Чтение онлайн

Я, честно говоря, не поняла, на что это было похоже. Все, как один, дерадмиины развели руки в стороны и резко, словно создавая завихрения, выбросили вперед шквал ледяных игл, которые вмиг обледенели еще больше, превратившись в полете в нечто смертоносное, острое и длинное…

Только целями этих ледяных пик были не защитные сферы огневиков, ибо, не долетая до них, рассыпались в мелкий снег и стали опадать вниз, а следом уже летели следующие острые иглы, и все повторилось. Картинка была настолько быстрой, что вмиг снежинки налипли друг на друга, образовав тонкую корку, окружившую «огневиков». Ребята переглянулись и расширили линию обороны, явно пытаясь растопить закрывавшую обзор белоснежную стену. Огонь

растопил преграду, чтобы вдруг погаснуть… Это было неожиданно. Этакий «пшик», резкое шипение, которое сопровождалось потоком воды, гасившим пламя. Кадеты спешно возводили очередную защиту, а в них уже летели ледяные сети…

Лим и Джей успели — сети опали, а трое отдельно стоящих парней, Курт, Фабио и Рид, тоже возвели по огненному щиту, правда, было заметно, как им тяжело справляться по одиному, а вот оставшиеся двое оказались в ледяном мешке. Ужас! Причем те два дерадмиина, которые сотворили с парнями свое «черное дело», преспокойно занялись уже Куртом, Фабио и Ридом.

Я обратила внимание на то, что куратор чуть отошел назад, образовав с двумя другими «ледяниками» треугольник, и развел руки в стороны, словно показывая, что не защищен. Но нет, я не правильно поняла. Должно быть, то был сигнал, потому как все участники боя словно ожили, внося в свои действия и движения серьезную динамику. И что это был за танец? Я не могла усидеть на месте, подошла к самому краю стеклянной стены и коснулась ее рукой, как в тот же миг, изображение с камер исчезло, и я смогла видеть бой сверху… вживую.

Огненные ребята успевали отражать не только ледяные иглы и снежные вихри, летевшие в них с разных сторон, но и не позволяли условному врагу оттеснить их друг от друга, удерживаясь на достаточном расстоянии от водных струй и пара, что появлялись от соприкосновения чуждых стихий. Я же в свою очередь старалась в основном следить не за своими одногруппниками, а за куратором. Уж очень странно он себя вел. В бой не лез, все так же стоя чуть в стороне, выделывая какие-то необычные движения руками. Должно быть, от того, что «огневики» были слишком заняты ближайшим противником, они не заметили как над их головами, на расстоянии трех метров над полом, формируется нечто жуткое, нечто, похожее на снежную тучу, темно-синего, почти черного цвета, разрастаясь все больше и больше.

Такой тренировки я в жизни не видела. Все, для чего нас готовили, это суметь в ближнем бое уничтожить огнем противника до того, как тот выстрелит в тебя, причем, чем больше понесет противник урона, тем лучше. При этом мы не должны были заменять тяжелую боевую технику, нет. Против той же бронированной тяжелой огнестрельной единицы техники выставлять «огневиков» не стали бы, так как нас готовили в качестве диверсионно-разведывательного отряда. Не более. И вот то, что я сейчас наблюдаю, это совершенно немыслимо. Земляне не встречались еще с таким противником, который был бы способен управлять водой и льдом, как впрочем, и сами «огневики» для Земли скорее были исключением. Этаким экспериментом, который длился уже несколько поколений, и только в стенах одной единственной академии. Нашей. У нас не было потенциально более сильного врага. И убедиться в своих опасениях я смогла через считанные секунды, когда сверху на ребят полился не просто дождь, а с градом, снежными иглами и… на этом бой закончился. Огонь погас, ребята были побиты градом, оказались все исцарапаны, мокрыми, а руки и ноги — в ледяном плене…

— Что ж, — вдруг громко произнес сиг Куратор, наблюдая, как пар поднимается вверх, истончается, испаряясь, — бой провалили. Снова! Придется повторять. Через час. Всем разойтись на отдых. Перед началом следующей тренировки жду от вас, кадет Стенли, подробный разбор ошибок и предложений.

Я грустно покачала головой, вернулась к креслу и села, подперев рукой голову. Не прошло и больше

десяти минут с начала этой тренировки, как все закончилось и полным разгромом кадетов, которые вот-вот должны были стать выпускниками. Теперь понимаю, почему девчонок не пригласили. Они, наверное, еще после первой тренировки оказались в списках аутсайдеров. Мда-а-а… Как же можно вообще победить эти ледяные глыбы? И зачем вообще решено было проводить обучение ведению боя с участием дерадмиинов? У нас появился один общий враг? Глянула в сторону входа, и тут же отвернулась. Цербер уступил место Дамьяну, вошедшему почти неслышно. Хмуро посмотрела на пирожные, почти с ненавистью разглядывая воздушный крем и розочки из сахарной глазури.

— Огнеда, — позвал меня куратор от двери. — Я помню, что ты не любишь сладкое… прости. Это была не моя инициатива.

Поднялась, все так же не глядя на мужчину, кивнула.

— Посмотри на меня! — рыкнул вдруг Дамьян сердито. — В чем дело?

Пожала плечами, упорствуя в своем молчании. Мне нечего было ему сказать. Да и как объяснить приступ негодования и отчаяния, который накрыл меня из-за увиденного. Да мы же против них младенцы. Нас уничтожить — раз плюнуть.

— Ты расстроена из-за тренировки? — догадался он.

Быстро посмотрела на него, и снова опустила взгляд. Блин, и откуда только слезы берутся? Причем злые слезы, жгучие.

— Та-а-ак! — глухо протянул мужчина и подошел ко мне, встал рядом. Заставил поднять голову, прикоснувшись рукой к подбородку, и хмыкнул: — Досада, гнев… или злость, обида? Нет, скорее всего злость… Странно. И все же досады больше. Огни, — голос его смягчился, чем несказанно удивил, — у кадетов в запасе еще есть время. Ребята уже лучше справляются. Поверь. В первый раз им было еще хуже.

— З-зачем вы так? — тихо спросила, с трудом проглотив застрявший ком в горле.

— Как?

— К чему все эти учения? — отвела лицо от его руки, и чуть отодвинулась в сторону. — Разве Земля подписала с Иридией соглашение о военном сотрудничестве? Для чего нужны эти совместные учения… вернее, против кого вы нас готовите?

— Хм, — чуть потемнел взглядом, хмуря брови, но неожиданно тряхнул головой и улыбнулся.

И зачем так улыбаться, у меня же сердце слабое, просто человеческое сердце. И почему оно замерло, словно от его улыбки забыло, как стучать. Пришлось прикусить губу, чтоб напомнить себе, он — чужой для меня, а его мужская красота — не для меня. Очень опасные мысли, надо отметить… бр-р-р.

— Кстати, Огни, милая, — мурлыкающие, довольные нотки в голосе опасного хищника реально заставили сердце дрогнуть, забиться в конвульсиях. — Пришло время для медитаций. И я думаю, что можно совместить.

— Что? — прочистила горло, испуганно смотря во все глаза на куратора. Мамочки, почему у него так глаза заблестели? — Что совместить?

— Как это у вас, землян, говорится… совместить приятное с полезным? Вот именно. Прошу, следуй за мной.

— К-куда? — прохрипела я, стараясь не поддаваться панике.

Схватилась за горло и помотала головой.

— Огни, — стараясь не улыбаться, что ему явно с трудом удавалось, деланно грозно рыкнул: — Довольно дрожать… еще рано.

— Да? — невольно фыркнула. — А когда можно будет?

Куратор усмехнулся, схватил меня за локоть и вывел со смотровой площадки. Провел в полном молчании по коридорам, а выйдя к лифту, внезапно остановился. У лифта обнаружился Лим. Один. Хмурый, собранный и… злой.

Я вздохнула, едва куратор обратил внимание на парня. Жаль, не видела лица Дамьяна, но эмоции, как ни странно, уловила. Это не было похоже на ненависть или гнев в чистом виде, но вот раздражение смешивалось с чем-то таким, словно Лим посягал даже на воздух, которым я дышу, а Дамьяна это бесило… Точно, куратор был взбешен. Уже одним только присутствием огневика. Ужас.