Чтение онлайн

Я опустила веки, стараясь не дрожать, и удерживая себя от желания сбежать в душевую.

— Молодец. А теперь выровняй дыхание, еще… спокойнее…

Постаралась дышать свободнее, но какой тут. Если тебя касаются уже где-то в области шеи, потом проводят пальцами по скуле, лбу, а от прикосновений к волосам вообще какой-то треск слышится.

— Что… что вы делаете? — выдохнула я, едва ощутила как чем-то горячим и влажным прикоснулись к моим губам.

От неожиданности я распахнула глаза и замерла, глядя, как кролик на удава, в пугающие темные глаза, оказавшиеся на

одном уровне с моими, и поняла, что меня сейчас просто целуют.

Дамьян выпрямился, прочистил горло и тихо произнес: 'Прости… не удержался'.

Я нахмурилась, облизнула губы, которые вмиг пересохли, и услышала хриплое: 'Не делай так… Продолжим. Закрой глаза, дыши ровно…'

Ага, дыши ровно, когда ко мне тут пристают?! И что значит это его выражение — 'не удержался'? А вдруг он не удержится и бросится на меня прямо посреди спальни? Открыла глаза, намереваясь высказать ему свои сомнения, как слова застряли в глотке. Глаза куратора были красные, прямо таки полыхали, уставившись на меня. Я ойкнула и крепко смежила веки, страааашнооо!

— Умничка… сообразительная, — коварно произнес мужчина, смущая своим низким бархатным голосом. — Мне нужен небольшой контакт. Я сейчас коснусь тебя, стой спокойно.

Как тут стоять спокойно, когда я вполне прочувствовала его ладонь между моими грудями?

— Сними это!

— Что?! — не открывая глаз, боясь смотреть на его полыхающие огнем взор, замерла, не веря своим ушам.

— Сними это странное сооружение у тебя на груди… мешает.

Это он о бюстгальтере? Но… Что ж. Тяжко вздохнув, попросила его отвернуться и, когда избавилась от верхней части белья, закинула бюстик в душевую и тут же вернулась к куратору. Стыдно было, если честно, стоять вот так перед ним, с выступающими из-под шелка сосками, да еще и с закрытыми глазами.

— Так лучше.

Закусила губу, стараясь не зашипеть от досады. Что ему лучше, видно лучше что ли?! И снова вздрогнула, едва ощутила горячую ладонь на прежнем месте, между своими грудями. Сильнее прикусила губу, боясь, что не удержусь и выкрикну какую-нибудь гадость.

— Нежная… — пробормотал Дамьян.

— Что?

— Стой спокойно, — шикнул в ответ. — И хватит дрожать!

Теперь уже и он, видимо, утратил свое хваленое спокойствие. Я четко ощутила странную волну дрожи в его ладони, отчего та сдвинулась немного в сторону, и моя левая грудь вдруг оказалась в плену его пальцев. Невольно ойкнула и открыла глаза, возмущение застряло на моих губах. Мужчина стоял, как скала, не двигаясь, с закрытыми глазами, а на лице блуждало странное выражение, словно… он блаженствует?!

Перевела взгляд на его руку, которая прицепилась к моей груди, затем мысленно хмыкнула, удивляясь подобному поведению. Сиг Куратор явно тащится от того, что держит меня за грудь. М-да?! Я бы почесала затылок от недоумения, но решила повременить с выводами. Может он так настраивается на медитацию?

Тоже закрыла глаза, прислушиваясь к ощущениям. Неприязни не было, как ни странно. Ну, завис мужик, все еще не отпускает… ох, теперь еще и слегка сжимать начал… нет, разжал, опять сжимает… и что-то такое горячее

в груди стало рождаться, словно кровь нагрелась.

— Боюсь, что так ничего не выйдет, — вдруг проговорил Дамьян, и я открыла глаза.

Я даже не успела удивиться в очередной раз, как меня подхватили под колени и подняли на руки.

Не обращая внимания на мой вскрик, мужчина пронес меня до кровати и осторожно уложил поверх покрывала. Мамочки!! Затем вынул из кармана кителя черную ленту и наклонился ко мне с таким решительным лицом, что я, честно говоря, перепугалась и отползла подальше.

— Огни! Вернись назад, — требовательно рыкнул мужчина, расстегивая китель и снимая его.

— Вы! Что вы делаете?! Это уже не медитация!

Он остановился, выгнув бровь, посмотрел внимательно на меня, затем вдруг улыбнулся, заставив снова дрожать, и тихо промурлыкал:

— И на что это по-твоему похоже?

— Это… это… слишком! Мы так не договаривались! Я… вы… — у меня не хватало слов, чтобы выразить всю степень своего возмущения.

— Огни, радость моя, успокойся. Все что от тебя требуется, просто лежать спокойно, и коли ты все время игнорируешь мое требование не открывать глаза, я решил просто завязать тебе их вот этой лентой. А на постели можно расслабиться быстрее, чем стоя… Хотя стоя тоже можно было бы попробовать, но ты еще не готова к такому.

Потрясла головой, чувствуя, что закипаю.

— Вы же говорили, что медитация — это не физический акт… помните?!

— Конечно, — и вдруг одним резким движением скинул с себя рубашку, и все слова возражения просто застряли в горле.

Губы мои задрожали, на глаза навернулись слезы, и я вдруг выпалила:

— Бедненький, это же, наверное, было очень больно!

— Что? — Дамьян замер на полпути ко мне.

Посмотрел на свой торс, который светился легкой синевой, а вот кубики пресса, грудь и шея оплеталась красными полосками, образуя странный рисунок. Все вместе выглядело так, словно над телом долго и упорно измывались сумасшедшие художники, выжигая орнамент.

— А-а-а, это… ничего страшного. Не бери в голову, — возразил мужчина, и крадущейся походкой двинулся вокруг кровати, все ближе и ближе ко мне.

Я же, как завороженная, изучала странные рисунки, немного отвлеклась от куратора, и потому, должно быть, его быстрый бросок в мою сторону оказался для меня неожиданным. Взвизгнув, попыталась оттолкнуть его мощное тело, но вынуждена была замереть, так как от его телодвижений халат слетел с меня, повиснув на талии. Оказавшись прижатой оголенной грудью к его телу, затаила дыхание, зажмурилась и…

— Огни, не бойся меня. Я не причиню тебе боли. Но для медитации лучше будет, если наши тела будут соприкасаться.

Я приоткрыла чуточку глазки, что бы увидеть, как на лицо опускает черная лента.

— И эта часть одежды тебе сейчас тоже не нужна.

С этими словами с меня сняли пеньюар, оставив практически в одних плавочках. Мама! Я быстро сложила руки на груди, прикрываясь ладошками, и застучала зубами.

— Кто тебя так напугал, милая? — прошептал на ушко мужчина, и отодвинулся.