Чтение онлайн

— Вот видишь, — биомаг попытался пошевелить плечами, но у него ничего не вышло, — по-другому так быстро мы бы не оказались дома. Иногда риск — единственное, на что можно рассчитывать.

— А если бы мы и вправду разбились?! — обратилась к затылку биомага.

— Тогда бы Распрыкин с Комитетом безопасности изъяли мои разработки и миру все равно пришел бы конец.

Я замолчала. С какой стороны ни посмотри, господин Макильских выглядел правым. Остаться при дворе в поисках доктора и дать новому главному биомагу возможность порыться в лаборатории моего нанимателя казалось еще более рискованным мероприятием.

— Давайте помогу вам спуститься, — поколебалась я. — Кажется,

одному вам не справиться.

— Лучше поторопись и как можно скорее приведи Снека, он поможет мне дойти до кабинета.

Я вылезла из пассажирской кабинки на крыло.

Из-за серого дождевого облака показалось солнце. Воздух был свеж и чист, отчего головокружение усилилось. Я дождалась, когда мир вернулся к привычному своему ходу, и спрыгнула на землю. Упала в мягкую траву. Запахло розами и влажной землей. Кое-как поднялась и на ватных ногах, спотыкаясь, побежала к центральной лестнице замка. Со всей силы придавила ладонью кнопку звонка и услышала, как внутри зазвенели знакомые колокольчики. Снек едва успел отворить дверь, как я, обессиленная, рухнула прямо ему в руки.

Глава 40

Дворецкий любезно помог мне устоять на ногах.

— Добрый день, госпожа Мон, — немного удивленно поприветствовал он меня.

— В паролете господин Макильских! — выпалила я, не успев отдышаться. — Ему плохо. Нужна помощь. Кажется, его отравили!

Снеку хватило нескольких мгновений, чтобы усвоить новую информацию. Его лицо вытянулось, плечи расправились, он отодвинул меня одной рукой и вышел на крыльцо. При этом скомандовал мне из дома никуда не выходить. Сказал это так сурово, словно перед ним была не взрослая девушка, а неразумное нашкодившее дитя.

— Я не собираюсь… — попробовала возразить, но Снек захлопнул дверь.

Насупилась. Подулась немного на невежливого дворецкого, но потом задумалась. Вполне возможно, он действовал по разумным усмотрениям, может быть даже по инструкциям господина Макильских. А раз так, то следует прислушаться к его пожеланию. Решая, что делать дальше, я заковыляла на кухню к Анне — не терпелось поделиться своими злоключениями. Не успела сделать и шагу, как из-за угла вылетела она сама, собственной персоной.

— Девочка моя! Как хорошо, что вы так скоро приехали, — вытирая руки о передник, запричитала она дрожащим голосом.

Острое желание делиться чем бы то ни было у меня резко пропало. От тревожного напряжения, исходившего от кухарки, у меня неприятно сжался живот. Ну что еще приключилось?!

— По аппарату передали от вашей тети сообщение!

Я напряглась. Тетушка по пустякам звонить бы не стала. К тому же не помню, чтобы услышала фразу «звонок от тетушки», Анна четко произнесла «от тети передали сообщение». Звонила не она сама. Наверняка произошло что-то нехорошее. Мое сердце набатом забилось в груди, заполняя уши невыносимым давящим шумом.

— Крепитесь, Мон… — вздохнула Анна и произнесла, будто выстрелила из револьвера: — Вашу тетю арестовали за неуплату налогов и посадили во временную долговую камеру. Однажды моего соседа так же упекли. Мы всей улицей собирали залог…

Она говорила и говорила, а я, открыв рот, отказывалась верить в то, что торопливо сообщала эта добродушная женщина. Признаться, после казни родителей я опасалась ареста тетушки Ойле, но совсем по другим причинам: укрывательство, пособничество, отказ от сотрудничества с жандармами выглядели куда более реальными. Хоть я и не совершила ничего преступного, но у законников свои понятия. Для них «дочь врагов империи» — клеймо, и, останься я в Северном Москинске, не было бы у меня ни единого шанса получить хоть какую-то мало-мальски приличную работу. А тут раз — и

исчезла с глаз та самая «дочь врагов». К кому идти, где узнавать, куда подевалась? Конечно же, к родственнице, которая меня приютила. Но тетушку арестовали по другой причине, а значит, со мной не связанной. От этого, конечно, не легче, но арест «за неуплату налогов» ведет меня к совершенно другим размышлениям. Я точно знала, что долгов у тети Ойле не было, она даже умудрялась откладывать деньги, чтобы нас с Дин Доном увезти подальше от столицы. А не приложил ли руку к аресту ее бывший муж? Допустим, чтобы она перестала разыскивать сына. Если это так, то у меня еще одна причина встретиться с этим опасным типом. А где его еще искать, как не в аквалаборатории? Показательное выступление амфибий через неделю. Очень вовремя. Осталось выяснить, как на него попасть.

Вот только что делать с тетушкой? Я представила, как она одна в сырой каменной темнице, и содрогнулась. Сомневаюсь, чтобы моего аванса хватило для залога. Нет у меня, как у соседа Анны, улицы, которая враз помогла бы решить все мои проблемы. Ну что за черная полоса настигла нашу семью?! Как ни крути, как ни изворачивайся, выходит все одно — борьба с ветряными мельницами. С одним не успеваешь разобраться, как другое наваливается. Но выход-то надо искать… И мне в голову закралась такая паршивая идея, что от брезгливости я содрогнулась.

В дверях появились господин Макильских и Снек. Опершись на плечо дворецкого, биомаг нетвердым шагом зашел в холл. Вид у него был тот еще. Противоядия бы ему выпить, отлежаться, в себя прийти, да и мне не мешало с дороги хотя бы умыться. Но нет же, упрямству нанимателя можно было только позавидовать. Сейчас мы должны заархивировать все секретные разработки, а потом, если верить «предсказаниям» господина Макильских, ему предстоит встреча с Сержи и членами Комитета безопасности.

Неожиданно эта программа на вечер мне понравилась. Сосредоточиться на фактах и неторопливо поразмышлять об убийстве супруги господина Макильских у меня все равно не выйдет — в голове бедная тетушка Ойле. Заниматься с близнецами сил тоже нет. Вдруг они захотят прогуляться или вообще закатить музыкальный концерт. Пусть с ними побудет сегодня Анна. А я напоследок, одним глазком, посмотрю, как Ян Макильских собирается свои записи архивировать. Ну и цирк после всего ожидается превеселенький — представляю лицо Сержи, когда он не получит того, что пытается отнять у господина Макильских незаконным путем.

— С тобой все хорошо? — поинтересовался биомаг. — Снек рассказал про плохие вести из дома. Что собираешься делать?

Продолжая удерживать хозяина, дворецкий смутился, направил взгляд под ноги. Ну почему нельзя было мои семейные дела оставить в секрете? Я прикусила губу. Вызывать жалость у своего нанимателя не хотелось, но раз он и так все уже знает…

— Для выплаты залога у меня нет ни гроша. Боюсь, даже целого месячного жалованья не хватит. Мне остается одно — идти в услужение к мадам Баттерфляй.

Сказала и почувствовала, как где-то в центре желудка образовался противный комок из неоправданных ожиданий и разбитых надежд. Биомаг замер в шаге от меня. Его черные брови поднялись, а темные и опасные глаза впились таким проницательным взглядом, что сначала меня бросило в холод, а через секунду обдало жаром.

— Кто такая мадам Баттерфляй?

— Она… она держит салун, — скривилась я.

Мне показалось, что биомага сейчас разорвет от возмущения. Он побелел, потом по его щекам и шее пошли бордовые пятна. Минута у него ушла на то, чтобы обуздать свое эмоциональное состояние. И только после завершения всех внутренних бурных процессов он преувеличенно спокойно произнес: