Чтение онлайн

— Прекрати сопротивляться. Просто почувствуй, — он постучал двумя пальцами по ее голове. — Перестань так много размышлять. Перестань думать о моей репутации.

— То, что ты можешь делать с людьми..., — прошептала она ему в лицо. — Я слышала об этих вещах.

— Я не сделаю этого с тобой, — яростно пообещал он. — Никогда не прикоснусь к тебе таким образом.

— Но ты можешь причинить мне боль, — она выгнулась под ним, как будто хотела убежать, но сумела лишь еще сильнее прижаться к нему обнаженным телом. Он поморщился и напрягся, пытаясь сдержаться, чтобы не вонзиться в нее.

Он

не хотел лгать ей. Ему придется причинить ей боль. Она была своенравной, своевольной и любила попадать в опасные ситуации. — Причинить боль, да, наверное, — произнес он так тихо, как только мог. Она задрожала под ним. — Но сломать — никогда. Я хочу тебя целиком, красавица.

— Я боюсь тебя, — призналась она.

Он кивнул. Он думал, что хотел только секса с ней. Теперь он в этом не так уверен. Он провел пальцами вниз по ее щеке. — Просто почувствуй, Райли. Я могу доставить тебе удовольствие. Ты позволишь мне?

Ее глаза мерцали в лучах раннего солнца. У нее нет выбора. Он давал ей отсрочку из-за гнева и мести, которые он испытал, когда она убежала от него с его проклятой машиной. Он был готов сделать их первый раз вместе приятным для нее, если она перестанет бороться с ним.

Наконец она кивнула и заставила себя расслабиться. Что-то внутри его груди, о существовании чего Соломан даже не подозревал, смягчилось и растаяло для женщины под ним. Он будет нежным и терпеливым, даже если это его убьет.

Райли не хотела, чтобы он причинил ей боль, и если не даст ему взять ее, он разорвет ее на куски. Соломан не собирался отпускать ее или останавливаться. Все ее действия привели ее к этому моменту. Она либо подчинялась, либо сопротивлялась его гневу, вызванному ее поступками.

Он сел, его мощные ноги оказались по обе стороны от ее обнаженных бедер, заключая ее в ловушку из мягкой постели. Его собственнический жар пронзил ее грудь, когда он расстегнул рубашку и спустил ее со своих сильных плеч. Ее широко раскрытые глаза скользнули по татуировкам, нанесенным на его грудь и шею. Райли нерешительно протянула руку, чтобы коснуться одной из его грудных мышц, но резко опустила ее.

— Прикоснись ко мне, — потребовал он, крепко сжимая ее пальцы.

Он накрыл ее крохотную руку и прижал ее к своей покрытой волосами груди. И крепко держал ее, пока не убедился, что она не уберет пальцы, когда он ослабит хватку. Ее глаза остановились на его татуировке, она проследила узор. Это была какая-то языческая татуировка, почти кельтская, но в форме четырехгранного оружия. Она защищала его сердце. Райли провела кончиками пальцев по замысловатым узлам, очарованная глубиной работы. Ее ноготь случайно задел плоский сосок, вызвав у Соломана шипение. Ее глаза метнулись к нему, и она чуть не отдернула руку.

— Не останавливайся, — прорычал он сквозь стиснутые зубы.

Райли кивнула и продолжила свое исследование, касаясь его татуировок по очереди, вычерчивая их по его торсу и рукам. Время от времени его мышцы напрягались под ее нежными прикосновениями, пока он не заставлял себя расслабиться. К своему удивлению, она обнаружила, что становится все смелее, исследуя его жесткое тело. Она хотела узнать историю каждой татуировки. И

Райли знала, что должна быть хотя бы одна. Каждая из них была по-своему уникальна и перетекала от одной в другие. Райли приподнялась на локтях и потянулась к поясу его джинсов, проводя пальцами по краю, не обращая внимания на то, что, как подозревала, было кинжалом на его бедре.

Ее глаза встретились с его глазами, когда неуверенные, дрожащие пальцы потянулись к тяжелой пряжке его ремня. Это должно было случиться в любом случае, но Райли могла контролировать скорость. Его глаза впились в ее, пока она возилась с металлом. Соломан отвел ее пальцы в сторону и расстегнул ремень, затем пуговицу и потянул молнию вниз. Стянув для нее джинсы, он снова поймал ее руку и прижал к своему бедру, чтобы побудить ее завершить свое исследование.

Лицо Райли вспыхнуло, когда она поняла, что на нем не было нижнего белья. Ее взгляд скользнул вниз по его телу, снова пробежался по татуировкам, пока она не добралась до изображения клинка, которое пыталась изучить. Он был крепко зажат в поднятой костлявой руке мрачного жнеца в капюшоне. Она ахнула, и у нее отвисла челюсть. Каковы были шансы, что у мужчины, чья ужасная погоня привела их к этому моменту, есть татуировка ее экипировки? Она приподнялась на локте, чтобы лучше видеть картинку. Это было одновременно ужасно и прекрасно, страшно и одиноко. Как и его хозяин. Ее дыхание дрожало у его бедра, лаская верхнюю часть его эрекции, все еще запертой в джинсах.

Рука Соломана легла ей на затылок, зарывшись во влажные волосы. Он наклонил ее лицо к своему, пожирая ее великолепные черты обжигающим взглядом. — Ты мне очень нужна.

Он наклонился, чтобы поймать ее губы. Хотя его поцелуй был яростным, а его губы и язык — настойчивыми, он осторожничал, чтобы не причинить ей боль на этот раз, отступая, когда его контроль угрожал разбиться вдребезги. Он заставил ее язык поиграть с его языком, пока она не застонала ему в рот и не обхватила его обнаженные плечи, крепко прижимая его к своей обнаженной груди, сводя его с ума каждым прикосновением ее набухших сосков к его телу.

Склонившись над ней, он прервал их поцелуй ровно на столько, сколько потребовалось, чтобы стянуть джинсы с его бедер и сбросить их с кровати. Он устроился между ее идеальными, соблазнительными бедрами и широко раздвинул их коленями. Райли застонала и потянулась между их телами, намереваясь ощутить то, чем так часто угрожал ей. Он схватил ее за запястья и поднял их над головой. Глаза Райли распахнулись и встретились с его глазами в немом вопросе.

Он покачал головой: — Нет, красавица. Если ты прикоснешься ко мне, все будет кончено. Я отказываюсь кончать куда-либо, кроме этой прекрасной киски.

Она вспыхнула от его откровенных слов, ее тело непроизвольно выгнулось навстречу. Она прикусила губу и, стараясь удержать его взгляд, прошептала: — А что насчет презервативов?

Он резко покачал головой, уткнулся лицом в ее шею и укусил за ключицу, заставив ее задохнуться и прижаться еще ближе. Соломан зализывал маленький укус боли, пока она не застонала, ее киска снова потекла для него. Как этот мужчина мог заставить ее желать и удовольствия, и боли за такое короткое время? Что он с ней делает?