o bdf4013bc3250c39
Шрифт:
Чувствую, что завязать у меня сейчас снова не получится.
– Но ведь мы с тобой взрослые люди, - слабо улыбалась Зина, преданно
смотря на него. – Ведь мы сможем, если надо, остановиться. Ведь сможем, Любимка?
– Не вопрос, - как-то безучастно пожал плечами Добряков и чмокнул ее в лоб.
– Пошли!
– Самое главное сейчас – вывести его из запоя, - толковала Зина по пути к
дому.
Они сделали небольшой крюк, чтобы не проходить возле пьяной
что времени выговориться оказалось достаточно.
– Думаю, вдвоем с тобой у нас это получится, - безостановочно тараторила
Зина, а Добряков с тоской думал о том, что еще одна удачная возможность
завязать упущена, что впереди, без сомнения, новые кошмарные запои.
Заведенный выпитым, его организм настойчиво требовал своего, и Добряков, 364
с трудом преодолевая подступавшую тошноту, погасить которую можно было
только новой дозой спиртного, считал не то что минуты – секунды до той
поры, когда можно будет, наконец, зайти в квартиру и приложиться к
бутылке. Можно было, конечно, приложиться к ней где-нибудь на улице, на
той вот, например, покосившейся скамеечке у детской площадки; да уж
больно торопилась Зина, слишком уж счастливые и беззаботные копошились
в песочнице детишки, такие далекие от его проблем, что мысль эту
Добрякову пришлось оставить нереализованной – к его глубочайшему
сожалению.
– Он парень-то по натуре добрый, ты ведь знаешь, - донесся до него голос
Зины, - а тут словно нашло что-то, будто кто-то околдовал…
– А может, ему просто припало жениться? – перебил ее Добряков, меньше
всего сейчас желавший слушать о мытарствах какого-то сопляка.
«Чего она так убивается? – с отвращением думал он. – Подумаешь, перебрал
пацан. С кем не бывало? Сама когда-то тоже впервые наклюкалась по самое
ничего себе! Проспится, придет в себя, здоровее будет…»
– Да я бы и не против, чтобы он женился, - снова откуда-то издалека возник ее
голос. – Даже рада была бы, коль скоро так все обернулось. Но ведь сейчас
главное, чтобы ему в себя прийти. Чтобы он глупостей не натворил. Ведь у
него мой характер, чтоб ему пусто было, этому характеру! Спьяну такое
может случиться!..
Она еще долго сокрушалась в таком духе, пока они обогнули длинный жилой
дом и со стороны магазина подошли к ее подъезду. Добряков слушал вполуха, считая шаги и постоянно прислушиваясь к своему желудку, который все
настойчивее требовал алкоголя.
365
Вот, наконец, и крыльцо. Зина потыкала в кнопочки домофона и рванула
дверь.
– Ты пока особо не
ключами в замочной скважине.
Как это совпадало с желаниями самого Добрякова!
Прижимая палец к губам, Зина бесшумно разулась и пошла в спальню.
Добряков сразу прошел на кухню и быстрым взглядом пробежался по столу.
Пусто!
«Странно, она ведь говорила, что еще полбутылки оставалось… Как хорошо, что с собой прихватил».
Он откупорил принесенную поллитру, налил полстакана и понес ко рту.
– Егор! Егор! – истошно заголосила из спальни Зина.
Он чертыхнулся, чуть не расплескав водку, но все-таки выпил и только потом
пошел на крик.
Зина стояла посреди спальни и тупо смотрела на смятые простыни и
откинутое к изножью одеяло. Никакого Виктора в кровати не было.
– И где он? – недоуменно спросил Добряков, но Зина не ответила.
Он подошел к ней сзади и попробовал пошутить.
– А был ли мальчик-то? – спросил над ее ухом.
Зина вздрогнула, резко обернулась и гневно прошипела:
– Знаешь что? Свою начитанность показывать потом будешь!
Он и сам понимал, что перегнул, и виновато поправился:
366
– Прости… Но он что, ушел, что ли?
– Какой ты догадливый! – съязвила она, но он стерпел.
– И водку остававшуюся допил, - сказал он.
– Ну вот! – Зина всплеснула руками. – Точно баб отправился искать! Как
чувствовала! И еще столько времени у тебя провела!
Она хоть и пребывала в самых смятенных чувствах, не теряла, казалось,
присутствия духа.
– В общем, так, - соображала она прямо на ходу. – Иди и поищи его. Может, он еще недалеко ушел.
– И в каком направлении прикажешь мне двигаться? На север? На восток? –
ёрничал он.
– В любом возможном, - она совсем не среагировала на его иронию. – У него
есть деньги. Значит, он наверняка в магазине или возле пьяной палатки.
Перед подвигами он непременно должен добавить, по себе знаю… Чего
ждешь, Егор? – поторопила она. – Иди! Быстрехонько обегай все злачные
места и возвращайся. Не найдешь – дальше будем думать. Мобильник с
собой? (Добряков кивнул.) Отлично. Если увидишь - сам ничего не
предпринимай. Позвони мне и жди, я подойду.
– Ты думаешь, это выход – искать его по пьяным местам? – скривился
Добряков. Одна только мысль о той палатке была ему нестерпима.
– Мне думать особенно некогда, дорогой. Искать надо. А поэтому прошу тебя