Остров
Шрифт:
– Доброго здоровья, – поздоровался зеленоглазый купец. – Позвольте присесть к вашему столу?
– Да будет над вами рука Велеса, – ответил Ярослав вежливо. – Садитесь. Что вам угодно?
– Серьезные дела с бухты-барахты не решают, – купец сел. Коротко качнулся висящий на поясе кинжал, длинный, в богато отделанных ножнах.
Тут же рядом возник хозяин.
– Пива, – сказал купец и хозяин исчез.
Когда принесли пиво, Ярослав вежливо отказался и налил себе еще молока. Купец не обиделся, лишь кивнул,
– Так в чем дело? – нарушил установившуюся тишину Ярослав, отставив кружку. – Что за дело у вас ко мне?
– Какое дело может быть у человека к Отдавшему Душу? – усмехнулся купец. – Одно! Вы мне нужны, чтобы убить Иного.
– Вы знаете, кто я, но я не знаю, кто вы, – Ярослав откинулся на стуле.
– Меня зовут Белич, я купец из Зеленограда, – сообщил купец. – Как только снег сошел, мой обоз с товаром двинулся сюда по привычному пути. С горцами у меня хорошие отношения, кроме того, я нанял приличный отряд стражи, но дорога оказалась перекрыта.
– Как я понял, из-за Иного? – подбодрил рассказчика Ярослав.
– Именно, – сказал купец и лицо его перекосила гримаса отвращения. – Эта тварь засела в пещере, что выходит на дорогу. Пока мы разобрались, две лошади взбесились и вместе с телегой сиганули в пропасть, а трое моих людей достались Иному на обед. Бросив оружие и смеясь, они вбежали в пещеру. Понятно, что не вернулись.
– Значит чудовище никто не видел? – быстро спросил Ярослав. Мозг его работал, перебирая варианты: кто из Иных размножается перед зимовкой или мигрирует в холодное время года…
– Нет, никто, – купец опрокинул кружку. Пена потекла по бороде, капнула на куртку. – Я сам пробрался сюда обходной тропой. Но по ней не проведешь обоз!
– Я понял, – кивнул Ярослав спокойно. – Моя работа будет стоить двести золотых.
– Что? – Белич подскочил, глаза его сверкнули. – Это грабеж! Сто золотых.
– Почтенный купец не понял, – тихо сказал Ярослав. – Я не торгуюсь. Я просто называю цену.
– Хорошо, согласен, – мрачно буркнул купец. – Товар дороже. Едем.
– Едем, – кивнул Ярослав и поднялся из-за стола.
– Он уехал, уехал! – воскликнула Забава, едва вбежав в комнату.
– Как? – иголка выскользнула из пальцев Веселины и безнадежно исчезла в одной из щелей в полу.
– Уехал! – повторила служанка и, переведя дух, затараторила. – Разыскала я постоялый двор, где он живет. И оказалось, что там подружка моя служит. Она мне все и рассказала. Утром он сегодня уехал, с купцом каким-то!
– А куда, не знаешь? – Веселина ощутила, как кровь отхлынула от щек.
– Куда обычно! Чудовище убивать!
В груди похолодело, сердце словно сжала костлявая безжалостная рука. Веселина стиснула зубы, стараясь не выдать своего состояния и это ей удалось. Служанка ушла, так
Отчего нахлынула тоска, девушка и сама не могла объяснить. Но хандра не проходила, и до самого вечера Веселина сидела, глядя на дождевые струи за окном.
Дождь облек путников скользким покрывалом, захватил в полупрозрачные объятия. Едва выехали из города, налетел ветер, свирепый подарок уходящей зимы. Трепал плащи, терзал лица холодными шершавыми лапами.
Дорога была Ярославу незнакома, сам он прибыл в город с востока, двигаясь по густонаселенным местам. Здесь же не было деревень, лишь возвышались унылые серые утесы, одинаковые, словно горшки у плохого мастера.
Петляя, Отдавший Душу и купец поднимались выше и выше. С такой высоты можно было бы посмотреть на город сверху, но мешали нагромождения скал. Ярослав ехал прямой и спокойный, не оборачиваясь и не обращая внимания на дождь и ветер. Белич пытался его разговорить, но вскоре отстал, устав выслушивать односложные ответы.
Когда поднялись еще выше, дождь сменился снегом. Крупные хлопья оседали на одежде, на лицах, на крупах коней, землю покрыл тонкий белый полог.
День далеко перевалил за половину, когда Белич свернул с тореной дороги на узкую тропу.
– Зачем? – спросил Ярослав.
– Там же Иной! Нам не пройти, – ответил купец, оглянувшись.
– Мне все равно, с какой стороны освобождать обоз, – Отдавший Душу пожал плечами. – Если мы будем пробираться к твоим, то только потеряем время. Поехали прямо.
– Да, ты прав, – смутился купец. – Я не подумал.
Миновали место, где скалы образовывают настоящий тоннель, такой, что только одной телеге и проехать. Серые гладкие стены возносились на недосягаемую высоту и лишь далеко вверху виднелось серое, безжизненное небо, сыплющее снегом, словно прохудившаяся подушка – перьями.
Вскоре скалы разбежались в стороны, слева открылась пропасть, до Ярослава донеслись голоса.
– Еще далеко? – спросил он, повернувшись к Беличу.
– Нет, подъезжаем, – сверкнул тот зелеными глазами. – А что?
– Я слышу разговоры, – равнодушно ответил Ярослав.
– Похоже, это мои люди, – купец недоверчиво скривился. – Но они еще далеко! Как ты можешь слышать?
– У Отдавших Душу хороший слух.
Купец дернулся. Видимо забыл, кто едет рядом с ним, а теперь вспомнил.
Далее ехали молча.
Обоз открылся за поворотом, до Ярослава донеслись запахи дыма и варящейся каши, и в тот же миг Белич остановился.
– Вот она, – прошептал он, поднимая руку.
Но Ярослав и сам увидел пещеру. Червячной норой выглядела она в теле скалы и тянуло из нее тошнотворным запахом. Что самое странное, запах был незнакомый. С родичами этого Иного Ярославу сталкиваться не приходилось.