Чтение онлайн

Оказывается я даже не заметила, как сделала несколько шагов назад.

– Телефонами обменяемся? – тихо спрашивает Смирнов, когда открывает дверь.

– Нет, - отвечаю я и ловлю на себе тяжелый мужской взгляд.

Сава кивает и выходит на крыльцо.

Я шумно выдыхаю и обессиленно наваливаюсь на дверь, чтобы её закрыть, но… Но дверь снова открывается и в дом возвращается Смирнов.

– Попрощаюсь.., - заявляет он и сгребает меня в объятия.

Я особо не сопротивляюсь, когда Савелий набрасывается на мои губы и стягивает с плеч пиджак. Несильно толкая парня в

плечо, я царапаю ногтями его пальцы и наслаждаюсь огнем его твердых губ. Ненавижу себя и его за это удовольствие, но сделать ничего не могу.

А потом он уходит. Ничего больше не говорит и не делает. Хлопает дверью и уходит...

Последующие несколько недель я часто возвращалась мыслями в то утро, когда Савелий приходил ко мне в дом сообщить об отъезде. Три долгие недели моя душа и тело предательски выли в унисон, а голова отказывалась здраво рассуждать.

Я играла. Каждый день, каждый час, каждую минуту. Актриса из меня вышла херовая, но я пыталась как могла. Играла роль директора, которая больше не вывозила руководство предприятием. Играла роль дочери, которую достал отец. Но хуже всего я играла роль подруги, которую одолели друзья. Они звонили мне практически каждый день, словно чувствовали, что я на грани, но разговоров о больном и близком, я всячески избегала.

Я играла! Играла! Играла! Я постоянно боялась выйти из призрачного мира своей слишком фальшивой игры.

Приходя домой, я спешно принимала душ, пила успокоительный чай и ложилась в кровать. Пока чай мне помогал уснуть, но я беспокоилась, что если я сразу не лягу, то он перестанет помогать и ночью я с ума сойду от какофонии мыслей.

Вчера я практически сдалась и запросила в отделе кадров личное дело Смирнова. В течение двух часов я мазахистически листала дело, уделяя особое внимание его фотографии и номеру телефона. Я обратила внимание, что в разделе "родственники", Савелий указал только отца и братьев, а напротив матери поставил прочерк.

– Возможно он тоже потерял мать?
– гадала я и прижимала к груди его заявление об увольнении. Причём неровные строчки очень быстро стали расплываться из-за того, что глаза наполнились слезами.

В тот момент я в полной мере осознала, что больше никогда не увижу Савелия. Он предатель и лжец, но я готова была его простить, лишь бы парень вернулся назад. Я подыхала без него – душевно и физически! Чувства к нему глубоко и цепко засели внутри меня и не желали утихать. Более того, мне стало казаться, что я люблю Смирнова.

Влюбилась по настоящему, дура! Не привязалась, не захотела, а именно полюбила. Его… Наглого обманщика.

Сегодня я решила с работы идти пешком. Водитель довез меня до нашего небольшого коттеджного посёлка на окраине города, а на повороте я попросила его остановить. На улице шёл мелкий летний дождик и мне захотелось освежить голову перед сном и нагулять ещё большую усталость.

Пока шла по посёлку, ловила себя на мысли, что хочу разуться и как в детстве пройтись по влажному

асфальту горячими ступнями. А ещё лучше было бы пробежаться по мягкой газонной траве, чтобы наполниться силой земли.

– Ходи босиком, деточка, - говорила мне в детстве бабуля, - напитывай тело и дух силой земли. Открывай тело солнышку, чтобы впитать в кожу силу света. Дыши полной грудью, малышка, - впускай в тело целительную силу воздуха.

Когда мне исполнилось семь лет бабуля умерла от инфаркта и я стала забывать ее наставления. А вот сегодня почему-то вспомнила…

Скинув мягкие туфли, я сняла пиджак и продолжила путь к дому. Пусть вода, идущая с неба, передаст мне способность смывать прошлое и растворять в каплях дождя мысли о настоящем.

Подойдя к дому, я приоткрыла железную калитку и резко затормозила. На крыльце стоял Савелий и внимательно наблюдал за мной. При этом, он периодически затягивался сигаретой, которую сжимал в двух пальцах – указательном и большом.

– Привет, - шершавым голосом говорит Смирнов и тушит сигарету.

Он ещё сильнее изменился. Из Савелия словно вытянули жизнь, настолько он был хмур и скован. Как и в нашу последнюю встречу, он казался бледным и мрачным. Красивые светлые глаза потускнели, а губы теперь имели серо-розовый оттенок. Смирнов по прежнему был привлекателен и смазлив, но что-то в его внешности исчезло, уступив место иному - мне совершенно непонятному.

На какое-то время я даже позабыла, насколько сильно скучаю по Саве, всё моё внимание заняли метаморфозы во внешнем виде парня.

– Здравствуй, как... как ты здесь оказался?

Смирнов медленно спускается по ступенькам и идет ко мне.

– Приехал, - еле слышно отвечает он, не отразив на лице не единой эмоции.

– Зачем? – трусливо пищу я, но не отступаю, а стою на месте.

По телу словно запустили ток - оно дрожит и пылает.

– Чтобы тебя увидеть.

Смирнов подходит ко мне настолько близко, что даже в тусклом вечернем свете, я могу рассмотреть черно-фиолетовые круги под его глазами.

– Врёшь, - тихо отвечаю я, всеми силами пытаясь скрыть свою уязвимость перед ним.

– Не хочу спорить. Хочу тебя, Лера.

Савелий притягивает меня к себе и утыкается носом в висок.

– Сегодня не гони меня. Ты пиз…ец как мне нужна.

Я вытесняю бушующую в груди радость и спрашиваю.

– У тебя что-то произошло? Что с тобой?

Смирнов обхватывает моё лицо ладонями и трется своим лбом о мой.

– Потом... Всё потом.

Теплые губы таранят мой рот и я окончательно сдаюсь.

Спасибо тебе, дождь! За то, что вернул его ко мне...

Целуемся. Долго. Жадно. Вкусно.

Сегодня его поцелуй тоже был другой. Губы родные, вкус знакомый, а целует по-другому. По особенному. Неизмеримо. Неповторимо. Оглушающе.

Окружающий мир растворяется, звуки затихают, из внешнего ощущается только звук моего и его сердца, разрывающего грудную клетку быстрыми ударами.