Чтение онлайн

Было сделано еще несколько замечаний о ее похищении и о том, что Уильям все еще представляет собой угрозу. Отец критиковал, а Эрик и Уоллес защищались. Это был не бог весть какой спор, но Бетия вскоре поняла, что не в силах терпеть. Еда, которую ей удалось съесть, теперь камнем лежала в желудке, а аппетит совсем пропал.

– Я пойду лягу, – сказала она Эрику так, чтобы услышали родители.

Эрик поцеловал ее в щеку:

– Я скоро приду к тебе.

– Эрик, – прошептала Бетия, опасаясь, что он даст волю гневу, как только она уйдет.

– Не бойся, радость моя. Я буду держать себя в руках.

Бетия

кивнула и вышла из зала. То, что он с легкостью угадывает ее мысли, льстило и обескураживало. «Надеюсь, – подумала она, – это оттого, что он хорошо меня понимает, а не оттого, что мое лицо как открытая книга». Если Эрик может читать по ее лицу, значит, смогут и другие, а девушка не хотела, чтобы родители видели ее гнев и раздражение, которые ей с каждым днем становилось все труднее сдерживать.

– Ты там не задержалась, – сказала Гризелла, когда Бетия вошла в спальню.

– Я почти ничего не смогла съесть, – ответила Бетия, пока Гризелла снимала с нее платье. – Отцу тяжело признать, что он ошибался насчет Уильяма, и теперь он пытается свалить вину на наших людей. Это злит Уоллеса и Эрика. Еда комом стояла у меня в горле, пока я слушала их споры.

– Думаю, что мужчина, рисковавший в битве жизнью, вряд ли захочет терпеть попреки от человека, который не поднимал меч вот уже двенадцать лет.

Резкий тон Гризеллы удивил Бетию, но она вспомнила, что Питер тоже принимал участие в бою. В известной степени Питер презирал лорда Драммонда. Она хотела бы, чтобы отец был осторожнее в своих высказываниях и понял, что уже слишком поздно что-либо менять. Тот факт, что так много воинов оставались в Данби, несмотря на постоянные придирки ее отца, возможно, объяснялся их верностью Уоллесу и Боуэну. Они просто терпеливо ждали, когда власть перейдет к ее кузену.

– Я уверена, на самом деле отец благодарен им за помощь, – пробормотала Бетия, не обращая внимания на недоверчивый возглас Гризеллы. – Как себя чувствует Джеймс? – спросила она, когда, переодевшись в ночную сорочку, перебралась на стул возле камина, чтобы служанка расчесала ее волосы.

– Спит, как и положено такому малышу, как он. Мы с твоим мужем осмотрели его с головы до пят и нашли только несколько синяков.

– Ах, Гризелла, как может кто-то, не важно, мужчина или женщина, даже подумать о том, чтобы убить такую кроху?

– Это жадность, милая. Всепоглощающая жадность. Питер и Боуэн вне себя от гнева, что эта гадюка ускользнула от них.

– И я. Меня это тоже угнетает. – Бетия вздрогнула и обхватила себя руками. – Если бы ты слышала его угрозы, ты чувствовала бы себя также. Я не думаю, что Уильям когда-нибудь был в своем уме. Как можно в здравом рассудке замышлять убийство ни в чем не повинных людей? Теперь он спятил, это точно. Безумие было в его глазах, когда он смотрел на меня.

– Не бойся, вас хорошо охраняют.

– Но достаточно ли хорошо, чтобы защитить от одержимого?

– На то есть сильные, хорошо вооруженные воины, которые не только присмотрят за тобой и малышом, но и пустятся в погоню за негодяем. – Гризелла поставила на столик, стоявший рядом с девушкой, кувшин вина и бокал. – Посиди немного перед камином и выпей вина. Это поможет тебе расслабиться и заснуть.

– Да, я совсем измотана, несмотря на то, что мне удалось поспать перед ужином.

Когда за Гризеллой закрылась дверь, Бетия налила

немного вина и, потягивая его, наблюдала за игрой пламени в камине. Ей нужно было успокоиться. Бетия надеялась, что ее родители примут Эрика, когда он женился на ней, но этого не случилось. Эрик должен был понравиться им даже больше, чем Роберт. Однако чем дольше она размышляла над этим, тем четче понимала, что между Эриком и Робертом есть огромная разница. Эрик – очень сильный человек, а Роберт был слаб и легко управляем, даже Сорчей. Эрику не нравится, когда им помыкают, по крайней мере, ее родители. Возможно, настала пора уезжать из Данби.

– Что вы тут делаете? – спросил Боуэн, когда Уоллес и Эрик вошли в его маленький домик, стоявший за стенами замка. – Уже поздно. – Он подмигнул Эрику, наливая эль для неожиданных гостей. – Я-то думал, после двух недель разлуки тебе найдется что сказать Бетии.

Эрик усмехнулся и сел на скамью у простого стола.

– Если она и заснет, пока я сижу здесь, я ее разбужу. – Он коротко рассмеялся, но тут же снова стал серьезным. – Я собираюсь представить Бетию ко двору через день-другой.

– И тебе нужны люди для сопровождения, – продолжил Боуэн.

– Да, но больше всего меня заботит то, что нам придется оставить здесь Джеймса.

– Не беспокойся о малыше, – заверил его Уоллес. – Даже если мой дядя настолько глуп, что не замечает нависшей над пареньком опасности, мы будем рядом. Мы ни на минуту не спустим с него глаз.

– Спасибо, но есть еще одна просьба. – Эрик глотнул эля, желая успокоиться, поскольку не знал, как будут восприняты его слова. Вряд ли он, чужой в Данби, мог осуждать действия главы клана. – Я бы предпочел, чтобы лорд и леди по возможности вообще не подходили к малышу, пока мы будем в отъезде. Надеюсь, Гризелла вместе с няней позаботятся о нем и сумеют скрыть его от посторонних взглядов.

– Так и будет, – кивнул Боуэн.

– Думаю, это не составит труда, поскольку не похоже, чтобы лорд и леди интересовались малышом. Господи, я не уверен даже, что они помнят, как его зовут!

Уоллес нахмурился и почесал подбородок:

– Я заметил это. По правде говоря, увидев, как сильно малыш похож на свою мать, я испугался, что они начнут баловать его не меньше, чем свою обожаемую Сорчу. Но ты прав. Похоже, что они осмотрели его, решили, что он недостаточно хорош, и предпочли забыть о его существовании.

– Может быть, им не нравится видеть перед собой доказательство того, что их маленький ангел делил постель с мужчиной, – протянул Боуэн.

Эрик распахнул глаза от удивления:

– А ведь, наверное, дело в этом. Впрочем, не важно, что творится у них в головах, главное – не дать им испортить Джеймса. Теперь Бетия может со спокойной душой оставить ребенка здесь.

– Ты уверен, что хочешь уехать сейчас?

– Я бы предпочел подождать смерти Уильяма, но сейчас самое время. Макмилланы на моей стороне, это добавит веса моим притязаниям на земли Битонов. И буду честен, если я останусь здесь еще ненадолго, мой кулак все-таки познакомится с лицом вашего лорда. – Эрик криво улыбнулся. – Я не хочу ссоры с родителями Бетии, не хочу ставить ее в такое положение, когда ей придется выбирать между нами. Это обычное дело для всех новобрачных, но, мне кажется, для Бетии это будет особенно тяжело.