Чтение онлайн

Он очнулся от звука шагов. Девушка подходила к раскрытой двери. В ее руках был огромный букет орхидей.

Бесшумно войдя в комнату и положив цветы на стол, она на цыпочках приблизилась к кровати, увидела, что лейтенант-коммандер открыл глаза, и весело улыбнулась:

– Ах! Сеньор проснулся.

– Да.
– Несмотря на свое положение, он тоже улыбнулся ей.

– Хорошо! Но вы проспали очень долго. И рука - очень больно?

Она осторожно приподняла покрывало, и лейтенант-коммандер только сейчас заметил, что рукав его рубашки был разрезан до плеча, а рука, закрепленная между двух дощечек,

забинтована.

– О... я не знал, - проговорил он, - спасибо вам, мне очень удобно.

– Это хорошо. Мы старались как только могли.

О, но я так испугалась, когда сеньор постучал в дверь!

Я думала, что вы умерли. И Тота - мистер Харли, мой муж - он думал, что вы никогда... Но что же это!
– Она резко остановилась, и неподдельный ужас отразился на ее лице.

– Что такое?- в тревоге спросил лейтенант-коммандер.

– Как, сеньор же должен проголодаться!
– воскликнула она.
– А я стою тут и болтаю, как какая-нибудь старуха.

Она тут же развернулась и бросилась в кухню.

В последовавшие минут пятнадцать оттуда неслись самые дразнящие звуки и запахи. Только сейчас лейтенант-коммандер почувствовал, как он был голоден - мучительно голоден.

– Сеньор пьет ослиное молоко?
– крикнула Рита из кухни.

– Нет, сделайте просто черный, пожалуйста, - попросил он.

Ему накрыли на бамбуковом столике, подвинутом поближе к кровати. Рита, сказав, что будет работать в соседней комнате, велела непременно позвать ее, если вдруг пострадавшему что-нибудь понадобится, и вдруг, пораженная неожиданной мыслью, наклонилась к столику:

– Я забыла о руке сеньора. Конечно, вы беспомощны - как ребенок!
– и нарезала хлеб и мясо на маленькие кусочки, а грейпфрут разделила на дольки.

Несмотря на все неудобства от действий одной рукой, Рид нашел, что завтрак, состоявший из земляных груш, жареной говядины, приправленного омлета, черного, дымящегося кофе и разных фруктов, невероятно хорош.

Когда он поел, Рита появилась снова и, спросив, курит ли сеньор, обрезала сигару и зажгла ее для него!

Откинувшись на подушку, Рид принялся втягивать в себя и медленно выпускать ароматный дым, не думая ни о чем.

Утро заканчивалось. Рита то приходила, то убегала обратно, легко и бесшумно скользя сандалиями по голому полу и каждый раз спрашивая, удобно ли сеньору.

Разместив орхидеи в красной вазе, она поставила их рядом с ним, на бамбуковый столик. Потом, снова показавшись в дверях, сообщила, что ее муж нашел пони сеньора неподалеку, в роще рядом с дорогой, и что он совсем не пострадал. Она забыла сказать сеньору об этом раньше.

– А!
– только и проговорил лейтенант-коммандер.

Он должен был бы обрадоваться новости; возможно, он и обрадовался, но никак не отреагировал на это известие.

Вскоре после полудня Рита, справившись с работой по дому, села в плетеное кресло-качалку и начала разговор. Она принесла с собой кувшин ананасового сока и предложила сеньору стакан, так что теперь Рид, со всеми удобствами расположившись на куче подушек, лениво потягивал освежающую жидкость.

– Сеньор направлялся в Сан-Хуан?
– неожиданно спросила Рита.

Лейтенант-коммандер кивнул.

– Ах! Это такой чудесный город - Сан-Хуан! Я жила там, -

вздохнула девушка, мечтательно закладывая руки за голову и откидываясь на спинку кресла. Своей фигуркой, маленькой и удивительно стройной, она была похожа на гадалку Веласкеса.
– Там очень весело - музыка по вечерам, гулянья и маленькие стулья, которые падали под весом здоровых американцев. А как мы все хмурились, когда нас заставляли вставать под звуки - как вы его зовете?
– "Усеянное звездами знамя"! {"Star spangle banner" - американский гимн}

Лейтенант-коммандер, потягивая сок, молчаливо наблюдал за ней.

Рита снова вздохнула.

– О, как давно все это было! А ведь прошло всего несколько месяцев. И может, когда-нибудь я увижу его опять.

– Вам не одиноко - здесь, в глуши?

Лейтенант-коммандер с удивлением подумал, что ему действительно интересно услышать ответ.

Он прочел его в ее глазах. Они широко раскрылись и загорелись красноречивым отрицанием.

– Нет, нет! Как мне может быть одиноко - с Тота?
– В голосе Риты прозвучала безотчетная нежность, когда она произносила это имя.
– Это мой муж, - гордо продолжила она.
– Вы не видели его. Он тоже американец.

Единственно, что плохо, - я не могу ни с кем поговорить о нем. Даже с моей мамой; она сердилась, когда Тота увез меня. Наверное, - Рита бросила на сеньора бесхитростный и одновременно боязливый взгляд, - вот почему меня тянет поговорить с вами.

Лейтенант-коммандеру стало неприятно.

– Так вы поженились, - глупо заключил он.

Рита нахмурилась, но ее лоб тут же разгладился, и она легко и счастливо улыбнулась:

– Ну, вы не слушаете. Хотя вы, американцы, все такие. Все, кроме Тота. Скоро он будет здесь; он хотел вас видеть. Он чудесный человек и такой хороший, сеньор.

– Я не сомневаюсь в этом, - сухо сказал лейтенант-коммандер.

– Да. Мы приехали всего девять-десять месяцев назад, и у нас уже много акров кофейных деревьев. В мае они все цвели, представляете? Вы видели когда-нибудь, сеньор? Такие маленькие белые цветы, как звездочки.

Тота сказал, что предпочитает видеть их уже загорелыми, как мое личико.
– И она рассмеялась над шуткой мужа.

Лейтенант-коммандер мало слушал девушку. Он пристально смотрел на нее - на ее смуглые тонкие руки, гибкую фигурку, полную живой грации, на темные, изменчивые глаза. Я не буду пытаться описать ее; вам лучше обратиться за этим к своему воображению. Вы можете судить о ее очаровании уже хотя бы по тому, что лейтенант-коммандер Рид, пока сидел и смотрел на нее и слушал ее голос, впервые в жизни испытывал некоторые чувства.

Она проболтала около часа, в основном про Тота, и все это время сеньор просидел со стаканом ананасового сока, вставляя изредка словечко или просто кивая. Он забыл обо всем на свете, кроме присутствия здесь Риты и своего восхищения ею, и пережил настоящее разочарование, когда дверь открылась и в комнату вошел мужчина.

Это был Харли.

Рита спрыгнула с кресла и подбежала к нему.

– Тота!
– закричала она.

Харли поймал ее обеими руками и поцеловал.

– Да, малышка, я держу свои обещания.
– И он повернулся к сеньору. Вы должны извинить нас, - совершенно невозмутимо улыбнулся он.