Чтение онлайн

– У меня руки заняты, чем я его держать буду?

Дарилла предприняла новую попытку вырваться, но наг держал крепко.

– Угомонись, дурная!
– прорычал мужчина.
– Ты за ними всё равно не поспеешь. Сейчас берём брошенные вещи и дуем на постоялый двор. Если они влезут в неприятности, то всё должно быть готово для отъезда.

Девушка замерла, продолжая смотреть перед собой широко распахнутыми глазами. Грудь её высоко поднималась из-за тяжёлого дыхания. С трудом выровняв его, она процедила сквозь зубы:

– Я поняла. Пусти меня.

Миссэ подозрительно посмотрел на её макушку, но руки разжал. Дарилла

отошла от него, встряхнулась и затем крепко и очень затейливо выругалась.

Лорес, прищурившись, посмотрел на стены города, виднеющиеся в просветах между ветками. Немного полюбовавшись на них, он перевёл взгляд на солнце и разочарованно прицокнул. Опаздывают.

Странников им удалось нагнать только вчера. Прибыв в Лонрас, Лорес тут же выяснил, что «Шавожский хвост» стоит в порту уже второй день, а путники покинули город. Всё это он узнал, расспрашивая портового смотрителя. Тот сообщил, что да, такие-то подходили к нему и уточняли, не будет ли в ближайшее время кораблей до Давридании. Кораблей не было.

Дальше Лорес уже положился полностью на свои предположения. Странникам нужно в Давриданию, но кораблей нет. Чтобы сделал он сам? Он бы направился в Давриданию по суше, но не забыл бы посетить и ближайший портовый город в надежде, что там-то найдёт нужный корабль. Рассудив так, Лорес вместе со своими людьми сел на судно, следующее до Оледара. И по прибытию отдал распоряжение Резвару, чтобы тот караулил путников в порту.

Те появились там через два дня. Резвар смог беспрепятственно проследовать за ними. Его никто не узнал. Лорес позаботился о том, чтобы тот не попадался странникам на глаза во время совместной поездки до Санариша. Посидев немного на постоялом дворе, Резвар услышал весьма волнующую фразу про какую-то чашку, о чём поспешил донести своему господину.

Это известие озадачило Лореса и сильно взволновало. Он никак не мог понять, где и когда странники успели найти «чашку». Неужели в болотах? И та ли эта чашка вообще? Не в силах от нервного возбуждения выдерживать неизвестность, Лорес велел Резвару найти каких-нибудь пьяниц и за хорошую плату или выпивку подговорить их завалиться на постоялый двор, где расположились странники. Резвару же полагалось в момент начавшейся неразберихи аккуратно стащить мешок у того старика. Увы, задумка не увенчалась успехом.

Лорес не смог сомкнуть глаз всю ночь. Ему уже грезилось, что он держит в руках древнюю реликвию - давнюю цель всей его семьи. Возбуждение и азарт дурманили его, и пришлось приложить усилия, чтобы взять себя в руки и обдумать ситуацию.

Нашли ли путники артефакт? В это верилось с трудом. Столько лет его никто не мог найти, а тут весьма странная компания, гораздая влипать во всевозможные неприятности, вроде бы как добирается до божественного атрибута. Но и не поверить Лорес тоже не мог. Всё внутри дрожало от страстной надежды: а вдруг?

К утру он решил, что стоит проверить, достигли ли странники своей цели. Лорес решил, что для этого вполне сойдёт болтливый старик, у которого и должна храниться чашка. Только вот следы оставлять было нельзя. Лорес уже понял, что глава отряда - невероятно важная персона. И мужчина был достаточно благоразумен, чтобы постараться избежать лишних проблем.

Резвар сообщил, что странники упоминали в своих разговорах торжище. Они-де хотели туда наведаться. Лорес отправил одного из своих людей в не самую

благополучную часть города, и через час тот вернулся в сопровождении главы одной из мелких шаек вольных. Сам Лорес не стал с ним говорить, отправив проверенного и надёжного Резвара. Вольному заплатили за то, чтобы его люди осторожно перехватили в толпе старика, нацепили на него амулет, скрывающий запах, и незаметно вытащили за пределы города. Встретиться условились в лесочке к западу от города рядом с разрушенным древним поселением. Но исполнители запаздывали.

Наконец раздался тихий треск и приглушённое мычание. Из кустов на поляну, окружённую деревьями, вышли двое крепких бородатых мужчин. Один из них нёс на плече связанного по рукам и ногам старика. На голову пленнику натянули мешок, а в рот, судя по звукам, затолкали кляп.

– Дело сделано, - вольный, идущий впереди, замер перед Резваром, а его товарищ грубо сбросил связанного Ерху на землю. Тот тут же активно завозился.

Резвар молча бросил вольному кошель с оставшейся частью платы, и тот, поймав награду, ухмыльнулся ещё шире.

– Покажи товар лицом, - велел он товарищу.

Резвар только открыл рот, чтобы запретить это, но вольный оказался быстрее. Мешок с головы пленника был сдёрнут, и Ерха упёрся широко распахнутыми глазами в Лореса.

– Ах ты шелухадь мулявая! Биторг обгрызенный! Вайлян гулящий!

Лоресу даже не хотелось перебивать старика. Ерха, по-прежнему связанный, но освобождённый от кляпа, страстно вспоминал все возможные ругательства на разных языках. И даже ни разу не повторился, хотя просвещал он окружающих уже никак не менее пяти минут. Даже вольные, задержавшись ненадолго, уважительно присвистнули и почерпнули для себя немало нового.

– Стоп-стоп, - Лорес выставил вперёд ладонь, призывая старика к молчанию.
– Биторг - это кто?

В ответ Ерха разразился новым потоком брани. Прислушавшись, Лорес сообразил, что ему, собственно, только что ответили на вопрос.

– И где ж ты подцепился к нам?
– Ерха обозлённо сплюнул. Целился он в сапог Лореса, но тот весьма вовремя успел отступить.

Старик действительно терялся в предположениях, по какому поводу этот усатый щёголь следовал за ними с самой Салеи. А может, и из ещё более далёких мест. Но здоровым размышлениям мешала злость, которая кипела в груди подобно чану с жидкой смолой. А больше всего Ерху злил не собственно сам Лорес, а то, что они столько времени провели с этим гадом бок о бок, добираясь до Санариша, и ничего не заподозрили.

Лорес присел на корточки в некотором отдалении от Ерхи и благожелательно улыбнулся ему. Этот старик ему нравился. В меру простоватый и в меру хитроватый. Боги свидетели, убивать его не хотелось. Но стереть из его памяти своё лицо Лорес был не в силах, а сохранять ему жизнь по доброте душевной и подвергать себя опасности... Лорес порой позволял быть себе сентиментальным, но не настолько.

– Да ещё с самой Геноры, - поделился он.

Ерха аж задохнулся от возмущения и потрясения. Это ж как они не заметили преследования? Но он почти тут же вспомнил предупреждение Низкана: бывший вольный ещё в Рирейских горах заметил какой-то отряд. Тогда они торопились и не стали с этим разбираться. Старик едва успел прикусить язык, чтобы не ляпнуть об этом Лоресу. Тот, видимо, ещё не знал об истинной сути Низкана. Иначе не был бы так спокоен.