Об истине
Шрифт:
– Дэшгаром зовут, - с гордостью представил зверя Ерха.
– Но я его Дэшиком кличу, - в его голосе прорезалась непривычная сентиментальность.
– Такая умная скотина, ты себе даже не представляешь! Шерсти только от него много. Линяет так, что хоть носки с него вяжи!
Впечатлённая размерами Дэшика Дарилла почему-то вспомнила наагалея Вааша и пришла к выводу, что сегодня она обречена встречать на своём пути всё гигантское.
– А ты чё меня искала-то?
– опомнился старик.
– Да просто проведать хотела, - чуть смущённо ответила девушка. Ей всё ещё было немного стыдно, что она в последнее время так
– А я думал, вы с Риалашем совсем заженихались, - старик скабрезно расхохотался.
– Дядя!
– возмутилась Дарилла. Пихнув пошляка для острастки в бок, она сменила гнев на милость и уже спокойнее поинтересовалась: - У тебя всё нормально?
– Да а чего бы мне не нормально быть?
– искренне удивился Ерха.
– Работёнка есть, жильё есть, еда-питьё есть... Я так хорошо никогда не жил. Просыпаюсь поутру, а мне и поесть принесли, и одежду с сапогами почистили, и водички для омовения оставили. Словно женился или даже лучше! Какой же нормальный мужик откажется от того, чтобы за ним ухаживали и при этом не шпыняли, что муж из него как из пня тыква? Даже уезжать отседова не хочется.
– А куда ты собрался?
– опешила Дарилла.
– Ну как? Обратно, в Нордас.
– Ты хочешь вернуться туда?
– А можно остаться?
– наивно удивился старик.
– Дядя, ты совсем, что ли, того?
– разозлилась Дарилла.
– Куда ты поедешь? Не намотался ещё? Сам же говорил, что как найдём большущий клад, ты сразу же на покой уйдёшь. Клад мы нашли. Неужели ты думал, что твою долю зажилю?
– Ну это... как же...
– замялся тот.
– Денег-то вроде нет.
– Идиот! Дурак!
– разозлилась Дарилла.
– Опозорить меня перед всеми хочешь? Что, я не в состоянии обеспечить достойную старость своему дядьке? Риалаш, беря меня в жёны, прекрасно знал, что из всего моего приданного только ты и есть!
Ерха смущённо моргнул и, прислонившись к косяку, утёр рукавом левый глаз.
– Как-то не думалось мне, что в старости будет, кому заботу обо мне взять, - глухо признался он.
– Деток-то у меня нет. Не, я не жалею, что семью не завёл, папка из меня был бы неважный. Не по мне всё эти склоки с женой, орава голодной ребятни... Нет, семейная жизнь не моё. Есть люди, которым нужна спокойная размеренная жизнь, а я человек вольный, свободный... Не хотел жениться и не хочу! Но порой брала меня тоска от мыслей, что век свой доживать мне придётся в холодном углу.
– Никаких углов, особенно холодных!
– решительно рявкнула Дарилла. Она всё ещё была ужасно зла. Подумать только, они вместе провели четыре насыщенных года, вросли друг в друга, как самые настоящие родичи, а он, тот, кто должен знать её лучше всех, такую околесицу себе придумал!
– Старый ты...
– девушка с большим трудом заставила себя прикусить язык.
– Дар, да не злись, - Ерха обезоруживающе улыбнулся ей и сграбастал в охапку.
– Ну дурень! Так я старый, умом уже трогаюсь.
– Вот выучусь на лекаря и вправлю тебе мозги!
– пригрозила Дарилла.
Ерха окончательно расчувствовался и, отстранившись, утёр нос. Рожающая кошка зарычала сильнее прежнего, и старик ухватился за это как за повод покинуть Дариллу и окончательно расчувствоваться уже в одиночестве.
– Ох, пойду я! Кажись, выходит. Надо помочь, а то вдруг дитятко неправильно извернётся...
Пробормотав
Жилище скальных котов на территории дворца называли очень просто: Логовом. Это мающаяся от любопытства Дарилла спросила у проходящего мимо слуги-оборотня. Тот охотно ответил и посоветовал госпоже пока не подходить к этому месту так близко. Звери её ещё не знают, могут напугать. Девушка решила не искушать судьбу и последовать мудрому совету.
Обратно она возвращалась вдоль крепостной стены, с любопытством осматривая пышные зелёные кусты с крохотными почками бутонов. В Нордасе уже должна была начаться зима, а здесь цветы распускаться собираются. В её родных местах, правда, зима была очень мягкой. Снега выпадало мало, сильные морозы случались редко. А вот на севере страны были и сугробы по колено, и холода куда злее. Ещё севернее, в других странах, зимы были так суровы, что в лесах высота снежных наносов была аж с человеческий рост! Побывав там, Дарилла смогла наконец-то оценить, в каком прекрасном крае родилась и выросла.
Уже почти добравшись до парадной лестницы, девушка увидела, что у её подножия стоит паланкин. По ступенькам почему-то в одиночестве спускалась госпожа Таврида. Что-то в её поведении Дариллу насторожило. Женщина казалась уставшей и больной. Мучительно сведя брови на переносице, наагалея обмахивалась ладонью. Ей явно было нехорошо.
Только Дарилла подумала, что нужно поспешить к ней, как женщина споткнулась и громко вскрикнула. Её крик многоголосым эхом подхватило дружное оханье. Стража на стенах бросилась вперёд и свесилась через край, пытаясь понять, всё ли с тёщей наагашейда в порядке. Наги, несущие караул у ступенек, молниями бросились наверх.
К облегчению всех, госпожа Таврида смогла устоять. Эта встряска даже пошла ей на пользу. Она порозовела, взбодрилась и отказалась от помощи подоспевших нагов с весёлым хихиканьем.
Больше Дарилла ничего не успела увидеть. Её схватили. Сильная ладонь зажала ей рот, и в следующее мгновение девушку утащили в кусты. Опомнившись, Дарилла саданула врага пяткой по колену и от души ударила локтем в живот. Над ухом раздался тихий смех, и девушка замерла, узнав мужа.
– Я тебя похищаю, - с удовольствием прошептал ей на ухо Риалаш.
Убедившись, что жена не думает кричать, он освободил ей рот, и Дарилла яростно зашипела:
– Ты что творишь?!
– Говорю же, похищаю, - повторил хитрый наг.
– Или ты хочешь остаться здесь и через четыре дня оказаться под пристальным вниманием всех моих родственников?
– Я не понимаю...
– Дарилла обескураженно посмотрела на него через плечо, но увидела только низко надвинутый на лицо капюшон и изогнутые в весёлой усмешке губы.
– Я устраиваю нам побег. А мои горячо любимый дед и обожаемая бабушка помогают мне в этом. Оцени, на какие жертвы они пошли ради нас: бабушка рискнула здоровьем, а дед - нервами.