Чтение онлайн

– А этот Грэм – того же поля ягода?

– Думаю, да. Жизнь бедных жителей Дублина, кажется, не стала легче под его правлением. Это одна из причин, по которой я продолжаю добиваться признания своих прав на Дублин. Я верю, что люди, живущие там, заслуживают лучшей доли.

Лорд Ранальд пристально посмотрел на него и сказал:

– Хотя ты наследник Битонов и настоящий Макмиллан, ты продолжаешь называть себя Мюрреем.

– Думаю, я всегда буду так себя называть, – пожал плечами Эрик. – Я тринадцать лет рос, считая себя бастардом

Мюрреев. И я по-прежнему ощущаю себя одним из них, даже выяснив, что я вовсе не бастард. Наверное, никто не захочет называть своим отцом Битона, но я не думаю, что причина только в этом. Балфур и Найджел вырастили меня. Может быть, мы не являемся кровными родственниками, но нас связывает множество других уз. Я обязан им жизнью.

– Да, обязан. – Лорд Ранальд потянулся и сжал руку Эрика. – Останешься ненадолго? Здесь есть и другие, с кем тебе следует познакомиться – тети, кузины. Я бы с радостью рассказал тебе о твоей матери.

– Я совсем недавно женился, сэр. – Эрик коротко поведал им о Бетии, упомянув и историю их знакомства, слегка улыбаясь, когда глаза Ранальда и Мэри расширились от удивления.

– Драммонды не просили нас о помощи?

– Нет, не думаю, чтобы родители Бетии поверили, что это правда.

– Но вы верите?

– Да. Единственное, в чем я не уверен, – как Уильям будет действовать теперь, когда Бетия с малышом в безопасности. Вы встречались с моей женой?

– Раз или два, когда приезжали к Драммондам.

– Нам ее никогда не представляли, – сказала Мэри. – Можно было случайно столкнуться с ней или услышать о том, что она совершила какую-то ошибку. Не думаю, что о ней особо заботились, – добавила она осторожно.

– Нет, не заботились. Я хочу забрать ее оттуда как можно скорее.

– Разве неделя или две могут что-то изменить? – спросил лорд Ранальд.

Эрик сомневался. Он уже скучал по Бетии и сожалел о том, что оставил любимую у ее бессердечных родителей. Они могли погубить то немногое, что он успел дать ей, погасить вспыхнувшую в ее сердце искорку надежды и веры в себя. Но он столько лет пытался привлечь внимание Макмилланов, и вот его наконец признали. Мудрее было бы укрепить эти пока еще хрупкие узы, к тому же Ранальд мог многое рассказать ему о Битоне, что пригодилось бы в предстоящей борьбе.

– Я останусь на неделю, самое большее на две. Потом мне нужно будет вернуться в Данби, – сказал он, криво улыбнувшись при виде радости, вспыхнувшей на лицах его наконец-то обретенных родственников.

– Я пошлю в Данби человека с письмом от тебя, – сказала леди Мэри. – Это облегчит твоей жене ожидание.

Эрик надеялся, что так и будет. Он боялся, что Бетия до сих пор до конца не уверена в нем. Что ж, по крайней мере, он мог не беспокоиться за ее безопасность – стены Данби обеспечивали надежную защиту.

Бетия вздохнула, сидя на поросшем травой клочке земли в задней части двора и наблюдая

за Джеймсом, ковыляющим вокруг. Он ходил с каждым днем все лучше и лучше, но пытался двигаться слишком быстро и потому часто спотыкался. Позволив малышу тренироваться на заднем дворе, она свела ссадины и синяки к минимуму.

Бетия тосковала по Эрику, хотя очень старалась не скучать. У него были веские причины оставаться там. Макмилланы приняли его и хотели, чтобы он узнал их получше. Хотя прошло только две недели, она страстно желала поскорее увидеть мужа. Она плохо спала без него, ей часто снилось, как он развлекается с красивыми женщинами – женщинами, которые могли увести его навсегда.

– Хватит хмуриться, – весело сказала Гризелла, садясь рядом.

– Я и не хмурюсь вовсе…

– Хмуришься, хмуришься. Скучаешь по своему красавчику мужу.

– Возможно. – Бетия вздохнула, когда Гризелла фыркнула в ответ на ее деланное равнодушие.

– Если это тебя обрадует, я готова признать, что меня тревожит, как он проводит время в Билахане.

– Я так и думала, что ты будешь выдумывать всякие глупости.

– Ты уверена, что ты всего лишь служанка?

– Не надо ставить меня на место. Это со мной не пройдет. Мы ведь выросли вместе, и я замужем за Питером, который почти дядя тебе.

– Если попытаешься заставить меня звать тебя тетушкой, клянусь, я ударю тебя!

– Я трепещу! Почему ты решила, что твой муж пожелает отведать меда из другого горшочка?

Бетия с минуту смотрела на Гризеллу, затем расхохоталась.

– Что за странный способ выражать мысли! – Она вздохнула и посерьезнела. – Ты не видела, как женщины расстилаются перед ним. Горничные в гостинице чуть не изнасиловали его прямо у меня на глазах!

– Могу в это поверить. Он очень красив. Некоторые местные девушки тоже вились вокруг него.

– Если ты стараешься поднять мне настроение, то выбрала неверный способ!

Гризелла засмеялась:

– Прости. Боюсь, тебе придется смириться с этим. Ты не сможешь ослепить всех девушек в Шотландии.

– А что, это мысль!

– Нет, ты никогда не будешь такой жестокой. Даже не знаю, что сказать. Я действительно не верю, что твой парень из тех, кто с легкостью нарушает клятвы. Сдается мне, ты к нему несправедлива. До тех пор пока он не докажет тебе, что не заслуживает доверия, тебе не следует обвинять его даже в мыслях.

Бетия кивнула, поймала Джеймса, споткнувшегося прямо перед ней, и рассмеялась, когда он немедленно устремился обратно.

– Я понимаю. Мне нужно просто доверять ему до тех пор, пока он не докажет обратное.

– Вот и поступай так. Мужчинам нравится, когда женщина ревнива, но до известного предела. На самом деле ты ставишь под сомнение его честь всякий раз, когда боишься, что он уступит страсти жаждущих его девушек.

– О, – Бетия поморщилась, – никогда не думала об этом с такой точки зрения.