Чтение онлайн

— Вы Джей Спренгстен?

— Да.

— Вы действительно Джей Спренгстен? Джей фыркнул.

— Как вам сказать, я им был до поры до времени. Думаю, что некоторые люди еще и сейчас считают меня Джеем Спренгстеном, — но тут же отбросил в сторону свой мрачный юмор. — Что вы хотите?

— У меня есть кое-что для вас. — Человек протянул Джею тонкий белый конверт и, попрощавшись, пошел прочь.

Джей стоял на крыльце и смотрел на быстро удалявшуюся фигуру человека. Вернувшись на кухню, он бросил конверт на стол, и конверт шлепнулся напротив Анни. На нем не было написано ни единого слова.

— Спорим, что здесь нет ничего хорошего? —

попробовал поддразнить ее Джей.

Анни молчала.

Он опустился на стул и, взглянув на те двенадцать разбросанных по столу листов, из-за которых его жизнь дала трещину, кивнул в сторону только что полученного конверта:

— Держу пари. Это не выигрыш в лотереи. Анни оттолкнула от себя конверт. На ее лице не было и тени обычной улыбки. Джей сам взял конверт в руки и надорвал. Перед ним был еще один официальный документ. «Извещение о ходатайстве в суд по поводу рассмотрения дела об оформлении опекунства над Даниэле Марией Спренгстен» — было напечатано на одной стороне листа. На другой стороне в графе «Истец» значилось имя тетки. Его имя было вписано в следующую графу «Ответчик». Он со злостью швырнул извещение на стол и раздраженно вскочил на ноги. Табуретка, перевернувшись, с грохотом проскакала в другой конец кухни. У него помутилось в глазах от бешенства. Значит, она успела подать заявление в суд еще раньше. Вся эта чертова вчерашняя дискуссия была просто-напросто комедией, пустой тратой времени и сил. На ответ ему давалось тридцать дней.

Он закричал, не в силах справиться с яростью:

— Кто я такой, черт бы все это побрал, Анни? Кто, черт побери, мой отец? Как я могу выступать в суде по делу Данни, моей сестры, которая вдруг мне стала полусестрой? По делу ребенка моей матери, но не моего отца! Не моего кровного отца. Давайте уж теперь расставим все по местам! Черт, ведь Джессика мне, оказывается, не тетка. Она мне даже вовсе никакая не родственница. И она, выходит, имеет точно такие же права на Даниэле, как и я!

Его волнение все нарастало.

— Она же обо всем прекрасно знала! Не могла не знать. Мне уже было не меньше двух лет, когда моя мать вышла замуж за ее брата. А может быть, даже и больше. Такое ведь не спрячешь под юбку. Джессика просто выжидала удобный момент. Ведь сказала же она вчера вечером, что Данни приходится ей кровной племянницей. Кровной! Она все это знала много лет. Какая грязная игра! Она понятия не имеет, что ее брат покончил жизнь самоубийством, но зато она отлично знает, что я не его сын… — Джей сбросил бумаги на пол. — Но когда-нибудь и ей все станет известно. Господи, что мне теперь делать? Я больше не знаю, что правильно и что неправильно. Что хорошо и что плохо. Я не знаю, черт побери, как себя вести.

Анни наконец очнулась от своего молчания.

— Ты не знаешь, как себя вести, что делать? Все очень просто. Ты остался тем же парнем, каким был раньше. Сегодня утром ты проснулся точно таким же, как и на прошлой неделе. Ты тот же самый парень, который любит своих братьев и сестер, и не важно, что они оказались твоими братьями и сестрами только наполовину, — уверенно сказала она. — А где-то живет человек, который отказался от тебя, как от сына. Кто знает, может быть, придет день и он раскается и разыщет тебя, чтобы попытаться загладить свою вину.

Джей слушал этот голос, которому верил столько лет, голос, который втолковывал ему сейчас прописные истины, и постепенно самообладание вернулось к нему.

— А пока что тебе нужно решать проблемы, которые

возникают в твоей семье.

Джей поднял бумаги с пола, нашел среди них извещение о ходатайстве его тетки, а остальные документы отложил в сторону.

— Что ж, ничего не поделаешь, — устало сказал он. — Никому не удастся изменить мое отношение к ним. Я люблю их и сдержу обещание, которое дал тогда маме.

— Вот и хорошо. Что собираешься делать с Данни?

— Найду адвоката и сделаю все возможное, чтобы отвоевать ее.

Назавтра в полдень Анни позвонила Джею на работу и попросила. заехать домой что-яибудь перекусить. Когда он вошел в кухню, в глаза ему бросился свежий номер «Веллингтон Экспресс». Газета была раскрыта на одной из внутренних страниц и лежала поверх тарелки на столе. Джей пробежал глазами по заголовкам. Вот то, ради чего он здесь: «Лоуэлл/Боумонт. Объявление о помолвке».

— Ты специально из-за этого позвала меня?.

Он не мог поверить. Это не было похоже на Анни. С фотографии на него смотрело изумительное лицо Джолин. Рядом с ее снимком была помещена фотография Паркера. Джей прочитал объявление, и у него заныло под ложечкой. Они собирались пожениться ровно через три недели. Только этой новости ему и не хватало на данный момент.

Шлепая тапочками по полу, Анни подошла к столу и, перевернув газетный лист на другую сторону, ткнула пальцем в статью внизу страницы. «Владелец „Боумонт Херальд лимитед“ смертельно болен». В статье рассказывалось о Самьюэле Паркере Боумонте, о его заслугах перед обществом, благотворительной и филантропической деятельности. Последняя строчка привлекла особое внимание Джея: «Исполнительные директора газеты „Херальд“, страхового агентства „Мидлэнд“ и управляющий недвижимым имуществом Боумонтов заявляют, что „тяжелое состояние, в котором находится владелец компаний, никак не скажется на положении дел“.

— Ты знала, что Боумонт является владельцем страхового агентства «Мидлэнд»? — Джей посмотрел на Анни, пытаясь привести в порядок путавшиеся в голове мысли.

Отец Паркера смертельно болен. А Джолин собирается выходить замуж. И это на сто процентов. Она уже не передумает после того, как в газетах появилось публичное объявление.

— Нет, не знала. Но судя по этой статье, так оно и есть, — сказала Анни, выжидательно посмотрев на него. — Тебе больше ничего не показалось странным?

Он снова пробежал глазами по строчкам, но ничего особенного не заметил. Тогда она провела пальцем под одной из них, и Джей сразу же увидел эти слова: «Самьюэл Паркер». Он почувствовал, как у него внутри все похолодело, и все еще не веря своим глазам, посмотрел на Анни.

— Боже, что же это, Анни?

Перед ним лежала газета, где черным по белому было написано: «Самьюэл Паркер». Нет, этого не может быть.

— Я думала об этом все сегодняшнее утро, — торжественным тоном произнесла она и постучала пальцем по его плечу, чтобы подчеркнуть особую важность своих слов. — Чтобы жениться, нужно доказать, кто ты такой на самом деле. Твоя мать была далеко не глупа. Если какой-то тип назвался ей Самьюэлом Паркером, то у него должно было быть какое-то подтверждение этому. У него должен был быть хоть какой-то документ, удостоверяющий личность. Вполне возможно, документ был фальшивым. Если у него на самом деле была такая большая фирма, как эта, то такой влиятельный человек мог позволить себе взять любое вымышленное имя, и здесь нет ничего удивительного.