Чтение онлайн

Кориков рывками распахнул двери шкафа и выдернул оттуда укороченный автомат Калашникова. Дернув затвор, он отправил короткую очередь в потолок, осыпав дерущихся пластами штукатурки.

— Лежать!! Всем лежать!! — истошно заорал он, пальнув в стены следующую очередь. — Вот так-то лучше, — примирительно протянул он, увидев, как расторопно выполнили его команду дерущиеся. Даже начальник охраны, уткнувшись лицом в угол, лежал неподвижно, словно опасался, что следующая очередь достанется ему. — А вы чего разлеглись, — хмуро пробасил он, встретив испуганный

взгляд рябого. — Подняться и связать их. За что я вам деньги плачу, не мне же делать вашу работу.

Отряхивая мел с камуфляжа, охранники поднялись. Вид побитый, какой бывает у преданных собак, отведавших очередную порцию хозяйских тумаков.

В самом центре комнаты, продолжая сжимать пистолет в руке, лежал чеченец. Ударом ноги Кориков выбил из его ладони оружие, оно, зловеще прошуршав по гладкому линолеуму, безобидно уперлось стволом в стену.

— Ну так что, мы продолжим нашу интеллектуальную беседу? — спросил Кориков, наступив на голову чеченцу. — Ответа не слышу?! Или, может быть, ты язык со страху проглотил?

— Ты зря так делаешь, это тоже тебе зачтется.

— Так ты еще вякаешь! — Максим ткнул стволом автомата ему между лопаток. — В дерьме по самые уши, а еще героя из себя корчишь?! А может, тебе и умереть нужно героически? — не разжимая губ, произнес он. — Всажу в тебя полкило свинца и закопаю где-нибудь во дворе? Что же ты приуныл? Говори.

— Ты не сделаешь этого.

— Не сделаю, говоришь? Ты меня плохо знаешь, пидор гнойный, если я говорю — сделаю, значит, так оно и будет. Тебе нужно было навести обо мне справки, прежде чем сюда заявляться. А ты нахрапом шел. Не решаются так дела, — Кориков убрал ногу и, кивнув стоящим вблизи охранникам, сказал: — Поднимите его.

Будто соскучившись по работе, двое парней оторвали кавказца от пола, третий, крепенький, невысокого росточка, ухватил его за волосы и заставил смотреть прямо перед собой.

Волков уверенно скручивал руки длиннолицему узким шелковым шнуром. Процедура была не из приятных, и тот болезненно морщил узкие бледные губы. Другого визитера, с короткой спортивной стрижкой, связывали два охранника в кимоно. Выполнили свою работу профессионально и очень быстро, чувствовалось, что половину жизни им приходилось стягивать путами пленных.

Максим Кориков поставил автомат на предохранитель и осторожно, сознавая, что в руках у него смертельная игрушка, отнес его в угол комнаты. Он подошел к зеркалу и внимательно осмотрел себя. Края кимоно неряшливо вылезали из-за пояса. На правой щеке кровь. Видно, ободрал о косяк, когда выбегал из зала. Не обращая на присутствующих внимания, Кориков снял пояс, сбросил кимоно прямо на пол и хмуро пожаловался:

— Такой кайф обломали, потренироваться как следует не сумел.

У самой стены стоял огромный шкаф, отделанный дубовым шпоном. Максим решительно распахнул обе дверцы и достал синий костюм. Придирчиво осмотрел его со всех сторон, нет ли налипших соринок, и, найдя его безукоризненным, снял с плечиков брюки. Одевался Максим тщательно, едва ли не в полной

тишине, совсем не замечая невольных зрителей. А когда наконец нацепил на шею галстук, старательно подправив узел перед зеркалом, повернулся к коренастому белолицему парню, взиравшему на патрона с нескрываемым обожанием.

— Ну, чего варежку открыл? — беззлобно поинтересовался Кориков. — Стул неси. Не пачкать же мне выходной костюм. Да не этот!.. Не видишь, что ли, штукатурка на нем, из соседней комнаты приволоки.

Парень кивнул и через минуту вернулся с огромным мягким стулом. Максим любил роскошь, и там, где вполне вписывался едва тесанный деревенский табурет, он непременно устанавливал стул из карельской березы.

— Поставь сюда, — показал патрон себе под ноги.

И когда стул был установлен в самом центре комнаты, он медленно сел.

— Так какой ты мне хотел предъявить штраф? — вежливо поинтересовался Кориков, закинув правую ногу на колено. — Мне не терпится еще раз услышать твои рассуждения. Поднимите ему голову… Прямо смотри, вот так! Что же ты не отвечаешь? Наехать на меня хотел? Разве тебе не объяснили простой истины: кто захочет наехать на меня, тот в первую очередь наедет на себя самого! Так вот что я тебе скажу: с тебя штраф! За твое нехорошее поведение. Ты мне должен пятьсот тысяч баксов и отдашь их через неделю… Нет, через три дня.

— А если я не смогу принести тебе вовремя?

— Однако я вижу перед собой оптимиста, — неожиданно расхохотался Кориков. Но через секунду лицо его посуровело, и он произнес почти шепотом: — Голуба моя, а кто тебя отсюда отпустит? Ты будешь сидеть здесь до тех самых пор, пока твои родственники не вернут мне твой долг! В противном случае ты выйдешь отсюда в разобранном виде.

— Моим родным не найти таких денег.

— Это уже не мои проблемы. Заприте их в соседней комнате, — показал Максим на железную дверь. — Думайте, соображайте, где вам лучше поискать денег. За гнилой язык нужно отвечать кошельком.

— Ты напрасно так поступаешь. Мои люди знают, что я нахожусь здесь, и скоро появятся.

— Спасибо за предупреждение, — хмыкнул Кориков, поднимаясь, — мы их встретим надлежащим образом.

Чеченец неожиданно вырвал левую руку и, ухватив стоящего рядом за волосы, что есть силы пнул коленом в лицо. Раздался хруст. Кровь брызнула на кимоно «альфовца», неправильным пятном залила мозаичный пол.

— Ах ты тварь! — выругался Волков, и приклад автомата обрушился на затылок мятежника.

Алик Биктимиров с глухим стуком распластался на полу. Молча, не дожидаясь команды, двое охранников ухватили его за ноги и поволокли в соседнюю комнату к остальным узникам.

Дверь негромко захлопнулась, и Волков трижды зловеще повернул ключ.

— Что будем делать, Максим Егорович? — спросил он, пряча ключ в карман куртки.

— Для начала вытрите здесь кровь, — распорядился Кориков, — меня такое зрелище угнетает. И я могу испортить себе выходной костюм, а через пару часов у меня очень важная встреча.