Обмани меня
Шрифт:
Мои глаза увлажняются, а нижняя губа начинает мелко подрагивать. Я чувствую, что вот-вот расплачусь от жалости к себе. Боковым зрением вижу, как приоткрывается дверь. Запахиваю рубашку и резко разворачиваюсь.
— Ну ты и растяпа, — замечает Диана, войдя в туалет и оценив мой внешний вид.
Это становится последней каплей, и плотину моих слез прорывает. Я отворачиваюсь к стене и громко всхлипываю.
— Эй, ты чего? — удивляется секретарь и кладет руку мне на плечо. — Я же пошутила.
— Не отстирывается, —
— Какие круассаны? — недоумевает Диана. — У тебя хотя бы тушь водостойкая, чтобы так реветь?
— Не-е-ет, — уже в голос вою я, ощущая всю жестокость этого мира.
— ПМС что ли? — понимающе хмыкает она. — А ну-ка, повернись ко мне.
Диана прикасается к моему подбородку, заставляя поднять голову, и принимается стирать бумажным полотенцем слезы с моего лица.
— Посмотрите-ка на нее, — приговаривает секретарь. — Распустила нюни, круассаны у нее, понимаете ли, закончились.
От ее бормотания мне становится смешно, Диана напоминает мне ворчливую бабульку, и я тихонько смеюсь.
— Ну, полегчало? — спрашивает Диана, заглядывая мне в глаза.
— Немного, — выдыхаю я.
— Тогда пошли.
Девушка выходит из уборной и тянет меня за собой. Мы минуем холл и рабочее место Дианы и останавливаемся перед моим кабинетом. Диана распахивает дверь и легонько подталкивает меня, сама входит следом, берет со стола стаканчик с кофе, к которому я даже не притронулась, и протягивает его мне.
— Пей, — говорит мне Диана. — Есть во что переодеться?
Принимаю из ее рук картонный стаканчик и отрицательно качаю головой. Если бы было, я бы так не расстраивалась.
— Жди здесь, — бросает Диана и быстро уходит, громко хлопнув дверью.
Глава 27. Полина
Я пожимаю плечами и делаю глоток кофе. Затем, достав из ящика стола маленькое зеркальце и упаковку влажных салфеток, я смываю с лица остатки косметики и придирчиво разглядываю себя. Взгляд болезненный, нос распух и покраснел, на щеках и шее проступили малиновые пятна — красавица, ничего не скажешь.
Диана без стука входит мой кабинет, в ее руках черный бумажный пакет с золотистым логотипом из вензелей.
— Ты похожа на китайского пчеловода, — ухмыляется она и кладет передо мной объемную косметичку. — Там консилер, тушь и еще куча всяких полезных штук.
— Да уж, — хмурюсь я. — Мне очень неловко, что я не смогла удержать себя в руках, и тебе пришлось…
— Перестань, — перебивает меня Диана. — У всех бывают неудачные дни, — девушка достает из пакета кусок ярко-красной материи и протягивает мне. — Надевай.
Встряхиваю ткань, расправляя, и недоверчиво смотрю на Диану:
— Это что?
— Платье. Не видишь что ли?
Вижу. В красках. Как меня выгоняют с работы за
— Зачем тебе запасное платье на работе?
— Я купила его пару дней назад в обеденный перерыв, — терпеливо поясняет она. — Еще не успела отнести домой. Да и какая разница? Не унесла, значит, так было нужно. Видишь, пригодилось. Переодевайся, — продолжает настаивать секретарь.
— Не надо, — пытаюсь сопротивляться я. — Сейчас рубашка высохнет, пятно не так будет заметно.
— Уверена? — насмешливо произносит Диана и тянет меня за рукав. — Снимай, говорю. Ты сейчас простудишься в мокрой одежде под кондиционером, а если выключишь — задохнешься, за бортом выше тридцати пяти. Давай, переодевайся, — девушка отворачивается к двери. — Я не смотрю.
Аргумент. Я поворачиваю защелку на двери, чтобы не случилось несанкционированного вторжения кого-то из сотрудников, пока я переодеваюсь, и скидываю свою одежду. Втискиваюсь в узкое платье и изгибаюсь в попытке застегнуть молнию на спине. Бегунок доходит до середины и встает намертво.
— Помоги, пожалуйста, — прошу я Диану. — Что-то никак…
— Давай, порви еще, — отталкивает мою руку девушка. — Ткань зажевало.
Диана ловко справляется молнией, подходит к шкафу и раскрывает его передо мной.
— Тут есть зеркало? — удивляюсь я, глядя на внутреннюю сторону дверцы.
Секретарь снисходительно смотрит на меня и приподнимает бровь, словно намекая, что это вообще-то мой кабинет, и я должна бы и сама знать, что находится у меня в шкафах.
— Что? — говорю с вызовом. — Я туда не заглядывала. Сейчас лето и я не ношу пальто, чтобы его туда убирать.
— Угу, — ухмыляется Диана.
Оттесняю ее плечом и подхожу к зеркалу, придирчиво оглядывая себя сверху вниз. Широкие бретели подчеркнули острые ключицы, а в квадратном, весьма глубоком вырезе виднеется ложбинка груди. Платье облепило меня как вторая кожа, но ткань достаточно плотная для того, чтобы не дать проступить очертаниям нижнего белья. Никогда не носила ничего подобного, такие вещи мне всегда казались чересчур вульгарными и вызывающими, но…
— Неплохо, — произношу я, поворачиваюсь к зеркалу спиной и оглядываюсь, чтобы оценить вид сзади. — Даже очень.
— На тебе оно лучше сидит, выглядит элегантно, — произносит вдруг Диана, и я перевожу взгляд на нее. — Я крупнее и выше, на мне оно смотрится…
«Пошло».
— …по-другому, — заканчивает Диана и прислушивается. — Мне кажется, или кто-то скребется?
Я тоже обращаюсь в слух. Да, действительно. Подхожу к двери и, отперев замок, распахиваю ее.
— Дамы? — с подозрением оглядывает нас Илья и достает из-за спины огромный букет белых лилий. — Полина, это тебе.
Букет, к слову, третий за неделю. Похоже, что Илья решил устроить оранжерею в моем кабинете.