Одержимый
Шрифт:
— Тут хорошо, — сказала тихо Ева, усаживаясь за выбранный Яном столик в углу, у самого окна.
— Знал, что оценишь.
Они почти не разговаривали. Только короткие фразы: передай соль, вкусно, ты устала. Она кивала, и он кивал в ответ. Она наблюдала как он, играясь со стаканом кофе, всматривается в окно, словно искал там ответы на собственные вопросы, но никак найти не мог.
— О чем думаешь? — спросила тихо, делая глоток зеленого чая.
Он медленно перевел взгляд с улицы на нее.
— О том, что пора увозить тебя домой. Нужно собраться, потому
— Значит нужно собрать все необходимое, для длительных переездов с одного места в другое? — уточнила она.
— Нет, жить будем в Клетке. Но я немного изменил маршрут. Завтра едем в соседний город, потом Клетка. Периодически будем выезжать для поиска новых инвесторов и жильцов.
— Хорошо, — Ева прочистила горло, — а что в соседнем городе?
— Хочу познакомить тебя с дизайнером проекта.
Ева сглотнула, не понимая, как на это реагировать. Он что, собрался знакомить ее со своей женой?! Из ума вышел?! Или Ева все-таки неверно истолковала все его фразочки и намеки о собственничестве? Да, наверное, так все и есть. Сама придумала, сама поверила, теперь больнее вдвойне.
— Ладно, — ответила спокойным голосом, вновь пряча эмоции под маской легкого безразличия. Ян кивнул, но что-то на его лице дрогнуло. Словно он хотел добавить пару слов, но так и не решился.
— Тогда едем? — спросил и нервно потер подбородок.
— Да, — девушка поднялась из-за стола, — во сколько мне нужно быть готовой?
— Думаю к обеду, — протянул, отчего-то внимательно всматриваясь в ее глаза, — Клетка красива только ночью.
— А днем?
— Днем это не более чем стройка. Пока стройка.
Уже у ее дома, когда помог Еве выбраться из машины, Ян все рискнул сказать хоть что-то, что сгладит завтрашний день.
— Спокойной ночи, птичка.
— Спокойной, Ян.
— Послушай, — Даевский медленно и тяжело выдохнул, при этом отвел взгляд в сторону, — ты просто знай, что я говорить совсем не умею.
— Знаю, — отозвалась, не совсем понимая, к чему это он, — ты только приказываешь.
— Это моя суть, и это же моя проблема.
— Я только это должна запомнить?
— Думаю да. Так будет проще воспринять новую информацию обо мне, — усмехнулся, но усмешка вышла кривой, — до завтра, Ева, — закончил и заскочив в автомобиль, резко сорвался с места.
Девушка проморгалась. А что это собственно сейчас было то?!
— Ты что?! Сбежал?!
Ева нервно хохотнула, развернулась и пошла в подъезд. Умеет он, конечно, сделать так, чтобы ночка выдалась бессонной. Мало того, что с женой знакомить собрался, так еще и о новой информации заикнулся.
— Да что с тобой происходит, генерал?! — спросила шепотом, нажимая кнопку вызова лифта.
Как только зашла в квартиру, ее встретила привычная тишина. Скинув вещи, прямиком отправилась в душ, мечтая смыть с себя историю сегодняшнего дня, оставив только самое важное. Его. Немного выдохнув, написала Лике, что с завтрашнего дня она начинает работу самостоятельно, и чтобы не стеснялась звонить если возникнут вопросы.
Позже
Одежду для встречи с супругой Яна выбрала самую скучную. Серую. Немнущуюся. Чтобы не пришлось гладить. Руки, да что там руки, все тело от волнения потряхивало. Оделась за десять минут, нанесла легкий макияж, длинные волосы в хвост собрала, а потом ещё два часа смотрела в окно и ждала, когда он приедет. Увидев знакомый внедорожник, сглотнула.
— Пора, — медленно выдохнула, стараясь вернуть себе привычную холодность, — пора посмотреть правде в глаза. Увижу ее и будет легче воспринимать тот факт, что он не мой.
Накинув плащ, проверив документы в сумочке и все ли необходимое взяла, открыла дверь и встретила его. У двери.
— Привет, — буркнул нервно, — чемодан заберу, тяжелый, наверное?
— Привет, — протянула растерянно, — нелегкий, — кивнула в подтверждение.
— Тогда идем, в машине ждет кофе и булочки.
Дорога заняла два часа. Обычно в машине Яна, Ева чувствовала себя спокойно, почти как дома. Сегодня воздух между ними загустел. Оба молчали. И это молчание было совсем не тем, к которому привыкла. Раньше он молчал — и ей было тепло. Теперь молчал — и хотелось прижаться к стеклу.
— Кофе остыл и завтрак тоже, — выдал, не глядя.
Ева посмотрела на стакан, на пакет с ароматными булочками. Она даже не притронулась.
— Аппетита нет.
Он не ответил. Только сжал руль чуть сильнее.
За окном тянулся лес, потом поля, потом снова лес. Ева считала километровые столбы. Досчитала до тридцати и сбилась.
— Ты волнуешься, и меня это немного расстраивает, — все же осмелилась она.
— Не стоит, я волнуюсь по делу. Тебе не о чем беспокоиться.
— И что за дело такое?
Ян глянул на нее быстро, почти испуганно. И снова уставился на дорогу.
— Переживаю, что не верно воспримешь то, что я готов рассказать.
Ева замерла.
— Сейчас расскажешь?
— Нет, — ответил тихо, — иногда слова требуют подтверждения других.
Она ждала продолжения, но он снова молчал.
За окном показалась въездная стела соседнего города.
— Почти приехали, — буркнул и тяжело вздохнул, — остановимся в гостинице. Нас уже ждут.
Ева рассматривала улицы города и погрузилась в тяжелые думы. Тут она выросла, тут училась в школе, а потом не стало родителей и она переехала. Так уж вышло, Ева была поздним ребенком. Мама родила ее в сорок пять. Сейчас бы ей стукнуло семьдесят пять. Жить и жить еще, но роды тяжелыми были, и мама сильно болела. Она ушла первой, когда Еве исполнилось двадцать. Следом и отец ушел. До сих пор больно. Все в этом городе напоминает о счастливом детстве, и горьком осознании, что их больше нет. Она скучает.