Чтение онлайн

— Вот, приложите к губам, это вытянет часть жара.

Он послушно взял мокрую салфетку и прижал ко рту, боль потихоньку стихала.

— Спасибо.

Ради всего святого, он же заметил пар, поднимавшийся от только что приготовленной чашки. Глупец, глупец! Хотя постойте! Разве он не видел, как Нелл Квик пила кофе мгновением раньше?

— Вас он не обжег, — Киндред с трудом шевелил онемевшими губами. Последняя фраза изрядно смахивала на обвинение.

Не проявляя беспокойства (да и с чего бы — это ведь его губы), она достала со дна корзины холщовый мешок, а из него — маленькую

круглую красную баночку и сняла с нее пластиковую крышку.

— Всегда ношу с собой бальзамы и целебные мази. Никогда не знаешь, где может понадобиться одна или другая. Вот эта хорошо помогает при укусах насекомых и ожогах.

Нелл сунула кончик среднего пальца в горшочек и извлекла комочек желтовато-серой мази. Том отшатнулся, когда она вознамерилась смазать ему рот.

— Ну же, не будьте ребенком, — игриво ворковала женщина. — Это всего лишь смесь из листьев кориандра и сока дурмана с несколькими моими собственными секретными ингредиентами. Да еще свиное сало, которое прокипятили с травами, чтобы придать ему соответствующий вид и запах. Ну же, мое лекарство сработает, я обещаю. Боль скоро пройдет, и мы остановим любое воспаление прежде, чем оно начнется. Однако нужно это сделать сразу же, иначе не поможет.

— Холодной воды достаточно, — возражал он, отворачивая голову.

— Нет, не достаточно. Поверьте мне, Том, мазь быстро снимет боль и исцелит ожог.

Ее голос успокаивал, и по непонятным причинам ему трудно было сопротивляться. Молодой человек повернулся к ней и позволил намазать губы жирной целебной мазью. Облегчение наступило мгновенно, боль ушла в ту же секунду, когда она прикоснулась к нему пальцем, блестящим от жирной мази. Лицо женщины оказалось теперь менее чем в дюйме от него, ее зрачки в окружении радужных оболочек действительно казались абсолютно черными. Он даже смог разглядеть в них собственное отражение.

Том почувствовал, как мазь проникает глубже в губы, как будто преследует оставшуюся боль. Когда ее лицо приблизилось, теплое дыхание согрело щеки, а аромат, напоминавший сладкий мускусный ладан, содержащийся в ее дыхании, казался ему таким чувственным. Том ощутил жаркую вспышку где-то внутри, комната начала кружиться, постепенно исчезая, пока не возникло ощущение, будто во всем мире остался только он и эта женщина. Они не говорили ни слова, но тишина была наполнена глубоким тайным смыслом.

Нелл придвинулась еще ближе, и он не был полностью уверен, что сам не наклонился к ней. Его озадачивало, но и притягивало ее очарование. Всякое желание сопротивляться пропало. Ее губы были в дюйме от него, и он заметил, какие они блестящие, темно-красные, соблазнительные...

Молодой человек трепетал от возбуждения. Их губы соприкоснулись, и как раз тогда, когда они оба начали испытывать одинаковое воздействие, колдовство — лишь спустя немалое время он понял, насколько подходящим оказалось это слово, — исчезло.

Он отпрянул, а она просто замерла, когда что-то грохнулось на каменные плиты пола.

Том резко вскочил на ноги, заставив Нелл испуганно отступить на два шага назад; их головы

одновременно повернулись. Разбитая тарелка лежала неподалеку на каменном полу, белые кусочки напоминали хаотичную мозаику.

Наступившая вслед за этим тишина была лишь немного менее тревожной, чем предшествовавший ей треск, более похожий на взрыв, и Том скоро понял почему: птицы снаружи прекратили щебетать, словно тоже испугались. Даже ветер, казалось, избегал проникать в комнату. Как ни странно, замолкло даже радио.

Том медленно отвел глаза от разбитой тарелки и посмотрел на женщину. Он был не столько смущен, сколько сбит с толку тем, что тарелка, очевидно, слетела с полки кухонного шкафа самостоятельно. И сила удара оказалась такой огромной, что заставила ее расколоться на великое множество кусочков.

Но что за выражение на лице у Нелл — потрясение, изумление? Нет, в ее глазах читался гнев и... и... страх? Некая нервозность чувствовалась во всем ее теле, в напряженных плечах, в суженных зрачках. Она тоже внимательно изучала Тома, словно пыталась определить его реакцию.

— Что, черт побери, все это значит? — как будто он надеялся, что женщина сможет ответить.

Последовала долгая пауза, в течение которой воздух наполнялся ощутимым страхом.

— В старых домах, таких, как этот, может происходить все, что угодно, — неубедительно предположила она — Бревна и камни сжимаются, потом расширяются. Давление здания, — она полсала плечами. — Может, ее сбросил порыв ветра.

«Ну разумеется, — подумал Том, — чтобы перенести тарелку через всю комнату, потребовался бы настоящий ураган». Кроме того, он не почувствовал никакого, даже малейшего, дуновения ветра, и был абсолютно уверен, что она тоже. Неожиданно вновь заиграло радио, заставив их встрепенуться. Легкий ветерок вновь влетел в дверь. Как ни в чем не бывало, Нелл произнесла:

— Мне пора. Столько дел! Нужно заглянуть к сэру Расселу...

Она убрала со стола в мешок баночку с мазью, затем так же бесцеремонно туда был отправлен выключенный приемник Том смущенно наблюдал за ее порывистыми движениями. «Она гораздо более напугана, чем я, и суетится, чтобы скрыть это. Господи, ей не терпится уйти!»

— Совок для мусора и щетка под раковиной, — она сообщила об этом уже на пути к двери. — Нет времени прибраться здесь, нужно спешить... Не забудьте про завтрак, он остывает.

— Как насчет кофе? Не хотите допить? — он позволил себе невинную насмешку. Все-таки, почему его гостья так испугалась?

Нелл остановилась на пороге, и на мгновение что-то мрачное промелькнуло в ее взгляде, словно она уловила насмешку, которая ей очень не понравилась.

— Надеюсь, вы будете хорошо спать сегодня ночью, — только и произнесла женщина, но в словах ее послышалась злость.

Слабое звяканье позади заставило его вновь тревожно обернуться к кухонному шкафу. Он успел заметить, как легкий ветерок (хотелось верить, что на этот раз настоящий) потревожил ряд чашек, подвешенных за ручки под полкой, где хранились тарелки — все, кроме одной, разбитой. От его внимания не ускользнуло также, что, торопясь покинуть коттедж, Нелл Квик оставила под столом корзину.