Чтение онлайн

Зверь, подстерегающий его, подбирался все ближе и ближе.

Билл включил фонарь, направил слабый луч света на стволы деревьев, наконец остановил его на зарослях кустарника в десяти ярдах от себя. Зарослях, достаточно высоких и густых, чтобы укрыть даже огромную тушу гризли.

Шуршание прекратилось, когда Сайкес направил свет на кусты. Он обнаружил своего преследователя.

Теперь жертва станет охотником.

Опустившись бесшумно на колени, он поставил на землю фонарь, его луч, быстро угасая, был по-прежнему направлен на густой кустарник. Поднял ружье к плечу, крепко сжал его и медленно спустил курок.

Нападение произошло

в то мгновение, когда выстрелило ружье.

В то время, как из ствола вырвался грохочущий звук, а дуло изрыгнуло мощный заряд, ружье вылетело из рук Билла Сайкеса: что-то обрушилось на него сзади, своим весом придавив к земле, подмяв дробовик под его тело.

Непроизвольный крик, зародившийся где-то глубоко внутри, оборвался до того, как успел слететь с его губ. Прежде чем воздух из легких достиг голосовых связок, гортань его была вырвана из горла, а огромная артерия, несущая кровь от сердца к мозгу, разодрана в клочья.

Билл Сайкес умер, не издав прощального крика ужаса.

Одиночный звук выстрела эхом разнесся по долине. Фрэнк Питере сбежал вниз и отстегнул сворки, сдерживающие двух его ищеек. Дав им в последний раз понюхать рубашку, которую Марианна принесла из комнаты Джо, он резко скомандовал собакам:

— Искать! Вперед!

Гончие звонко залаяли, почувствовав свободу, и помчались вперед, быстро исчезнув в темноте. Питере в сопровождении Рика Мартина, Тони Молено и Оливии Шербурн, — которая, несмотря на самые убедительные доводы Рика, настояла на том, чтобы идти с ними, — продолжал подъем по тропе через сосновый лес, он знал, что потерять гончих невозможно. До тех пор, пока они идут по следу, собаки будут лаять. Если же потеряют его, интонация их завываний мгновенно изменится, они начнут рыскать вокруг в поисках потерянного следа и никогда не отступятся, до тех пор, пока Фрэнк не догонит их, не пристегнет поводки и не оттащит прочь. Даже если преследуемый пойдет по реке, гончие продолжат начатое дело: будут метаться по воде, обследовать оба берега, носиться вверх-вниз вдоль реки, не прекращая поисков потерянного следа.

Несколько минут спустя характер лая действительно изменился, однако не перешел на ноту разочарования, как того опасался Фрэнк Питере. Наоборот, это был взволнованный лай, который издают собаки, когда загоняют жертву в угол.

— Пойдемте, — произнес он, с трудом пустив рысью свое могучее тело. — Они что-то нашли!

Потребовалось не менее десяти минут, чтобы догнать собак. Но когда это им в конце концов удалось, их глазам открылась совсем не так картина, которую они ожидали увидеть. Едва Питере направил луч фонаря на предмет, отвлекший собак от работы, как застыл на месте и тихо выругался.

— Проклятие, — выдохнул он. — Взгляните.

Оливия Шербурн, подоспевшая последней, растолкала мужчин локтями, охваченная ужасом от того, что ей предстоит увидеть труп Джо Уилкенсона, распростертый на земле.

Но вместо этого она увидела тело Билла Сайкеса. Его толстая куртка была разодрана сверху донизу, кожа на спине висела клочьями, голова была неестественно вывернута и держалась на нескольких связках и разорванных мышцах. Не сомневаясь, что он мертв, она, тем не менее, упала на колени и машинально приложила руку к запястью, пытаясь нащупать пульс.

— Кто, черт возьми, мог это сделать? — прошептал Фрэнк Питере, не в состоянии оторвать взгляда от тела. Собаки, прекратившие в конце концов обследовать труп, крутились у

его ног, нетерпеливо повизгивая.

И только Рик Мартин и Тони Молено уже знали ответ.

Отметины на теле Билла Сайкеса были почти идентичны тем, которые они видели на трупе Глена Фостера всего лишь пару ночей назад.

Что бы ни бродило по горам в окрестностях Сугарлоафа, оно вновь нанесло удар.

— Итак, — вздохнул Рик Мартин, — вот что мы сделаем. Я не хочу, чтобы здесь что-то трогали до тех пор, пока завтра утром сюда не прибудут ребята из Бойсе. Не хочу, чтобы нарушали следы, не хочу, чтобы прикасались к телу Сайкеса — ничего. Если где-то здесь кроется ключ к разгадке, я должен его найти, поэтому все должно оставаться на месте до завтрашнего утра. Тони, как смотришь на то, чтобы опять остаться здесь на ночь?

Молено пожал плечами.

— Я пережил одну ночь, надеюсь, что переживу и сегодняшнюю.

— Договорились. Разожги костер и смотри в оба. — Он переключил внимание на Фрэнка Питерса. — Есть шанс вновь вернуть собак на след?

Питере беспомощно развел руками.

— Попробую, но не уверен. — Минут двадцать водил он собак по участку, где был обнаружен Билл Сайкес, стараясь держаться подальше от тела, чтобы не отвлекать гончих запахом свежей крови и не затаптывать место убийства.

Но собакам не удалось напасть на след Джо Уилкенсона. Словно он растворился в ночной мгле.

Первые лучи восходящего солнца, пробившись сквозь затянувшие небо свинцовые тучи, робко заскользили по неровным горным склонам, и казалось, будто едва заметный переход от черноты непроглядной ночи к хмурому серому утру вообще не имеет источника. Медленно выплывали из темноты призрачные очертания огромных величественных утесов и высоких деревьев, зеленым покрывалом окутавших горы от верхней границы леса до раскинувшейся внизу долины.

Джо Уилкенсон зарылся поглубже в постель, не желая выбираться из крепких объятий сна и пытаясь оттянуть момент пробуждения. Но когда утренний холод добрался наконец до его тела, он потянул на себя одеяло, крепко сжав его пальцами. Но что-то было не так — вместо привычной мягкости стеганного ватного одеяла, Джо почувствовал в руках что-то другое. И тут же проснулся, открыл глаза. Он лежал на боку, и первое, что увидел, было окно.

Окно без стекла в пустой раме.

Окно, которого не должно быть, потому что дома, в своей комнате, он его не мог видеть, лежа на левом боку. Пульс мальчика участился: он вдруг осознал, что кровать, на которой он спал, была чужой. У него болели все мышцы, и не только от холода, который, казалось, пробирал его с каждой секундой все сильнее и сильнее, до самых костей, но и от непривычной жесткости. Джо сел, и звериная шкура, которой он был накрыт, упала, а он задрожал еще сильнее от подувшего из окна холодного воздуха.

Где он?

Почему не дома?

Джо пытался вспомнить, что случилось прошлой ночью. Воспоминания возвращались к нему по частям, разрозненно.

Вчера вечером его вновь охватило это чувство.

Страшное чувство нервного возбуждения.

Потребность убежать в ночную мглу.

Он слышал голос, взывавший к нему, шептавший его имя.

Он пытался отгородиться от него. Но чем упорнее старался не слушать, тем настойчивее становился голос.

А не начал ли он действительно сходить с ума? Эта мысль испугала Джо больше, чем вселяющие ужас метаморфозы, происходящие с его разумом и телом.