Чтение онлайн

Я грозно насупился, посмотрел Шкиперу в глаза и понял, что клиент созрел окончательно. Пора, наконец, прекратить заниматься пустословием и переходить к делу.

— И так, сударь… Какова цель вашего визита на мои Острова? Кстати, Барон, ну-ка, налейте нам по полной рюмочке для расслабления, — я лихо подцепил на вилку кусок солёного гриба, покровительственно и весело кивнул бледному ГЛАВЕ, предлагая ему последовать моему примеру. — За искренность, господа!

— За искренность!!

— Ну, так слушаем вас, дружище!

— Сир, — поспешно ответил ГЛАВА. — Я прибыл

на Острова, вернее, на Архипелаг, с несколькими целями. Одной из них являлась встреча с Верховным Магистром Ордена Посвящённых.

— Так, так… И какие проблемы вы с ним намеревались обсудить, и какие же задачи собирались решать?

— Сир, во-первых, необходимо было согласовать наши дальнейшие действия. Во-вторых…

— Ну, ну, смелее!

— Сир, я должен был доставить ему карту Вашего генома…

— О, как, ишь, ты, однако! И что это за карта такая?

— Сир, вообще-то, в обычных условиях, она представляет из себя микрочип с полным набором психофизических данных человек, в том числе в нём содержится и код Пси-Матрицы. Хранилище таких чипов имеется в Альтаире и, очевидно, на Глории.

Я вопросительно посмотрел на ПОЭТА. Он усмехнулся и утвердительно кивнул головой.

— Сир, но в специфических условиях Анклава задача значительно осложнилась, — продолжил ГЛАВА. — Барьер не пропустит чип, как и любое другое электронное устройство. Пришлось действовать иным путём.

— Каким же?

— Сир, всё очень сложно и непонятно даже мне.

— Ладно, вернёмся к данной теме чуть позже. А каким же это образом вы заполучили мои данные? — с интересом спросил я.

— Сир, они были получены во время Вашей последней схватки с бойцами КОМАНДОРА.

— Вот как!? А, я-то, думал, ну какого чёрта разыгрывается этот дешёвый спектакль с битами, копьями, луками и сетями! Вот оно что!? Но, постойте, постойте! — я вскочил с кресла и заметался по каюте. — Я совершенно точно знаю, что никто из этих ваших горе бойцов меня так и не коснулся! Как же вы смогли получить мои полные данные!?

— Сир, существует так называемый дистанционный способ сканирования, — вмешался ПОЭТ. — Но для этого необходимо подобраться, так сказать, к объекту на максимально близкое расстояние.

— Кроме этого, нами были изъяты стакан, рюмка, вилка и ложка со скатерти, на которой Вы, Сир, изволили отдыхать вместе с ГРАФИНЕЙ, — добавил ГЛАВА.

— Понятно… — я сел в кресло, прикрыл глаза, внезапно почувствовал усталость, расслабился.

Да, познание — это, несомненно, одно из самых сладостных занятий в жизни, но всему, везде и всегда есть свой определённый предел, поэтому в любом процессе требуется делать перерыв. В данной ситуации смена темы — лучший отдых. Я потёр пальцами глаза, посмотрел на свечи и неожиданно даже для себя самого попросил ПОЭТА:

— Дружище, а прочитайте-ка нам что-нибудь из моего, раннего, а? Мне интересна реакция нашего гостя. Кстати, сударь, у вас, в этой самой Звёздной Системе Альтаир вообще существуют поэзия и поэты?

— Обижаете, Сир! — искренне возмутился гость. — Поэзия вечна, бессмертна и бесконечна, как этот Мир!

— Ну, насчёт всего материального

Мира не знаю, — поморщился я. — Как известно, у Вселенной есть край, следовательно, Мир не вечен и не бесконечен. Как может быть вечным то, что где-нибудь и когда-нибудь заканчивается?

— Извините, Сир, — кашлянул ГЛАВА. — Сведения о том, что Вселенная конечна, достоверны?

— Абсолютно достоверны, даже не сомневайтесь, — улыбнулся я. — Продолжу свою мысль… И так, Вселенная, в её материальном понимании, конечна. А, вот, ежели исходить из постулата о том, что сначала было всё-таки сознание, дух, разум и они объединены в нечто единое целое, и вечны по своей сути, то поэзия также вечна! Умрёт материя, но мысли отчеканятся в пустоте, которая на самом деле таковой не является!

Мои собеседники некоторое время удивлённо созерцали меня, как редкого зверя, и обдумывали услышанное, а потом молча уставились в огонь. Галера, как и море под ней и вокруг неё, была абсолютно неподвижна. Лёгкий, почти неощутимый и неуловимый, прохладный воздух тонкой струйкой вползал в каюту, тихо, не касаясь пламени свечей и камина, следовал в сумрачные углы каюты и засыпал и растворялся там, как старый добрый пёс, абсолютно никому не мешая и не надоедая.

— Барон, так что там со стихами!? Что-нибудь любовно-философское, пожалуйста!

— Извольте, Сир, вот одно, из Ваших ранних:

Когда-нибудь придётся умирать… Не для людей космическая вечность. Твою улыбку, нежность и беспечность Дай Бог мне встретить, милая, опять! Когда-нибудь воскресну я, как знать… И стану жить в загадочном столетье. Увижу рай иль злое лихолетье. Дай Бог тогда тебя не потерять. Когда-нибудь нам суждено летать! Двум отблескам пожара давней страсти. И от любви, — мучительной напасти, Не дай нам Бог, любимая, устать… Когда-нибудь мне суждено узнать Всё то, что смертным в жизни неизвестно. Характер твой, — капризный и прелестный, Не дай мне Бог когда-нибудь понять…

— Неплохо, Сир. Очень неплохо. Не ожидал… Говорю это совершенно искренне и честно, — удивился гость.

— Спасибо, — я наполнил рюмки ромом. — Немного передохнули, отвлеклись, расслабились, ну и славно. А теперь давайте вернёмся к делам нашим скорбным и суетным. На чём мы остановились?

— На психофизическом сканировании, Сир, — напомнил мне ПОЭТ.

— Ах, да… Продолжим тему, — я сделал лёгкий глоток из рюмки, бросил в рот крупную мочёную виноградину, зажмурился от удовольствия. — И что же было дальше, после того побоища?