Чтение онлайн

Глип отреагировал незамедлительно, без вопросов поверив ароиканцу. Похоже, он и сам уже сделал сходные выводы, и Эл лишь подтвердил отдельные его догадки. Между ним и человеком состоялся короткий телепатический диалог, по окончанию которого Роман добровольно отдал оружие.

Прекрасно!

Вскоре катер остановился, в обшивке открылся выход, и все присутствующие поспешили наружу. Вид упавшего крейсера крашей не произвёл на ароиканца никакого впечатления. Это просто слабый кораблик, не выдержавший схватки с передовым отрядом альтаирцев. Нападавших альтаирцев, если судить по рассеянной вокруг энергии, было девять. Не верховные, обычные. Их облако

столкнулось с патрульным крейсером, и все вместе рухнули вниз. Некоторые краши остались живы после крушения и начали неравную борьбу, но все они погибли, не дождавшись помощи.

А помощь была близка. Василий опоздал всего на полтакта. Он налетел на альтаирцев как вихрь и растерзал их всех. Правда, и сам пропустил несколько чувствительных ударов, но смог продержаться в сознании до окончания схватки, после чего безвольно развалился на полу в одном из отсеков корабля. И Альн, и Эл видели все эти детали вполне отчётливо. Другие не видели, но им и не обязательно знать, что здесь произошло. Это уже не имеет никакого значения.Краши наскоро обследовали корпус корабля и открыли в нём проход для остальных. Внутри тянулись полутёмные и просторные коридоры, очень похожие на подземные коммуникационные линии крашей. Хорошо, что маленькие летуны любят простор. Это предусмотрительно с их стороны. Даже глип шёл свободно, не задевая головой свод.

– Капитан Рилон, – обратился к ароиканцу Шеон, – я восхищён вашей выдержкой. Насколько мне известно, ароиканцы в большинстве своём весьма несдержанны, однако ваша трезвая рассудительность делает вам честь.

Эл уловил замаскированный обмен сообщениями между белым крашем и глипом, и мысленно выругался. Этот ублюдок Шеон отваживается на такие простые провокации! Как много ему на самом деле известно?

Но ничего. Скоро события примут куда более благоприятный оборот. Не сказать, чтобы выход, который нашёл Эл, казался идеальным решением – всё-таки он вёл в неизвестность, и многое зависело от верности предположений. Но в данный момент это, и правда, был единственный выход.

Они вошли в большой круглый зал. На обзорных экранах в ночной темноте свирепствовала вьюга. Под дальней панелью на полу лежал человек. Василий из клана Трубачёвых.

Над кораблём ощутимо сгущалась масса инородной материи, в которой копошился поток альтаирцев. Сирф занервничал: чужаков было слишком много, а две главные цели, Василий и Роман, плотно вплелись в альтаирскую боевую энергетическую систему. Не было гарантий, что задуманная авантюра вообще осуществима.

– Попробуй отсоединить их от каналов связи альтаирцев, – приказал капитан, неторопливо приближаясь к Василию. Шеон раздавал указания. Затем с кораблём вышел на связь штаб, наконец-то сообщив о начавшемся вторжении. Да, краши уже давно воюют с Альтаиром. И пока война была односторонней – краши нападали, их враги терпели. Но терпение, как видно, вышло.

Если на Земле альтаирцы не позволяли себе крупномасштабных акций – ублюдки берегли свою репутацию! – то здесь им стесняться было нечего. Старый враг, по которому не грех нанести удар. Никто их за это не осудит.

– Поторопимся! Здесь оставаться нельзя! – обратился ко всем Шеон. Гордые краши, иногда они бывают забавными. Они так долго и успешно воевали с альтаирцами, что чуть не профукали свою планету в противостоянии с примитивными землянами! Какой это был чудовищный удар по гордыне маленьких летунов! Потерять в странной и несправедливой войне сорок миллиардов населения – глупо, позорно, бесцельно. Осталось, конечно,

ещё больше двухсот миллиардов. И ответный удар был очень силён. Но люди выстояли, и теперь, когда конфликт между Кроаном и Альтаиром перешёл в новую фазу, крашам необходим был мир с землянами. Но не слишком ли поздно они спохватились? – Все на катер! – приказал Шеон, а миг спустя до всех присутствующих донеслась отчаянная и паническая волна тех крашей, что остались снаружи. Донеслась и оборвалась. На обзорных экранах отобразилась вспышка. Нет больше катера.

Зал озарился сиянием. Что-то большое, золотистое, светящееся прошло сквозь потолок и застыло посреди зала. Некая невиданная ранее форма альтаирца. Не обычный и не верховный. Это не было похоже и на тот поток света, в который умело превращаться сознание Василия Трубачёва.

В столбе золотого сияния зашевелилось нечто многослойное и многогранное.

– Вы обречены, – сообщило существо, распространяя вокруг себя волну панического ужаса. – Адмирал Шеон, ты ещё можешь спасти свою планету. Если отдашь мне землян – Василия Трубачёва и Романа Елизарова. Все данные об исследованиях этих индивидуумов должны быть уничтожены. Моё требование не обсуждается.

– А если я откажусь? – адмирал выглядел каким-то слабым и потухшим, как и его мысли.

Вместо ответа альтаирец едва заметно шевельнулся, и по его воле возникло трёхмерное изображение Кроана. Миг, и с планеты словно сдули покров облаков, а за ним последовали разъезжающиеся напластования грунта. Планета теряла облик, становясь похожей на комету – за ней стелился след выносимой с поверхности земной породы. Миллиарды тонн материи смело как пыль, вместе с обитателями подземных городов.

– Ещё немного, и станет так. – Существо закрыло проекцию. Краши застыли в воздухе, растерянные и напуганные. Эл незаметно подобрался к Василию, но в этот момент землянин, не открывая глаз и не меняя позы, запел.

– Тирлим-бом-бом, тирлим-бом-бом, а глип идёт купаться!

В столбе золотого сияния возникло движение. Существо развернулось в сторону человека.

– Василий, ты пойдёшь со мной? Судьба планеты зависит от твоего решения.

– Ой, какие люди! – радостно воскликнул человек, вяло зашевелив руками. – Омо! Давненько не виделись, братан! Как поживает Мать? Как её здоровье?

– Мать в порядке, – бесцветным голосом проговорило существо, и эти бессмысленные, как казалось, слова произвели среди всех присутствующих эффект шока. – Так ты пойдёшь со мной? Или будешь упрямиться? Ты ведь понимаешь, ни одна жизнь не стоит миллиардов других жизней.

– Золотые слова, внученька! – развеселился Василий, силясь разлепить отяжелевшие веки. – Вот только что-то меня во всём этом смущает. Такая могущественная шмакодявка, как ты, способна уничтожить целый мир. А одного единственного человека из этого мира вытащить не может! Позор! Позор джунглей! Значит, и у твоих возможностей есть предел, и немаленький такой предел-то! Не йоги горшки обжигают!

– Ты переоцениваешь значение собственной жизни. Забрать тебя отсюда я могу. Но будут нежелательные жертвы. Как ты сам заметил, мир разрушить гораздо проще.

– Что может быть хуже, чем пасть жертвой идиота? – вздохнул человек. – А давай по-другому. Аутогенная тренировка! Слушай мой голос! Раз! Твои щупальца теряют силу и обмякают…

– Василий.

– Два! – не слушая альтаирца, продолжал человек. – Глаза слипаются, тебе хочется спать.

– Василий!

– Три! Ёлочка, умри!