Чтение онлайн

Кто считает: раз, два, три –

В закатном пламени гори,

Скажет кто: четыре, пять шесть —

Хвост ящерицы должен съесть,

Посчитай: семь, восемь, девять —

Качает ветер дитя в колыбели,

Десять всему исчисляет предел —

Ты тот, кто последним остаться сумел.

Юта открыла глаза. Она была у себя в комнате, а мама сидела за столом, спиной к ней, и пела. Юта успокоилась и прикрыла глаза. Она слушала мамин голос, но постепенно начала осознавать, что что-то не так. Она не

понимала слов песни. Пели на незнакомом языке.

Юта собралась с силами и сбросила оцепенение. Она снова открыла глаза. Комната плыла, отчего-то всё вокруг казалось одноцветным, золотисто-жёлтым. Юта попыталась привстать и охнула от боли.

Песня оборвалась, и девушка, сидевшая за столом спиной к ней, обернулась. Она отложила ткань и иголку и подошла к Юте. Та смотрела на неё во все глаза.

Девушка была очень красива. Юте сразу бросилась в глаза её гладкая золотисто-бронзовая кожа. За всю жизнь Юта не видела подобного оттенка. Конечно, некоторые девушки в Лиатрасе любили искусственный загар, но он был скорее коричневым, а не медно-золотым, как у незнакомки.

Длинные волосы, рассыпавшиеся по плечам, были заплетены в мелкие косички и тоже были необычного песочного цвета. Но больше всего Юту поразили её глаза. Они выделялись на точёном овальном лице чистым золотом, огромные, блестящие, как две монеты. В тусклом освещении комнаты казалось: они излучают собственный свет.

Лишь спустя несколько минут Юта поняла, что просто пялится на девушку, в то время как та со сдержанной улыбкой позволяет рассматривать себя. Юта открыла рот, чтобы что-то сказать. В горло словно насыпали песка. Она откашлялась и прохрипела:

— Что случилось? Где я?

— Ты находишься здесь уже два дня, — ответила девушка мягким, ясным голосом. — Мой муж нашёл тебя в пустыне и принёс в Утегат. Руг не хотел отпускать тебя, но тебе повезло: Корт — ругат, так что он сумел договориться. — Девушка улыбалась, глядя на Юту своими удивительными глазами.

— Да, должно быть, повезло, — слабым голосом ответила Юта.

Она не поняла ничего из сказанного, кроме того, что кто-то спас её и принёс сюда. Только вот куда — сюда?

Юта повернула голову, чтобы осмотреться. Это движение вызвало головную боль. Юта подумала, что, наверное, ударилась головой. Когда комната перестала кружиться, она увидела, что находится в небольшом помещении с низким потолком.

Она лежала на кровати в углу, накрытая лёгким покрывалом. Посередине комнаты стоял массивный стол. Он показался Юте каменным, и девушка присмотрелась внимательнее. Может, она ещё не совсем пришла в себя и ей что-то мерещится? Но табуретка, на которой сидела девушка с янтарными глазами, тоже была каменной.

В стенных нишах были вырублены полки, а вдоль стен стояло несколько плетёных сундуков разного размера. Юта обратила внимание на материал, из которого было сделано почти всё в комнатке: и полки, и стены с полом, и низко нависший потолок. Материал был песочного цвета, а текстура — какой-то абразивной, слегка блестящей на свету. Юта никогда не видела ничего подобного.

От напряжения голова разболелась сильнее, и Юта снова обратилась к девушке, терпеливо сидевшей возле неё.

— Скажите,

где я? Мы в больнице?

— Больнице? — переспросила девушка. Она произнесла это слово как-то неуверенно, делая ударение на каждом слоге, так, будто обкатывала на языке звучание нового слова. — Нет, мы находимся в Утегате. Меня зовут Леда, ты в моём доме.

Доме? Юта непроизвольно обежала глазами странную комнату, и снова вернулась к девушке, назвавшейся Ледой.

— Что такое Утегат? И почему я здесь?

— Ты упала с неба и чуть не погибла, но Руг пощадил тебя и вернул в мир живых, — терпеливо разъяснила Леда. Её мягкая улыбка успокаивала, а голос баюкал. — Утегат — это поселение, где мы живем. Подземный город.

— Поселение? — Юта была в недоумении. Она решила, что снова что-то не так поняла, но голос Леды звучал уверенно и в то же время обыденно. — Но как это возможно? Кроме Лиатраса на Нибелии нет других городов…

Леда не ответила, лишь улыбалась и смотрела на Юту своими невообразимыми глазами так, как смотрят на несмышлёного ребёнка, ещё ничего не знающего о мире.

— Главное, что ты должна сейчас знать — ты в безопасности. Хорошо? А теперь отдыхай. Тебе надо набраться сил.

Юта действительно чувствовала себя очень уставшей. Она откинулась на жёсткую подушку, пахнущую солнцем и сушёными травами, стараясь ни о чём не думать. Всё, что сказала девушка — Леда — было таким странным, что казалось нереальным. «Может, я сплю», — подумала Юта. — «И скоро проснусь, и всё снова станет нормальным».

Но проснуться она не успела.

Ткань, закрывающая дверной проём, отлетела в сторону, и в комнату вошёл мужчина. Он собирался что-то сказать, но увидел очнувшуюся Юту и остановился. Юта не знала, как реагировать на его появление, отчего-то растерявшись, и тоже молчала.

Мужчина, смотревший на неё от порога, был высоким и широкоплечим. Его кожа была очень загорелой, тёплого коричного оттенка. Черты лица были крупными и немного грубыми, с широкими скулами и хищным носом. Кожа была сухой, а тонкие губы — растрескавшимися. Чёрные волосы, будто припорошённые пеплом, свободно касались плеч. Они показались Юте закрученными в тонкие жгуты. И ещё его глаза. Синие, как два осколка сапфира, — такие же чистые и острые. Эти глаза были направлены на Юту, и их взгляд резал, словно ножом.

Юта замерла под этим взглядом, как мышь перед удавом. Почему-то внешность мужчины поразила её, одновременно притягивая и заставляя инстинктивно опасаться. Юта почувствовала себя неуверенно, совсем не так, как с милой девушкой. Ей захотелось натянуть покрывало до самого подбородка, если бы это могло спрятать её от этого взгляда. А потом полог снова качнулся, и Юта оцепенела, забыв, как дышать.

Рядом с мужчиной возник зверь. Он был просто огромным, в холке доходя мужчине до груди. Белоснежная шерсть верёвками свисала с боков и живота. Массивные лапы были толще, чем руки Юты, а голова — размером с валун. У зверя был низкий лоб и короткие, прижатые к голове уши. А клыки были такими длинными, что не помещались у него в пасти. Он походил на гротескную помесь громадной собаки и тигра и совмещал в себе черты и того, и другого.