Чтение онлайн

Выхожу на улицу, и чувствую, как крики сменяются воплями ужаса. Я в недоумении, но в скором времени понимаю причину. Крысы. Не обычные грызуны, а мои старые знакомые. Младшая нежить в окружении множества грызунов-зомби. Это страшно, воистину страшно. И это моя вина. Крики ужаса, десятки крыс нападали на одного человека, сотни вползали в дома, и бесчисленное множество, не та жалкая горстка, наполняла город. Почему? Может, не стоило трогать дом? Зачем я разворошил осиное гнездо?

Разум словно в тумане, тело не хочет слушаться. Чувствую себя размазней. Что-то холодное поднимается в моей груди.

– Хочешь сделать что-то хорошее, спаси тех, кого можешь. Уменьши свою вину.
– Где-то на границе сознания я слышу шепот, что выводит меня из оцепенения, я схватил первую подвернувшуюся палку и побежал. Я не был героем. Геройство опасно для жизни. Ещё в раннем детстве мне привили

рационализм, а тьма росла во мне.

– Сгинь!
– Я силой ударил палкой по зверьку-умертвию, дробя его хлипкий позвоночник, но нежить это лишь слегка замедлило. Я ударил ещё раз, дробя череп, ещё ломая кости, после чего отошёл в сторону. Тварь ещё шевелилась. И это только крыса! А, как тогда совладать с тем, что крупнее?! Я решил рискнуть, и быстро достал свёрток ткани, в котором был мой кинжал. Развернул его и высадил в тушку бежавшей на меня крысы. Немёртвое тело словно ударило током, и тварь упокоилась окончательно. Один удар, и вся энергии составляющая энергетический каркас влилась в кинжал, а я почти физически ощутил, как начал наполняться его резервуар. Затхлая мертвая энергия, но она быстро начала перевариваться, уменьшаясь в количестве, но повышаясь в качестве. Подобно стервятнику сила поглощала высвободившуюся энергию. Я ощущал кинжал словно свой второй магический резерв, чувство лёгкой эйфории растеклось по моему телу, когда я почувствовал, как энергия идёт от кинжала ко мне и от меня к кинжалу. На мгновение я забыл про крыс, забыл про палку в своей руке. Связь открывала огромные возможности. То, для чего светлым пришлось бы учиться годами, я уже держал в руках, мой кинжал оказывается поглощающий накопитель, это практически дополнительный резерв магической энергии, из которого можно как брать, так и сливать излишки, а стоит провести ещё один тёмный ритуал, нужно всего четыре жертвы, и он станет ещё сильнее. Чувство могущества пьянило, хотелось ещё больше напоить кинжал кровью, наполнить себя силой и опробовать новые возможности.

С огромным трудом мальчик совладал с этим чувством. Тяжело дыша, Орсо спрятал свой первый тёмный артефакт на своё законное место. По телу растекалось необычное тепло. Нет не такое, как от огня. Не такое как от горячей воды или солнца. Скорее это напоминало тепло разлагающегося тела?

Чувство, похожее на морок отступило. Оно не ушло совсем, а притаилось где-то рядом, готовое вернуться в любой момент и с новой силой.

– Так недолго стать маньяком, жаждущим одной лишь силы.
– Орсо почувствовал, как его тело дрожит мелкой дрожью, и дело было не в полчищах нежити, не в страхе, а в жажде силы. Только сейчас мальчик понял, насколько сильно он её желал и если его собственные возможности были далеки до уровня Архимага, то тьма была прекрасным выходом, и просила совсем немного.

– Хватит!
– Орсо со злобой растоптал очередную крысу-зомби. В отличие о своих сородичей умертвий, для их упокоения этого было более чем достаточно. Мальчик тяжело вздохнул. Ему определенно везло с местом, в той части города, где он спрятал кинжал почти никто не жил, от чего и крыс почти не было. Против того количества умертвий, что собиралось на улицах его не то что палка, кинжал вместе со всем резервом не факт что спасёт.

Я шёл вперёд. Люди сражались за свою жизнь. Били крыс кто факелом, кто топором, кто кочергой. Тварей было много, однако людей тоже хватало и надо сказать, что люди справлялись достаточно успешно, хотя и не без жертв. Мужчине с перегрызенным горлом мне нечем помочь, разве что попытаться поднять его труп, вот только сомневаюсь, что ему понравится подобная помощь. Пробираясь дальше я услышал детский крик и поспешил на помощь его источнику. Кричала девочка лет семи, которую крысы загнали в тупик и медленно смыкали кольцо. Пускай до них не доходили простые истины, позволяющие людям отделаться лишь сравнительно небольшими потерями, в гнилых мозгах умертвий определённо присутствовал интеллект. Мёртвый и примитивный, но присутствовал, делая их лишь опаснее.

Медлить было нельзя и, зайдя в тыл скоплению мёртвых, я принялся за их уничтожение. Свой кинжал я решил больше не светить, попались он на глаза кому-то из "слуг Света" и до костра рукой подать. Крыс было всего пару десятков. Немного, но достаточно для того чтобы убить не вооружённого мужчину, про девочку и говорить не о чем. Пожалуй я был слишком холоден рассудком для своих лет, потому вместо того чтобы броситься в бой при сомнительных шансах на победу, я окутал своей энергией палку, серьёзно повысив её опасность для нежити. Удар. Моё оружие пускай и не упокаивает, но повреждает энергетическую структуру умертвия, создаёт брешь в мёртвой ауре ещё

удар, я откидываю в сторону пару крыс, отметив про себя, что внимание нежити полностью переключилось на меня. Раскидываю ещё парочку и хватаю девочку за руку и тяну за собой.

– Бежим!
– Девочка бежала, вцепившись в мою руку своими худенькими пальчиками. Она ощутимо тормозила меня, к счастью крысы бежали не слишком быстро, а тех, что нас догоняли я бил палкой. Правда вечно наша игра в догонялки продолжаться не могла. Я постарался скрыть свои способности, стянул магическую силу с палки, пускай какие-то следы на ней и остались, я не был намерен бросать её тут. Наши догонялки продолжались не очень долго, пока вдруг я не ощутил огромный магический импульс. Второй раз за день я впал в оцепенение и почувствовал радость от того, что скрыл свою силу. Над улицей, окруженный воздушным вихрем летел маг. Летел медленно, словно прогуливаясь и не очень высоко, метрах в семи - десяти над землёй. Но подвластные ему воздушные потоки разом очищали переулки от нежити, будь то грызун зомби или умертвие. Они подобно урагану рвали крохотные немертвые тельца. Прочь. Я побежал прочь, держа девочку за руку. Пускай, сейчас маг увлечен истреблением крыс, а мою скромную силу он не может заметить из-за огромного количества своей собственной, что изменила магический фон вокруг, вечно так продолжаться не может. Пускай у меня и были идеи, как спрятать свою тьму, сейчас они не совершенны, так что не стоит искушать судьбу. Мы побежали дальше.

На следующей улице я ощутил сразу несколько магических всплесков. Инквизиторы. Сильнее всех был инквизитор на плаще, которого была изображена кисть руки, пускай он сам был слабее летающего мага, он поражал своей силой. Инквизитор, шутя, поднимал валун средних размеров телекинезом и запускал как летающий каток в полчища крыс. Мне было трудно оценить вес камня со столь значительно расстояния, однако вспоминая тот факт, с каким трудом я поднимал вишневую косточку, непроизвольно чувствовалось уважение. Ощутимо слабее были инквизиторы с изображениями на плащах, напоминающими пальцы, они осыпали ряды нежити огненными и воздушными атаками, пускай и гораздо слабее, чем городской маг воздуха, однако их было больше десятка, и работали маги сообща. Вот только тут я заметил, что не у всех магов на плащах изображались пальцы. По крайней у двоих на плащах были изображены глаза, по крайней мере, что-то похожее. Эти двое не участвовали в истреблении, вместо этого они жестами, возможно и словами указывали на место, откуда через несколько секунд появлялась новая волна крыс, будь то переулок, дом или даже ход под землёй.

Выводы напрашивались сами собой. Да, похоже, я был тем, кто спровоцировал вторжение нежити, но откуда они взялись? Да ещё в таких количествах? Нежить была дикой, на мой взгляд, но может, кто помог ей накопиться? Но не это было главным, на основе наблюдений я предположил, что инквизиция обучается крайне специализированно. Пальцы боевые маги средники, кисть руки тянет на командира и по силе и по положению, а вот глаза вызывали беспокойство у меня больше всего. Если мои догадки верны, от них надо держаться ещё дальше, чем от остальных инквизиторов.

Наконец мы вышли на улицу, сплошь заваленную крысиными трупиками.

– Ты знаешь, где можно найти кого-то из твоих родственников?
– Обратился я к девочке. Конечно, был риск, что всех пожрали крысы, но это было худшим вариантов, сформулированным моим сознанием. Однако я ошибался.

– У меня больше нет родных.
– Грустно сказала девочка, и прежде чем я успел осознать смысл этих слов, девочка убрала скрывающий шею платочек, обнажая рабский ошейник.

– Только хозяин...
– Затравленно сказал ребёнок, от чего я выругался чисто по-русски.

– Что вы сказали?
– Стареем, я старше её всего лет на пять, а со мной уже на "вы".

– Это не местный диалект. Дай посмотрю ошейник.
– Я всё понял. Девочка беглянка. Об этом говорили и исходящие от неё эманации боли, что говорили о скрытых травмах, и болезненная худоба и слабость - все, что я проглядел в своей охоте на нежить. Ошейник действительно был рабским, однако, к счастью он не оправдал мои худшие опасения, и не включал ничего вроде рабской покорности, да и само плетение было достаточно примитивным. Осмотрев внимательнее плетение, и символы вокруг ошейника я лишь упрочнился в своих выводах. Чары были самыми примитивными, включающими в себя связку из трёх блоков. Одна была примитивным индикатором целостности ошейника, второй был поражающим фактором - наказанием для раба третий активировал само наказание. Что за "наказание" я не разобрался, возможно, удар током, ожог или взрыв головы. Всё же думаю первое или что-то похожее на удар током.