Чтение онлайн

— Пришла всё-таки, — широко улыбается Дерек.

— Прекрати сверкать зубами, — легонько пихаю я его плечом. — Лучше расскажи, как проходит игра.

Дерек смеётся, а затем рассказывает мне, что у Стэнфорда в этом году плохо с нападением. Почти каждый их беттер принёс очки нашей команде за счёт страйков[7]. Но в защите они играют хорошо. В основном из-за отличного питчера.

— Логан Хейг, — озвучивает мои мысли Дерек. — Лучший друг Тайлера Гилла.

Лучший друг, вот оно как…

Я

вздрагиваю, когда раздаётся звук, означающий конец иннинга[8]. Трибуны начинают гудеть громче. Команды меняются местами. Мы в нападении. Папа указывает парням на их места. Разумеется, Тайлер Гилл идёт к домашней базе, чтобы филигранно отбивать мячи, которые будет запускать…

Я вся сжимаюсь, когда вижу стройную фигуру Хейга, направляющегося к питчерской горке.

Парень улыбается, когда его приветствуют болельщики из его университета. Мне отсюда не видно, но я хорошо представляю ямку на щеке от этой улыбки.

«У тебя их две, потому что ты в два раза забавнее меня, Сабрина.»

Из воспоминаний меня вырывает замечание Фрейзера:

— Эпичный момент: друг против друга. Кто победит?

Я шумно выдыхаю, сообразив, что ранее задержала дыхание, и чувствую, как кружится голова, когда делаю новый вдох.

Так дело не пойдёт, нужно собраться с мыслями.

Но Тайлер Гилл, чтоб его, добавляет мне новую порцию волнений.

Этот самодовольный трюкач перекручивает биту одной рукой, затем указывает ею на трибуны и начинает медленно вращаться вокруг своей оси. Болельщицы готовы попадать в обморок от желания, чтобы кончик биты указал на одну из них, но… Этот кретин останавливает её на мне.

Кто-то из осветителей направляет луч прожектора прямо на меня, и я готова провалиться сквозь землю. Но сначала я должна прикончить сияющего голливудской улыбкой гада!

Гилл медленно сгибает руку с битой в локте и смачно целует округлый бок деревяшки.

Следующий свой удар он посвящает мне.

Боже, я готова со всей искренностью пожелать ему попасть под автобус!

А трибуны взрываются аплодисментами и улюлюканием.

— Дел-а-а… — неоднозначно произносит рядом Фрейзер.

Я осторожно смотрю в сторону питчерской горки: Логан будто окаменел, и не отводит от меня глаз. Я поджимаю губы, ставлю пятки кед прямо на лавку и утыкаюсь лицом в колени.

Чёрт, кажется, я начинаю всерьёз ненавидеть Тайлера Гилла.

Вскоре в происходящее вмешиваются судья и тренеры обеих команд, и игра продолжается.

Я не смотрю, но вынужденно слушаю комментарии Фрейзера.

— Чёрт, что с ним?.. Два неудачных броска подряд… О-о-о, это уже другое дело! Гилл, как всегда, крут!.. Э-э-э, но ему надо поспешить — у них очень шустрый правый полевой! Бросает мяч шортстопу[9]! Ну же, Гилл, поднажми! И-и-и… СЭЙФ[10]!!!

На последнем слове Фрейзер подскакивает с места, задевая меня плечом. Трибуны ликуют.

Команда тоже в полном восторге. До меня доносятся визгливые признания в любви великолепному Тайлеру Гиллу. Среди них даже мужской голос присутствует…

Судья объявляет победу университета Беркли.

Вся команда бросается на поле, чтобы подхватить Гилла на руки и подбросить несколько раз подряд к небу.

Я поднимаюсь на ноги и зачем-то ищу глазами в мешанине тел высокую фигуру Логана Хейга.

— А у них похожие вкусы на девушек, а? — звучит рядом со мной.

Я поворачиваю голову на Ульмана, вижу, как он прячет руки в карманы спортивных брюк, а затем смотрю на искривившие его полные губы улыбку. Он опускает голову и усмехается:

— Сначала Хейг, теперь вот Гилл. Всем так и хочется урвать кусочек Сабрины.

— Ты… что-то знаешь? — спрашиваю я через силу.

Пожалуйста, молчи! Не надо, не делай мне больно…

— Думаю, ты и сама знаешь, что надо быть осторожнее с этими двумя. Да и с Фрейзером тоже.

Я сглатываю ком в горле, а Ульман, кивнув, словно он выполнил свой долг, уходит. Я разворачиваюсь к тоннелю, который ведёт на выход, и бегу к нему со всех ног.

Этого. Просто. Не. Может. Быть.

Пожалуйста! Я не хочу в это верить!

Я нахожусь где-то посередине тоннеля, когда меня окликает ненавистный голос:

— Эй, ведьма, притормози!

Резко останавливаюсь, медленно поворачиваюсь в сторону Гилла, а затем бросаюсь к нему навстречу.

— Ты! — бью я ладонями в его каменные плечи. То, что он едва покачивается бесит ещё сильнее. — Какого чёрта ты там устроил?!

Гилл скалится, перехватывает мою руку, резко дергает меня в сторону и вперёд, и вот я уже прижата спиной к его груди, а в пряди волос возле уха проникает его горячее дыхание:

— Понравилось?

— Чёрта с два! — рычу я, пытаясь вырваться из стального захвата. — Ты обыкновенный позёр, Гилл!

— И это далеко не всё, ведьма, — угрожает он.

В следующий миг Гилл переворачивает меня в своих руках лицом к себе, вынуждает отступить к бетонной стене и нависает надо мной в паре дюймов от моего лица. Взгляд чёрный, как сама душа дьявола. Его колено между моих ног не даёт мне пошевелиться. Он сбивает рукой кепку с моей головы и обхватывает горячими пальцами затылок.

Улыбается хищно:

— Я посветил тебе удар. Помнишь, что это означает?

— Сдурел? — предательски дрожит мой голос. — Я не стану тебя целовать!

Гилл опускает жадный взгляд на мои губы, закусывает свои и начинает медленно перебирать пальцами волосы на моём затылке, нежно поглаживая кожу. Сердце ухает в пропасть. В ушах звенит кровь. И воздуха не хватает катастрофически.

Ну почему его близость так на меня действует?

Что за насмешка тела над разумом?

Чужое дыхание на губах вновь вызывает горячую волну по телу, с которой я едва справляюсь: