Чтение онлайн

— Идём, — он коротко окинул меня взглядом, ничем не выдав мыслей и отношения к новоиспечённому бойцу. Я так и не понял до конца, рад он моему появлению или нет. Но для себя давно решил: доверять и, тем более, верить здесь нельзя никому.

Размышлял уже на ходу, стараясь не отстать от широкого шага Ингвара. Изнурительные тренировки последних двух дней дали о себе знать, и при ходьбе я чувствовал себя уже достаточно уверенно. Мой новый командир не оглядывался, лишь иногда чуть сбавлял шаг, лёгким высокомерным кивком здороваясь со встречными. Ему отвечали вслух, не называя имени, но с заметным уважением. Меня же удостаивали

любопытными взглядами, а я, в свою очередь, коротко кивал и старался не слишком вертеть головой. Одно дело летать невидимым духом и совсем другое — ступать по этим коридорам во плоти. А учитывая, что и призраком побродить по базе особо не удалось, всё вокруг внове.

Ингвар вышел из больницы и отправился в сторону учебного корпуса.

Улица ошеломила меня подзабытыми запахами, звуками и ощущениями, хлынувшими сразу со всех сторон. Недавно прошёл дождь, пахло свежестью, тепло пригревало солнце, проходили по своим делам работники базы, где-то чинили барахливший движок: ремонт сопровождался сбивчивым «чиханием» техники и негромкой беззлобной руганью механика….

И я вдруг почувствовал себя не просто выздоровевшим, а живым. Господи, хорошо-то как… Чертовски хотелось постоять и надышаться всем этим после стерильного одиночества палаты, но отставать нельзя. Потому я даже не замедлил шага, наслаждаясь теплом и свежестью на ходу.

У отряда шла тренировка в зале.

Честно говоря, сначала я вообще не понял, что это тренировка. Даже оружие в руках бойцов не помогло. В просторном помещении с прозрачным куполом и внешней зеркальной стеной восемь человек в гражданке словно танцевали, рассекая солнечные пятна. Шестеро мужчин разной комплекции и две девушки, Даггер-Леночка и ещё одна, из тех, что называют «серая мышь». Мужчины — кто в футболке и шортах, кто в тонкой рубашке и лёгких брюках. Даггер в симпатичном платье длиной до середины бедра, «мышь» в простенькой блузке и свободной юбке чуть ниже колен. На ножках обеих туфельки с небольшим каблучком.

Две четвёрки, в каждой — один против трёх.

Все, кто составлял круг.

Я невольно замедлил шаг, наблюдая за тем, что они делали.

В каждой четвёрке трое с оружием нападали на одного безоружного. В руках у нападавших армейские винтовки, ножи, пистолеты, у одного — палка, имитирующая дубинку. Атаковали то по одному, то по двое, то все сразу. Что делал оборонявшийся, я просто не мог понять. Нападавшие разлетались в стороны, оружие то улетало на край тренировочной площадки, то оставалось в руках того, кто защищался. Никаких блоков и ударов, фигуры людей поражали своей пластичностью и видимой простотой движений. Они двигались с кажущейся медлительностью, чуть ли не лениво, а не защищались. Но эта красота и простота в реальном бою несли смерть.

И я, три года отслуживший в отряде «С» и десять лет в ЧК, зная все армейские приёмы и по три раза в неделю занимаясь на обязательных тренировках, просто не понимал, как они это делали.

Пока я таращился, как дурак, едва ли не с открытым ртом, Ингвар остановился на краю тренировочной площадки, и меня словно обдало порывом ветра. Так и послышалось жёсткое и холодное: «Внимание».

А может, и не послышалось. Потому что отряд без всякой словесной команды прекратил занятия и выстроился перед командиром. Дыхание ровное, и видно, что ни один из

них не устал. Я остановился чуть позади блондина, снова скользнув за спасительную стеклянную стену сознания, украдкой разглядывая бойцов отряда «Зеро».

На меня смотрели спокойно, без неприязни, но и без любопытства.

Я знал двоих. Леночку и Птицу.

Остальные мне незнакомы.

Пятеро мужчин и девушка, «серая мышь». Причём серая в буквальном смысле: невысокая, с мальчишеской фигурой, которую даже одежда не делала привлекательней, пепельные волосы в жидком хвостике и бесцветные глаза, ничем не приметное лицо. Пройдёт навстречу — сам отвернёшься.

Даггер на её фоне смотрелась просто шикарно и очень сексуально.

Месяц назад, встреть я Леночку на улице, не отказался бы познакомиться поближе. Но теперь она — враг. Я чувствовал, что девушка тщательно прячет внимательность и цепкость за маской равнодушия. Значит, остальным не положено знать, кто я и зачем нахожусь здесь.

Впрочем, взгляд Птицы, стоявшего рядом с «мышью», тоже отличался от остальных.

Не ожидал я увидеть в карих раскосых глазах неожиданную мягкость. Так смотрят те, кто знает нечто такое, что открыто только им. Своего рода снисходительность, но не высокомерная, а мудрая. Но, кроме этого, было там что-то ещё. Глубоко и тщательно скрываемое.

Другие пятеро бойцов, в гражданке, вполне обычной внешности. Не высокие и не низкие, телосложение спортивного типа, но никакой рельефной мускулатуры, которой так любил хвастать тот же Шлем, не наблюдается. Возраст, на глаз, примерно как у меня. Кто-то старше, кто-то моложе, а точнее — кто их знает.

Как-никак отряд «Зеро».

Справа от Птицы стоял довольно высокий русоволосый и кареглазый тип, с лёгким золотистым загаром. Про таких обычно шутили, что их родина — вся вселенная. Дальше шатен с голубыми прозрачными глазами, явно местный. Его сосед — невысокий черноглазый и смуглый брюнет, — наверняка суминец. Следующий — по виду самый старший в отряде, немного коренастый, бритоголовый и сероглазый тип с густым загаром и узким разрезом глаз, мог оказаться с любой планеты. И последний, тоже сероглазый, но чей ёжик волос отливал рыжиной, а кожа носила желтоватый оттенок, — явно уроженец Микампа.

Лица обычные, кто-то посимпатичнее, кто-то попроще. В толпе — растворятся.

Я вспомнил, что теперь выгляжу примерно так же, и мысленно усмехнулся.

И меня подкроили под этот стандарт.

Из приметных мужчин в отряде Птица и Ингвар. Интересно, как все они попали в отряд «Зеро»? Сколько тайн скрывалось в их личных делах? Кем они были в обычной жизни?

Вопросы, на которые я никогда не узнаю ответов. Да мне и не нужно.

Видно, что это команда. Сплочённая, прошедшая многое, в каждом есть холодное и спокойное знание того, что в любой момент он может умереть.

Они напомнили мне «смертников». Но лишь напомнили.

Они были вместе, и каждый сам по себе. Никаких переглядываний, подмигиваний, комментариев, шуток, беспокойных движений, присущих обычным людям.

Молчание. Наблюдение. Полный контроль эмоций.

— Знакомьтесь, — блондин говорит негромко, но очень чётко. — Наш новый боец, позывной — Джокер.

Взгляды прошлись по мне сверху вниз, скользнув по стеклянной стене, и я почувствовал себя букашкой под лупой. Или чёрной вороной в пёстрой стае.