих, одно слово, — свирепо зыркнула на него Айрин, явно нежнейшее создание. — Щас, ага. Разбежалась и дернула с ним — куда бы вы думали? В самый ад.
Во поет, во поет. Эл возмущенно забулькал, покосился на мой револьвер, решительно уселся на табурет и поджал под себя ноги. С одной стороны, мудро. С другой — теперь и его придется сразу в башку.
— А в ад ты без меня не согласна? — догадался Мик. — Ну вот, а Мейсон все плачется по поводу женского вероломства! Не там копаешь, старик. Вот она — преданность!
— Что ж мне, с этим гадом переться? Да он же маньяк, по морде видно!
Наговаривает. Ничего подобного по морде Эла видно не было. Было у него классическое сосредоточенное лицо абитуриента, вторую неделю бьющегося над выбором колледжа. Вот фон, тот да, нечего возразить. Встретившись с ним вечерком на задворках иного бара, даже патрулирующие копы порываются отдать деньги, часы и оружие. Чтоб просто убил, а не надругался. Хотя он давно уже ведет праведный образ жизни. Карма, однако.
— Мне как раз письмо твое подвернулось, — Айрин вытащила из кармана узких джинсов измятый сложенный конверт. — Прикинула, что недалеко. Ну и сказала ему — приезжай, мол, туда, там поговорим.