Орион
Шрифт:
Пожав ориону руку, Тюкафкин открыл ворота.
— Взаимно! — проговорил сталкер и вышел за ворота.
Шагая вперёд, орион думал о лежащем в кармане мигающем брелке, выдающем дружественные частотные сигналы экоботам. Но всё равно, червь сомнений всё же поселился где-то внутри сознания, не позволяя ориону чувствовать себя уверенно на все сто процентов. Холодный пот стекал ручьями между лопаток.
В этот момент, орион услышал громкую музыку, вырывающуюся из американского модуля. Это был Чак Берри 1958 года:
«Гоу, гоу, гооооо Джони, го. Го, гооо Джони, го…»
Орион остановился прислушиваясь к энергичному рок-н-роллу.
«Гоу, гоооо Джони гоу!»
Научный комплекс
Смотря на сгоревшие кроны, орион понял, что сектор подконтрольный экоботам только начинается. Артем хорошо знал, что база Мизерова окружена лесным массивом, за которым к югу течёт речная артерия, к востоку располагается озеро. Его маршрут уходил на северо-запад, где находилась деревня «Тихая» и именно в ней надо было искать Профессора.
Обходя чёрные стволы деревьев, орион спешил покинуть это гиблое место, в котором царствовали пять боевых экоботов.
Вскоре Чак Берри со своим «Джонни би гуд» угас и за всё это время пути по полумёртвому лесу от научного центра Мизерова орион слышал лишь свое дыхание и хруст сухих веток. В этой выжженной, расстрелянной и развороченной местности, охотнику начинало казаться, что он совершенно один. С этими мыслями начала расплываться тёплая волна спокойствия, но орион не поддавался этому расслабленному состоянию, понимая, что угроза может появиться в любую секунду.
Густая зелень, сплеталась с сухостоем и гнилью. Рытвины и ямы были на каждом шагу. Грязь и влага царствовали в этом лесу повсюду. Он был похож на гниющие джунгли после муссонных дождей. Какие-то толстые бледные стебли непонятных растений, были похожи на вымытые пальцы покойника. В нос и в рот врывался не воздух, а какой-то густой крахмальный кисель. Было мерзко до ужаса. Через десять минут пути по этим псевдоджунглям, с елями и бледными лианами, экипировка покрывалась плёнкой слизи.
Пройдя ещё несколько десятков метров, парень услышал разрывающее рычание голодного монстра.
Замерев, орион вцепился в автоматическую винтовку и прислушался к рыку. Это был жрун. Рыча и сопя, мутант бежал к ориону, снося всё на своём пути. Приготовившись к стрельбе с колена, орион направил автомат в ту сторону из которой доносились рычания голодного монстра. Прицелом, он уже держал обгоревшие кроны, за которыми с хрустом и треском падали обугленные деревья, бухавшиеся на выжженную траву от чудовищной силы прорывающегося напролом с решительностью танка, огромного мутанта. В какой-то миг сталкер расслышал раздающийся позади механический звук и когда в метрах пятидесяти показалось тулово вырвавшегося мутанта, раздался грохот автоматической пушки. Снеся стволы мёртвых деревьев, бронебойные пули ворвались в тело чудовища и разорвали его на мелкие куски. В считанные секунды от мутанта ничего не осталось. Пригнувшись ещё ниже, орион повернул голову назад и увидел между редкими кронами деревьев «экобота». Робот достигал в высоту метров четырёх. Его металлический квадратный корпус с одной пушкой и двумя, посаженными сверху пулемётами, располагался позади какой-то ёмкости с трубой, из которой вырывался густой пар и всё это добро сидело на огромной танковой основе. Пыхтя паром и визжа механизмами, боевой экобот валил траками деревья и медленно приближался к разорванному мутанту.
— Всем надо кушать! — проговорил орион, отходя в сторону от своего укрытия, к которому уже подъезжал экобот.
Ничего интересного в трапезе «робота с желудком», парень не увидел:
Подъехав к разорванному телу монстра,
Солнце уже было в зените. Адский жар раскалил униформу и оружие. Артёма казалось, что его кровь начинает кипеть в венах. Постоянно себя подбадривая и попивая воду, орион наконец-то преодолел лес и вошёл в царство зелени и мутантов. Сектор подконтрольный роботам-чистильщикам, остался позади.
Зной выжигал всё вокруг. Ориона заливало липким потом, невыносимая жара выжигала все мысли. Язык прилип к нёбу и превратился в изнывающую от нехватки влаги жабу. Артём решил не шутить с такой жарой и передохнуть в тени высокого древнего дуба, раскинувшего свои огромные крепкие ветви как исполинское чудовище. Эта кошмарная шквара грозила мощным тепловым ударом. Артём не торопился подходить к дереву, синяя тень которого манила охотника всё сильнее. Орион внимательно осмотрел покрытый наростами крепкой коры ствол дуба. Не увидев никаких признаков затаившегося лешего и серых опухолей плотоядного гриба, Артём вошёл в теневое пятно и сняв разгрузку с шлемом, присел на сочную, зелёную траву. Глотнув из фляги воды, орион посмотрел в сторону комплекса Мизерова. Сняв защитную перчатку с правой руки, Артём помассировал мокрый затылок. В ушах раздавался тихий треск, который вскоре прекратился.
«Хорошо если всё пройдёт без боя…» — подумал Артём, пытаясь настроиться на мирное решение проблемы.
Но в тоже время, пытаясь зарядиться оптимизмом, он понимал, что процентов семьдесят из вооружения придётся пустить в ход.
Беспокоило его еще то, что Профессор может быть уже давно мёртв и поиски напрасны. От этих мыслей, нахмурив брови, он дёрнул головой и встал на ноги. В гибель, этого человека ему верить не хотелось и такие чёрные мысли иногда врывающиеся в его голову, ему приходилось отгонять постоянно, оставляя в ней только цель, твёрдую и неоспоримую цель.
Взглянув на ударопрочный циферблат наручных часов, Артем тяжело вздохнул. До того времени, как начнёт смеркаться, оставалось больше пяти часов. Это в идеале, если следовать времени и режущим сутки этапам, от утра до вечера. Такое было, но очень редко. Квадрат по всем атмосферным признакам мог устроить утро в полночь, а махровую ночь опустить в разгар обеда. Мог выпасть снег и растаять за час, оставив на земле грязь и слякоть и снова лето. Вообще, времён года в «квадрате» не было. Постоянно стояла перманентная ранняя осень или жаркое лето даже в январе. А если начинался «тороидный смерч», то жди после него испепеляющего зноя и пекла. Если аномалии начинались с самого утра, или ночь затягивалась до самого обеда то всё, пиши-пропало: все 24 часа будет творится такая непонятная ерунда.
Это утро началось ровно и правильно: светило двигалось по небу соответственно суточным часам и только поэтому Артём был уверен в том, что сумерки начнутся в конце девятого вечера. Он уже думал над тем, где ему придётся скоротать время до ночи. Главное не выдать себя и найти какую-нибудь безопасную и по возможности пустую хибару в «тихой деревне», где на каждом шагу, помимо этих сектантов, бродят биотроны и голодные объедки.
— Главное не ввязаться в бой с какой-нибудь мразью и дождаться ночи, — произнёс Артём, поднимая с земли разгрузку и каску.