О личном
Шрифт:
«Кошки удивительные существа! Они чувствуют твою боль, излечивают раны и громко мяукают твоим достижениям, но когда их садишь в клетку из непонимания их шалостей, то они уходят за порог дома. Кошкам нужна свобода и эту свободу нужно понимать».
Она ушла, испарилась на своих подушечках в пространстве. Я долго искал ее в том парке, где мы встретились впервые, в том ресторане, что обедали и ужинали, даже в том месте, куда провожал ее домой. Я жутко злился на нее годами, говорил гадости, а вчера, сидя у дома, я встретил рыжего кота
«Кошкам нужна свобода и эту свободу нужно понимать».
Сейчас я далеко не молод и пишу я этот дневник просто лишь для того, чтобы хоть кто-нибудь открыл эту страницу и прочитал:
Любовь и счастье в любви – это когда тебя понимают. Тебе не нужно объяснять, почему и для чего ты действуешь, говоришь, злишься или радуешься. Тебе лишь нужно услышать или сказать: «я понимаю тебя».
Москва. 2022 год. Серия книг: «о личном».
Мои социальные сети: @antinomyss – Instagram (Запрещенная в России социальная сеть).
Двадцать четыре года – не предел
1.
Некогда мне было 7 лет. Было это не так давно, но когда это «не так давно» наступило, я понял, что прожил двадцать четыре года. Мудрость не обременила, но все же я вошел в ту стадию человеческой сущности, когда ты начинаешь ощущать себя по-настоящему. Вот и я ощутил, что со мной произошло.
Когда-то в детстве.
Летний вечер обладает удивительным свойством незаметно убирать минуты счастливых моментов. В один из таких вечеров мы с ребятами играли в футбол. Вокруг нашей площадки стояли хрущевки, защищая своими стенами и желтым светом окон от звуков городской суеты.
– Пинай сюда мяч! – кричал Никита, мой друг и сосед из соседнего подъезда.
Я пнул мяч с силой, на которую только способна нога семилетнего ребенка. Он пролетел сквозь воздух и ударился о ноги Никиты, звуча глухим хлопком. Никита повел мяч к воротам, еще двое человек пытались забрать его и повести к нашим воротам. Походило это на беспорядочные догонялки и игру в горячую картошку одновременно. Еще минута и мяч в воротах наших с Никитой противников!
– Ура! Мы выиграли! – кричал я.
– Ну ничего, мы еще посмотрим, кто круче играет, – говорили наши соперники.
Вдруг из окна крикнули:
– Никита, пора домой! «И другу твоему тоже!» —сказала мама моего напарника. Он взял свой мяч, и мы пошли в сторону дома, где нас ждали родители.
– Вот бы катать мяч целый вечер! Это же свобода! А то чуть сразу солнце за деревья и сразу домой, уроки учить, да спать ложиться, – сказал я.
В этот момент мы подошли к его подъезду, и я с улыбкой на лице я сказал:
– Ну что? Завтра играем?
– Давай! «Нужно навалять этим ребятам еще раз!» —сказал Никита.
Юность.
Я сидел
– Я сказала что-то смешное, Шишкин?
В этот момент, задние парты, за которыми сидел и я прорвало на смех, класс заполнился гоготанием. Учитель продолжила:
– Хорошо, раз так смешно, то вы можете выйти, посмеяться, а после этого пройтись на второй этаж в кабинет директора. Встали и вышли из кабинета!
Поднялся я, сосед по парте и тот самый «Шишкин. Мы втроем вышли из кабинета, хлопнув дверью.
– Сейчас бы за шутки к директору отправлять – сказал сосед по парте.
– Согласен! Быстрее бы уже закончить эту школу, чтобы чувствовать настоящую свободу! – сказал я.
– Да, надоела мне эта тюрьма для подростков! «Я и без того все знаю», —сказал Шишкин.
– А давайте уйдем? Попросим одноклассников забрать наши вещи? «Нас ведь все равно выгнали оттуда?» —сказал я.
– И вправду! Пойдемте на улицу, у меня кое-что есть, – сказал сосед по парте.
– Что? – спросили в один голос я и Шишкин.
– Узнаете.
Мы вышли на улицу. На дворе стояли майские дни; теплый ветер обдувал лицо и шептал: «скоро лето». Пройдя калитку, мы вышли на аллею, где росли липы, тополи и дубы. Они стояли в ряд и тени от их листвы падали на асфальт, делая его пятнистым, словно леопард. Пройдя мимо деревьев, мы повернули за угол; там была трансформаторная будка, за которой все собирались после уроков и курили.
– Будете? «У меня есть парочка сигарет», —сказал мой сосед по парте.
– А давай! – сказал Шишкин, – ты откуда их взял?
– Брата попросил купить. Он говорит, что я должен перебеситься, а мне – в кайф! – и сосед по парте втянул дым и выдохнул сероватый клубок. Пахнуло табаком, гарью и еще чем-то непонятным. Шишкин тоже взял сигарету, но затянувшись закашлял.
– Ты будешь? – сказал сосед по парте.
– Нет, спасибо, не очень-то хочется, – сказал я.
– Слабак, получается, – сказал сосед.
– Я не слабак, – ответил я.
– Слабак, слабак! Мамочку боишься?
– Да не боюсь я мамочку! – сказал я.
– Докажи! Затянись пару раз!
Я посмотрел на него и чувствовал, как во мне вскипает злость. Правда больше злости во мне вскипал страх, потому что я действительно боялся: «а вдруг узнает мама?». Шишкин протянул свою недокуренную сигарету, и я затянулся во все легкие. Выпустив дым, я почувствовал, как тело начало тяжелеть, а голова пошла кругом. Я затянулся еще раз и перед моими глазами поплыл сосед по парте, тело все больше расслаблялось. Третья и четвертая затяжка прошли по наитию. Я докурил сигарету, выбросил ее на землю и затоптал ногой.