Чтение онлайн

— Ну-с, господа Совет, все высказались, теперь будем определяться: кто чем займется. Будь я хоть трижды вездесущ, в одиночку мне со всеми делами не справиться. Поэтому, сейчас решим: кто из вас, какую часть работы по управлению Академией Михаила Архангела и всей жизнью в крепости, на себя возьмет. Раз мы решили, что все это дело рода Лисовинов, то все родовичи им заниматься и должны. Каждый своей частью, а все вместе — всем. Начнем, Матвей Корнеич, с тебя, поскольку твоя стезя определилась…

— Придумал! — неожиданно перебил Мишку Демьян.

— Что? — Вмешательство двоюродного брата было настолько неожиданным и досадным, что у Мишки, буквально, зачесались кулаки.

— Я же говорил, что мне подумать надо, — напомнил Демьян — вот и придумал.

— Еще б до вечера раздумывал! —

недовольно пробурчал Илья. — Кстати, ты не только подумать обещался, но еще и поразить нас всех сулил. Ну, и чем же поражать будешь?

— Порядка ни в чем нет! — ничуть не смутившись, принялся излагать Демьян. — Сколько земли под пашню высвободилось, не знаем. — Демьян загнул палец на руке. — Артель Сучка и бывшие устиновские холопы на посаде строиться собрались. Кто-нибудь посмотрел, как и что они строить будут? Я посмотрел: не посад, а торжище — все в кучу, без всякого порядка! — Демьян загнул второй палец. — Скотина не пристроена, загон для коней третий раз на новое место переносим — все время всем мешает. — За вторым последовал третий палец. — В крепости не пройти не проехать! Кругом бревна валяются, ямы какие-то, кучи земли, глины. Если бы не наказанные ученики, грязью совсем заросли бы. Около кухни дрова сложили так, что поленица упала, девке кухонной ногу зашибло. Это, уже, четыре! — Демьян загнул еще один палец. — На кухне четверо баб и несколько девчонок еле справляются, а когда нинеины работники придут, что делать будем? — Загнув пятый палец, Демка помахал в воздухе кулаком. — Где нинеиных работников селить будем, кто-нибудь подумал? Пойдут дожди, в крепости грязищи по колено станет, об этом задумывались? Сучок все время в Ратное к Алене таскается, рано или поздно, убьют ведь! Кто артелью командовать станет? У Кузьки недавно искры из кузни вынесло прямо на сухие доски, чуть пожар не сделался!

По мере перечисления проблем Демьян все повышал и повышал голос так, что уже почти кричал. Загибать пальцы он прекратил, да и понятно было, что ни на руках, ни на ногах их не хватит. Илья, после каждой озвученной проблемы крякал и расправлял усы, Кузька смотрел на брата так, словно видел впервые в жизни, а Мишка чувствовал, что у него начинают гореть уши — все перечисленное было упреком ему, как единоначальнику, но когда было этим заниматься? То тренировал опричников в учебной усадьбе, то валялся раненый после подавления бунта…

Демку уже откровенно несло:

— Порядка нет, пригляда ни за чем нет, ХОЗЯИНА нет! — вещал он, обличающе уставившись на Мишку. — Я еще много чего указать могу, но и так все ясно! Откуда хозяйскому пригляду взяться, если старшина, вместо того, чтобы делом заниматься, с Юлькой…

— Хватит! — прервал двоюродного брата Мишка.

— Ты мне рот не затыкай!

— Хватит, ты прав!

— Я еще не все… чего?

«Вот так, сэр! Удивить, значит, победить!»

— Ты прав, — повторил Мишка — и главное слово ты, Демьян Лаврович, произнес!

— Какое слово? — Остановка горячего монолога была настолько внезапной, что Демка даже забыл распрямить сжатые в кулак пальцы.

— Главное слово, которое ты произнес, слово «посад». — Подчеркнуто спокойно и неторопливо ответил Мишка. — Если есть посад, значит, есть и город. Если есть город, ему нужен городовой боярин. Если ты не упираешься во что-то одно, а видишь все дела разом, то городовым боярином быть надлежит тебе!

— А?.. — Демьян растеряно огляделся и на какое-то время снова превратился из мрачного мизантропа в простоватого, непоседливого и задиристого Демку времен избиения Ерохи и компании. Выглядел переход от обличения к растерянности довольно комично, первым не выдержал и прыснул в ладонь Кузька, за ним дружно рассмеялись и остальные. Демьян, чувствуя, что смеются над ним, но не понимая причины, побагровел и сжал кулаки, сразу стало заметно, что и ему не чуждо фамильное лисовиновское бешенство.

— Ничего смешного! — попытался успокоить смеющихся Мишка, но, поняв, что его не слышат, грохнул по столу кулаком и рявкнул в полный голос: — Молчать!!! — Дождался тишины и продолжил уже спокойным тоном: — Ничего смешного. Общий пригляд за порядком нужен, в этом Демьян Лаврович совершенно

прав, но кому попало такое дело поручать нельзя! Демьян же Лаврович подходит для этого со всех сторон. Во-первых, только он озаботился общим порядком в крепости, никому из вас этого и в голову не пришло — каждый только о своем говорил. Во-вторых, именно Демьян Лаврович, если помните, первым получил чин десятника Младшей стражи. В-третьих, он строг и спуску никому не дает: в первой полусотне каждый отрок крепость его кулаков на себе испробовал, да и многие новобранцы тоже, не даром же наставники так часто поручают ему занятия по рукопашке без оружия с новичками проводить. Но самое главное — Демьян Лаврович наследник Погорынского воеводства, после Корнея Агеича и Лавра Корнеича, естественно. Наука городового боярства ему нужнее, чем нам всем.

В горнице, уже в который раз за время заседания Совета, разлилась тишина, взгляды господ советников перескакивали то с Демки на Мишку, то обратно.

— А ты… Минь? — громко сглотнув, спросил Демьян.

— А что я? — Мишка с деланным равнодушием пожал плечами. — С меня, пока, Младшей стражи и Академии хватит. А потом… боярство и воеводство — дело наживное, не бойся, тебе дорогу я перебегать не собираюсь.

Снова тишина — наверняка, большая часть присутствующих о вопросах наследования до сих пор ни разу и не задумывалась, а разговор на эту тему и вообще услышала впервые. Увидеть в Демьяне будущего воеводу Погорынского — для этого воображение требовалось напрячь весьма и весьма. Понять же причины мишкиного отказа от борьбы за наследство — это было вообще за пределами понимания всех, без исключения, участников собрания.

«Ну-ну, господа, поскрипите мозгами. Кузену Демьяну в наследниках еще лет двадцать ходить, если не больше, успеете привыкнуть. И к тому, что он будущий воевода Погорынский, и к тому, что есть еще и Михайла, который на воеводство кладет с прибором, хотя мог бы… Рано или поздно, задумаетесь и над тем, что этот самый Михайла намерен уйти от воеводства не вниз, а вверх — куда-то, чуть ли не на княжеский уровень. Как и в какой форме это реализуется, пока неясно, но два года назад все и вообще непонятно было. Поживем — увидим».

— Так кто же из вас главнее? — прервал затянувшуюся паузу Дмитрий. — Как-то непонятно выходит…

«Ну да, тебе субординацию и ясность подавай. Будет тебе ясность!»

— Нет тут, ничего непонятного, Мить. В Ратном есть сотник Корней и староста Аристарх. Сотник главный в делах воинских, староста — в делах обыденных. Конечно, поскольку поселение у нас воинское, сотник, как бы, главнее, но в делах обыденных, если они воинский интерес не затрагивают, Аристарх — первый человек, и сотник ему не указ. Так и мы у себя устроим: есть старшина Младшей стражи и есть городовой боярин — я и Демьян Лаврович. Вы заметили, что он, когда непорядки перечислял, касался только дел обыденных, а не воинских? Сразу стало видно, что тонкость грани между делами воинским и делами обыденными, Демьян Лаврович понимает правильно.

Пока Мишка давал объяснения, Демка сидел выпучив глаза и являя собой образцовую иллюстрацию к выражению: «пыльным мешком из-за угла ударенный». Впрочем, на его месте, подобные же чувства испытал бы любой.

«Удивляйтесь, удивляйтесь, любезный кузен. Ваше удивление ничто, по сравнению с удивлением, которое испытает мадам Листвяна! Позвольте вас поздравить, сэр Майкл, всего одной рокировкой вы создали для нее массу проблем, главная из которых, абсолютная непонятность ваших собственных планов! С одной стороны, вы, вроде бы, самоустраняетесь от борьбы за Погорынское наследство и интриговать против вас становится совершенно бесполезно. С другой стороны, вы постоянно находитесь рядом и имеете возможность вмешаться. Пренебрегать этой возможностью не стоит даже сейчас, а со временем, вы будете становиться все опаснее и опаснее. На первый взгляд, кажется, что вы подставляете кузена, но на самом деле, против него нельзя ничего предпринять, не разобравшись с вами. При этом, интриги бесполезны, и в арсенале династических соперников остается только физическое устранение. Ну, а это, как говорится, будем еще посмотреть».