Чтение онлайн

Возможно, это была импровизация, может, лишь догадка Винтерса, но Акамине вдруг вытянулась, соскользнув со стула, и встала перед ним по-уставному. Тонкая рука дернулась, чтобы отдать честь.

— Есть, сэр!

Капитан только усмехнулся, отходя на шаг назад и приказал:

— Вольно! Что было дальше?

— Серьезное сопротивление оказали только в первом кольце. Я была там, когда они начали забрасывать нас гранатами. Наш капитан… Он любил выпить, его едва не выперли из космоса, и «Иранец» стал единственным кораблем, на который его взяли. Незадолго до атаки, примерно за

трое суток, он резко прекратил пить, как мы поняли, ему пришел приказ о скором отлете. Так что в момент атаки он был трезв. Когда он понял, что нам не справиться, то побежал в рубку, чтобы отправить сигнал о помощи, я его сопровождала, потому и выжила.

Она снова замолчала, собираясь с мыслями.

— Только в рубке мы поняли, что было нужно напавшим, когда мозг корабля перестал отзываться. «Иранец» не самая современная модель, так что его центральный узел использовался и для исследований, и для управления. Не получив ответа от ИИ, капитан переключился на вспомогательные системы и сумел отправить сигнал. Потом сел и налил себе кофе. Словно ничего не происходило!

У Акамине заблестели глаза, голос дрогнул. Капитан решил уточнить:

— Но в рубке тебя нашли одну. Куда же делся капитан?

— Нападавшие добрались до рубки. Было понятно, что они все равно ворвутся. И тогда он… приказал мне спрятаться, а сам открыл им. Они… они его забрали и ушли, а я осталась в том шкафу.

— У тебя была веская причина для этого, солдат? — Винтерс посмотрел на нее с плохо скрываемым презрением.

— Да. — Она ответила твердым взглядом. — У меня в переднем кармане.

Когда Винтерс подошел к тритонианке и протянул руку, Кейн взял девушку на прицел. Слишком неправдоподобной казалась рассказанная ей история. То есть, все было гладко до момента, когда капитан «Иранца» спрятал охранницу, сдавшись нападавшим. А теперь выяснилось, что у нее есть некая причина, лежащая в кармане.

Капитан Винтерс осторожно приподнял клапан на нагрудном кармане девушки и забрался в него кончиками пальцев. Лицо его было спокойно, но во взгляде появилось напряжение. Когда в его ладони оказалась плоская черная пластинка, он шагнул назад к карте.

— Что это? — он покрутил в пальцах предмет, поднял, попытавшись рассмотреть на просвет.

— Модуль памяти. Я скинула на него данные с центрального компьютера перед тем, как мы отступили из лаборатории. Из-за него капитан и оставил меня в рубке.

— Никогда такого не видел. — Винтерс хмыкнул. Акамине пожала плечами:

— Разработан на Япете-4. Они специально затачивают их под собственное оборудование, которое берегут от чужих, чтобы никто не смог заглянуть в память.

Капитан замолчал, раздумывая.

— Ладно, с этим разберемся позже. — Он обратился к Кейну: — Отведи ее в каюту и запри пока. Мне нужно посовещаться с руководством.

Винтерс вернулся к карте и подозвал старпома. Вместе они склонились над пластинкой и о чем-то негромко заговорили. Стрелок же взял девушку за локоть и несильно подтолкнул к выходу:

— Пойдем.

— Пойдем, — та кивнула в ответ. Когда они оказались в коридоре,

спросила: — Ты здесь единственный солдат?

— С чего ты так подумала?

— Ну, кроме наверное капитана. Но он бывший. А настоящих я издалека чувствую. — Акамине вдруг остановилась и уставилась на него широко распахнутыми глазами. — Может, нам стоит держаться вместе?

Она облизнула губы кончиком языка, приблизившись очень близко. Кейн почувствовал, как растет напряжение, но это продлилось не дольше секунды. Встретив ее холодным взглядом, он сказал:

— Каюты прямо по коридору, лестница вниз. Не заставляй меня ждать.

— Какой грозный. — Тритонианка усмехнулась и, повернувшись к нему спиной, пошагала дальше.

В каюте, временно превращенной в камеру, стрелок снял с нее наручники и вышел. Когда дверь закрывалась, он услышал, как девушка бросила:

— Подумай над моим предложением.

«Аякс» задрожал, когда запустились двигатели и мертвый исследовательский корабль поплыл в сторону, скрываясь за кормой. Смена Бауэра кончилась, и Кейн сменил его на посту: оставлять все на попечение автоматики, когда рядом могут оказаться враги, было бы глупо даже для таких беспечных ротозеев, собравшихся на торпедоносце.

Глядя на проплывающие за иллюминатором звезды, он анализировал услышанное на мостике. В голове крутились слова тритонианки, что кораблей было восемь. Восемь! И только шесть из них погибли у червоточины. Значит, где-то неподалеку могут оказаться два оставшихся, и вероятнее всего, окажутся, ведь пройти сквозь дыру у них не получится, пока там не разберутся с мусором. Включив радио, стрелок связался с мостиком:

— Капитан, это Кейн. Я тут вспомнил о том, что сказала тритонианка, о восьми кораблях…

— Мы обсудили этот вопрос и сейчас летим обратно к червоточине. Там передадим девушку военным и отправимся выполнять основное задание. Я ответил на все интересующие вопросы?

— Да, сэр.

— Возвращайтесь к работе, Кейн.

Отличная идея — перекинуть все обязанности на военных, здесь не поспоришь. Хоть «Аякс» и создан, как охотник на пиратов. Мысленно отмахнувшись от этой проблемы, стрелок устроился поудобнее в кресле и замер. Ему показалось, что звезды во мраке за иллюминатором подозрительно моргнули, словно между ними и торпедоносцем пролетело что-то не особо крупное, с небольшой корабль. Не прошло и секунды, как в том же месте промелькнула вторая тень. Раздумывать над тем, вернулись ли это корабли противника или ему показалось, Кейн не стал. Вместо этого он хлопнул по кнопке тревоги. По коридорам понесся рев сирены, а стрелок уже докладывал на мостик:

— Две цели с моего борта. Двигаются быстро, радарами не обнаруживаются.

— Черт! Прямо как с «Иранцем»! — ругнулся на фоне Ли, было слышно, как по второму каналу он отдает приказы экипажу.

— Постарайся их обнаружить! А я свяжусь с военными! Черт!..

Винтерс отключился. Кейн слышал, как пронесся по коридору Бауэр, как наращивает мощность двигатель. Сейчас главное — на дать противнику раньше времени понять, что он обнаружен и молиться, чтобы ему показалось, и на самом деле это была всего лишь иллюзия.