Охота
Шрифт:
— Почему — пробовать? — удивилась я. — Я, например, нисколько не сомневаюсь, что ты справишься с этой работой. Меня саму единственное, что удерживает, — это отсутствие той свободы, к которой я привыкла. А ты-то что? Тебе не очень нравится Островное Ожерелье из-за присутствия здесь Хантера. Так что тебе предложили другое место, да ещё с работой — и ты сомневаешься? Я бы — ничуть
— Ну, если судить твоими привычными категориями, — усмехнулся Кирилл, — с Хантером проблему разрешить легко: пристрелить — и все дела. А вот…
— Увы, любимый мой, — потянулась я у него на коленях. — С моими методами ты опоздал. Солнечный Шторм останется неприкосновенной персоной.
— Почему?
— Леда беременна. Ты же не захочешь осиротить бедную женщину в её положении? И вообще… Тебе не кажется, что мы отошли от темы? Что ты думаешь? Будешь участвовать в выборах сэфианских губернаторов?
— Я не уверен, что они состоятся.
Теперь удивилась я. Потрогала его мокрые волосы, скользнула пальцами по любимому лицу… О чём он думает? Дошло…
— Боишься, что дед и Эрик сделают всё за тебя? Тогда вот тебе состояние по последним данным: ни дед, ни Эрик не сделали ни малейшего шага изменить твоё положение на Сэфа. Это не они придумали выдвинуть тебя в губернаторы.
— А кто?
— СМИ, конечно.
— Ты уверена?
— На сто процентов. И вот почему. Если бы дед задумал такое дело, он бы сейчас выглядел таинственным до чёртиков. Но он сильно взволнован открывающимися возможностями, которые засветились, едва появился шанс, что губернатором станешь ты. И это первый и главный признак того, что дед не принимал участия в твоём выдвижении в кандидаты.
— Значит сами выборы будут, — задумчиво сказал он.
— Будут! — легкомысленно сказала я, снова поуютней располагаясь в его объятиях. — Это будет красиво: будущий губернатор Эйден со своей молодой женой! М-м… Ты только представь эту душещипательную картинку: ты, весь такой подтянутый и красивый (он хмыкнул), и рядом — я, вся такая нежная (он чуть не поперхнулся), воздушная, с ладонью на умилительно выпуклом животике.
Кирилл подскочил так, что вместе со мной съехал
— Что?!
— В смысле — что? — хладнокровно сказала я, пытаясь удержаться на воде. — Леде можно, а мне нельзя, что ли? Да и ты вполне здоров и вполне дееспособен. И ты же не хочешь уступить Хантеру в этом отношении? Вы ж, я так поняла, теперь во всём будете соревноваться, кто лучше, а кто и первый… Слушай, ты вытащишь меня из воды, или тебе просто нравится бултыхаться в ней вместе со мной?
Он усадил меня в коралловое «кресло», а сам остался на плаву, вцепившись обеими руками в края «сиденья».
— И ты мне такое сообщаешь именно сейчас?
— И что тебе не нравится? — высокомерно сказала я. А потом, смеясь, призналась: — Я сама узнала только сегодня — утром, перед поездкой сюда. Скальный Ключ прибегал к Рольфу — посмотреть, как у него дела, а заодно и мне сказал.
— А что он ещё сказал? — встревоженно спросил муж.
Я сделала суровое лицо и сурово сказала:
— Тебе придётся смириться с тем, что колье Виктории остаётся у нас.
— Сын! — выдохнул Кирилл и уткнулся в мои колени.
Когда мы вернулись от любимого кораллового «кресла» домой, я отдала распоряжения насчёт сборов в дальнюю дорогу. Пока муж разговаривал по вирту с членами выборного комитета на Сэфа, я успела многое. Не только уложила вещи, которые пригодятся на первый случай на Сэфе, но и Рольфа предупредила, что мы уезжаем. Тот, слегка ошарашенный новостью, в общем-то, не слишком переживал. А что ему переживать? Он остаётся на солнечной планете, с людьми, которые относятся к нему более чем доброжелательно.
Да и мы довольно часто будем возвращаться сюда, насколько понимаю я Кирилла. Тот чаще молчит, но здесь ему точно всё по душе. Даже Хантер — который теперь для него кажется настоящей загадкой. Хотя Кирилл вряд ли в этом признается… Жизнь на Сэфа (для меня) похожа на одну из страниц, которую я ещё не опробовала в полной мере. Тоже своего рода риск и экстрим. Но рядом будет человек, который поможет этот экстрим пережить. Так что улетаю на Сэфу совершенно спокойной.