Обсидиан
Шрифт:
— О, а вы слышали новости про Сару? — Карисса захлопнула сотовый, подняв на нас взгляд. — Я чуть не забыла!
— Нет. — Лесса посмотрела на меня. — Старший брат Кариссы — Бен общается с братом Сары. Они вместе учатся в Университете Западной Вирджинии.
— О, — я теребила в пальцах пустую упаковку из-под сока. Всякий раз при упоминании о Саре я вспоминала, о больнице и о том, как я впервые услышала о ее смерти. А еще я вспоминала про Аэрумов, которые, вероятно, находились где-то поблизости.
— Роби сказал Бену, что полиция
Ди опустила кусок пиццы на тарелку. Явный признак того, насколько все было серьезно.
— Что ты имеешь в виду?
— Ее сердце истерзано. Никакой приступ не смог бы нанести травмы подобного масштаба.
Ди пожала плечами.
— Ясно. Но тогда… что это могло быть?
Я взглянула на нее, имея некоторые догадки о том, что или кто это мог быть.
После обеда я оттянула ее в сторону.
— Это был один из них? — спросила я. — Аэрум?
Ди закусила губу, а потом повела меня прочь от кафе, подальше от выходившего из дверей брата. Пройдя длинный коридор, она, наконец, остановилась.
— Это был Аэрум. Но не бойся, Деймон уже позаботился о нем.
Я замерла в нерешительности:
— Это был тот же самый, который напал на меня?
— Определенно. — Ди оглянулась, поджав губы. — Деймон считает, что Аэрум наткнулся на нее случайно. Она не была с нами знакома. Клянусь.
Я не видела во всем этом никакого смысла.
— Тогда зачем?
Ди встретилась со мной взглядом.
— Им не нужна причина, Кэти. Аэрумы — невменяемы. Они убивают нас из-за нашей силы. — Она запнулась, ее щеки стали заметно бледнее. — Людей они убивают просто ради развлечения.
21
На удивление, моя жизнь постепенно становилась... нормальной. В течение полторы недели след сошел на нет, и Деймон вел себя так, словно его освободили из тюрьмы после двадцатилетнего заключения. Теперь, когда я находилась рядом с Ди, его никогда не было рядом.
Сентябрь и почти весь октябрь прошли без особых событий. Мама продолжала работать. В течение месяца у нее состоялось еще два свидания с мистером Майкелсом. Он нравился ей, и я была за нее рада. Прошло так много времени с тех пор, как я видела, чтобы она беззаботно улыбалась.
Ко мне часто заглядывали в гости Карисса и Лесса. Пригласив с собой Ди, мы ходили вместе в кино или Торговый центр.
Хотя я значительно сблизилась с Кариссой и Лесой, с Ди меня по-прежнему связывало гораздо большее. Мы делали почти все вместе — все, за исключением разговоров о Деймоне.
Правда, не потому, что она не пыталась.
— Я знаю, что ты ему нравишься, — произнесла она однажды, когда мы, предположительно, должны были заниматься биологией. — Я вижу, как
Я вздохнула и закрыла ноутбук.
— Ди, я думаю, он смотрит на меня только потому, что обдумывает, как лучше меня убить и спрятать мое тело.
— Это не та разновидность взглядов, поверь мне.
— Тогда какая это «разновидность», Ди?
Она сбросила учебник с кровати, и, вскочив на колени, прижала ладони к груди:
— Это разновидность «я ненавижу тебя, но хочу».
Я задохнулась от смеха.
— Это ужасно.
— Это правдиво. — Она опустила руки. — Ты знаешь, мы можем встречаться с людьми, если хотим. Это, своего рода, бессмысленно, но мы можем. Просто, он никогда раньше не обращал внимания на людей.
— Его заставили обратить на меня внимание, Ди. — Я с размаху упала на подушки кровати, чувствуя, как мой желудок сжимался от одной только мысли, что Деймон мог хотеть быть со мной. Я, конечно, знала, что чисто на физическом уровне его влекло ко мне. Я чувствовала это. Только этого было недостаточно, чтобы между нами могли завязаться отношения.
— А как на счет тебя? Что происходит с Адамом?
— Абсолютно ничего. Я не знаю, каким образом Эш испытывает влечение к Деймону. Мы выросли вместе. Адам, как брат для меня. Не думаю, что он чувствует по отношению ко мне что-то другое. — Она сделала паузу, ее нижняя губа подрагивала: — Мне никто не нравится среди своих.
— Есть какой-то... человеческий парень, который тебе нравится?
Она покачала головой.
— Нет. Но если бы был, я бы не стала опасаться этого. Я хочу быть счастливой. Не имеет значения с кем.
— Полностью с тобой согласна.
Ди легла рядом со мной, свернувшись калачиком.
— Деймон сойдет с ума, если я влюблюсь в человека.
Эти слова почти что вызвали у меня улыбку, но потом я вспомнила про их брата. Ди была права, Деймон сошел бы с ума. И он имел на это полное право, потому что если бы его брат не связался с человеком, он был бы все еще жив.
Я надеялась, что Ди никогда не повторит ошибки Доусона. Потому что в противном случае, Деймон, определенно, пойдет во все тяжкие.
К середине октября я собиралась найти его ручку и, наконец-таки, ее уничтожить, потому что потеряла счет, как много раз он тыкал ею мне в спину после того, как след исчез. Казалось, Деймон жил ради того, чтобы меня изводить.
Хотя, признаться, я своего рода даже ждала наших столкновений, но только потому, что это было занимательно... до тех пор, конечно, пока один из нас реально не начинал выходить из себя. Особенно когда Деймон вел себя откровенно антисоциально.
Как, например, в пятницу, когда Саймон попросил меня позаниматься с ним тригонометрией. До того, как я успела ответить хоть что-нибудь, рюкзак Саймона рухнул на пол, и из него высыпалось все содержимое.