Отель «Странник»
Шрифт:
– Да, сэр, – отзывается Рахки, вручную закрывая двери лифта.
– И, мистер Нико, – говорит с той стороны решетки Старшая горничная, – с вами мы встречаемся завтра в назначенное время. Если, разумеется, вы все еще остаетесь с нами.
Двери с лязгом захлопываются, и мы оказываемся наедине с Рахки.
Платформа трогается, трясясь и скрипя по пути. Вцепившись в перила, я смотрю на стены гигантского вертикального туннеля, пока мы несемся по Шахте вниз, вниз, вниз. Бездна под нами чудовищно глубока, я не вижу ее дна. В Шахте движется туда-сюда еще несколько лифтов, как вагонетки на американских горках.
Нико, помнится, говорил, что лифты в Отеле повсюду, но эти двери, должно быть, все ведут исключительно в Шахту.
– Это была скверная идея, Рахки, – говорит Нико, когда мы остаемся втроем. – Ты что, не могла просто оставить нас в покое?
Голос Рахки полон яда.
– Нет, Нико. Ты не смеешь приводить в Отель людей со стороны. И ты это сам знаешь.
– Кэм не со стороны, – Нико показывает на мой талисман. – У него есть монетка.
– Посмотрим, что на это скажет руководство.
Клетка трясется, и я крепче хватаюсь за перила. Тонкая металлическая сетка – все, что отделяет меня от этой ужасной ямы. Господи, насколько же лучше зачарованные стеклянные стены!
– Сев тебе доверился, надеялся, что ты будешь молчать, – продолжает Нико. – Я давно ему твержу, что от тебя нужно держаться подальше, и всякий раз ты доказываешь мою правоту.
– Все, что я сделала, – это указала Старшей правильное направление, – Рахки заправляет под хиджаб выбившуюся прядь волос. – Я не устроила Севу неприятностей, хотя могла, потому что было ясно: мальчишка прячется у него под окном. И я знала: это все твоя вина, а не его. Это от тебя ему нужно держаться подальше. Не знаю, во что ты ввязался, но правила есть правила.
– Доносчица.
– Нарушитель, – огрызается она в ответ.
Он злобно скалится, а платформа лифта трясется и переключается на другой трос, по которому уносит нас все глубже во тьму.
– Не знаю, какими историями тебя напичкал Нико, – говорит Рахки, глядя на меня, – но я тебе советую ему не доверять. Он всегда замышляет что-нибудь не то.
Нико сердито кусает губы.
– Единственное, что я замышляю, – это как можно сильнее усложнить тебе жизнь.
– Да, я давно это заметила.
Лифт дзинькает, останавливаясь, и Рахки вручную открывает двери клетки. Мое сердце гулко колотится. Мы втроем выходим в захламленный коридор с металлическими стенами, освещенный тусклыми красными лампами.
Рахки стоит у дверей и следит за тем, как Нико выводит меня в коридор из лифта.
– Я тебя выведу на чистую воду. Это только вопрос времени! – кричит она нам вслед.
Нико шутовским жестом салютует ей и иронически восклицает:
– Так точно, сэр! Хорошего вам вечера!
А потом разворачивается к ней спиной и ведет меня вперед, в смежное помещение.
Эти кривые тесные помещения сплошь состоят из металла. Железные стены грубо покрашены. Наши шаги громыхают по металлическим листам на полу. Потолок затянут проводами, ноздри щекочет кислый запах железа.
– Слава богу, мы от них отделались, – говорит Нико, ведя меня вперед по прямому коридору. – Не будем впредь забывать, что Рахки – из отдела горничных, то есть из рядов нашего врага. Нужно избегать ее всеми способами.
– Она совершенно непохожа на обычных горничных, – говорю я, оглядываясь через плечо. Девушка все еще стоит у железных дверей лифта, провожая нас взглядом. – Где мы? На подводной лодке?
– На подводном уровне, – кивает Нико, подныривая под низко свисающий кабель. Он ведет меня к металлической двери с вращающимся механизмом затвора – в этом коридоре нас ждет много подобных дверей. – Отдел горничных Отеля не имеет ничего общего с уборкой. Здешние горничные не прибираются в номерах – это работа хозяйственного отдела. Горничные занимаются… куда более серьезной чисткой. И все они докладывают о происшествиях этой троллихе, которая именует себя Старшей горничной. Просто поверь: ты очень не хочешь попасться ей под пылевик, когда она наводит порядок.
Он подводит меня к следующей металлической дверце – и тут я преграждаю ему путь.
– Стой.
– Что?
Я даже не знаю, с чего начать.
– Полосатый велел нам не попадаться – а мы уже попались. Что теперь будет?
– На нас как следует накатит Старик.
– Ты не мог бы говорить по-человечески?
Нико вздыхает.
– Настоящее имя Старика – Агапиос. Он тут вроде… старшего управляющего. А может, и вроде владельца Отеля. Но, как я уже говорил раньше, вход в Отель всегда имеет свою цену. Не знаю, какой она будет в твоем случае. Отель решит.
Я смотрю на него во все глаза.
– Но ведь это ты виноват! Если бы вы с мистером Полосатым не…
Нико поспешно зажимает мне рот ладонью и толкает меня к железной стене.
– Не смей произносить здесь его имя, – шипит он и оглядывается назад, в коридор – однако Рахки, к счастью, осталась далеко позади. – Имена очень важны. С твоей стороны было разумно назвать Старшей фальшивую фамилию, но все равно следи за своим языком. Если Отель дознается, зачем мы здесь, нам конец.
– Но почему? – пытаюсь я выговорить сквозь его пальцы. Сердце мое бешено колотится. Что я делаю? Этот парень является ко мне домой, показывает пару карточных фокусов – и я так запросто решаю доверить ему свою жизнь? Я ведь его даже толком не знаю! Он может взять и ни за грош придушить меня в этом ужасном коридоре!
Мне следовало быть осторожнее.
– Даже не представляешь, что они могут с нами сделать. Что он может сделать. Ты зашел уже слишком далеко и должен мне доверять. Мы просто обязаны как следует сыграть свои роли и выйти сухими из воды. – Нико отпускает меня, поправляет костюм и приглаживает ладонью волосы. – Делай, что я говорю, и все будет нормально. Есть контакт.
Меня ужасно испугала реакция Нико на имя Полосатого. С чего бы персоналу Отеля – пусть даже особенного, магического Отеля – так тревожиться о смотрителе музея? Я явно многого не понимаю в этой истории, и Нико не торопится меня просветить.