Чтение онлайн

Служанка в униформе и дворецкий ненавязчиво прислуживали за столом. Едва они подали ужин, как Кэролайн стала мечтать, чтобы он поскорее кончился. Откровенно говоря, присутствие Иана Драйдена, сидящего напротив нее, было лишь одной из причин ее все возрастающего смущения. Именно Нона превратила ужин в настоящее испытание.

Как только появились мужчины, с ней произошла удивительная перемена. Наедине с Кэролайн она была просто разговорчива, теперь же трещала, не умолкая ни на минуту. Это можно было вытерпеть, если бы чрезмерное красноречие Ноны объяснялось ее жизнерадостной

и энергичной натурой. Но ее веселость была наигранной, а болтовня настолько глупой, что слушать ее было невыносимо.

— Как вам нравятся Бермуды, мисс Браунинг? — вежливо спросил Хьюго Мередит, воспользовавшись паузой, пока его жена переводила дух.

— Думаю, мое мнение не отличается от мнения большинства. Это одно из красивейших мест в мире, — ответила Кэролайн, надеясь, что ее ответ прозвучал непринужденно.

— Вы много путешествовали, мисс Браунинг? — поинтересовался Иан Драйден.

Покончив раньше других с омаром, он откинулся на спинку стула и принялся крутить ножку бокала своими длинными, худыми пальцами.

— Нет, — неприязненно ответила Кэролайн, не зная, задал ли он этот вопрос из любопытства или догадался, каков будет ответ, и хотел дать ей понять, что ее мнение не имеет никакого значения.

Если у него и было такое намерение, его разрушила Нона, принявшись рассказывать о пляжном барбекю, на котором они были прошлой ночью.

Когда ужин подошел к концу, Хьюго попросил дворецкого подать кофе в гостиной.

— Вы извините нас, если мы удалимся на несколько минут? — обратился он к женщинам. — Я хочу показать Иану чертеж нового катамарана. Не думаю, чтобы вам это было интересно.

Когда мужчины ушли, Нона и Кэролайн вернулись в гостиную.

— Хьюго без ума от судов, как и большинство бермудцев, — сказала Нона, внезапно притихшая и уставшая. — К несчастью, у меня начинается морская болезнь, стоит мне лишь взглянуть на лодку, поэтому я не могу делить с ним это увлечение.

— Как жаль! Вы пробовали принимать таблетки? — спросила Кэролайн.

— Я перепробовала все. Врачи говорят, что это вопрос воли. Я начинаю думать, что мне станет плохо, и так оно и происходит.

— Я в этом мало что смыслю, но мой дядя служил на флоте, и помню, как он рассказывал нам о бывалых моряках, которым нередко становилось плохо во время шторма. Мне кажется, с этим ничего нельзя поделать. Это все равно что клаустрофобия, когда человек боится замкнутых пространств, — пояснила Кэролайн.

— Я пыталась себя преодолеть, — устало проговорила Нона, — но не могу и чувствую себя таким ничтожеством. Водные виды спорта и плавание под парусом для бермудцев все. За ужином вы сказали, что острова красивы. Думаю, это прекрасное место для отдыха или для того, кто, как и вы, здесь работает. Но жить тут — совсем другое дело.

— Что вы имеете в виду?

Дворецкий внес кофейный сервиз на узорчатом серебряном подносе. Нона ждала, пока он поставит его на столик.

— Спасибо. Ждать не надо.

Когда они вновь остались одни, Нона продолжила:

— Мне кажется, бермудское общество самое закрытое в мире. Если вы не

родились здесь или у вас нет предка, который приплыл сюда на «Плаге» в 1612 году, значит, вы принадлежите к другому виду.

— Но если ваш муж...

— Да, это немного меняет дело, — хмуро согласилась Нона. — Если вы замужем за одним из них, они делают вид, что приняли вас. Но это только кажется. На самом деле они не подпускают вас к себе и никогда не дают забыть, что вы не их круга. Нет, это почти незаметно. Все вроде бы доброжелательны, но постоянно чувствуется какое-то отчуждение.

— Должно быть, вы слишком чувствительны, — проговорила Кэролайн. — Всегда трудно войти в среду людей, которые знакомы уже много лет. Возможно, они искренне хотят, чтобы вы не чувствовали себя чужой.

— Неправда, — с горечью возразила Нона. — Разве вы не заметили, что Иан называет меня миссис Мередит? Я замужем за Хьюго уже больше года, и Иан один из его близких друзей. Он ужинает у нас по крайней мере раз в неделю, а мы часто бываем в его доме. Я называю его Иан, но он ни разу не назвал меня Ноной. Разве это не говорит о том, что он хочет держать меня на расстоянии, показать, что недолюбливает меня?

— Нона, не расстраивайтесь! — обеспокоено воскликнула Кэролайн.

Судя по повышенному голосу и дрожащим губам, Нона была на грани истерики.

— Послушайте, — Кэролайн встала со стула и села рядом с ней на диван, — теперь я здесь, так что вы не одна среди суровых бермудцев. Конечно, я почти все время работаю, но, думаю, мы можем иногда видеться. Почему бы вам не зайти к нам на ужин? Уверена, вам понравятся Ева и Мари-Лор. Наверное, вы скучаете по Лондону и подругам? Когда на душе тяжело, нет ничего лучше старой доброй женской болтовни.

— Да, я ужасно скучаю по Лондону, — дрожащим голосом сказала Нона. — Поэтому я так обрадовалась, когда встретила вас в салоне. Кэролайн, неужели я правда могу прийти к вам? Это было бы замечательно. — Нона прикусила губу, и ее глаза опять наполнились слезами. — Знаю, многие завидуют мне, потому что у меня есть слуги и все на свете. Но иногда мне кажется, что я задыхаюсь. Даже слуги не любят меня.

Пытаясь утешить ее, Кэролайн все испортила.

— Неужели так важно, что все они думают? — решительно произнесла она. — На вашем месте я бы наплевала на их мнение. В конце концов, если Хьюго просил вас выйти за него замуж, ему было, очевидно, все равно, есть у вас предки-колонисты или нет. И поскольку он...

Договорить она не успела — Нона разрыдалась, вскочила с кушетки и с плачем выбежала из комнаты.

Первым движением Кэролайн было побежать за ней, но на полпути к дверям она остановилась. Возможно, Ноне нужно как следует выплакаться, чтобы успокоиться. В доме, кишащем слугами, наверное, нельзя даже поплакать в одиночестве. Кэролайн еще не решила, что предпринять, как услышала, что мужчины возвращаются.

— Кофе, наверное, уже остыл. Простите, что мы так долго задержались. Иан мне сказал, что вы прекрасно ходите под парусом, мисс Браунинг, — с улыбкой произнес Хьюго Мередит, входя в гостиную.