Чтение онлайн

Они пересекли О’Коннелл-стрит, зорко следя за многополосным движением и дождавшись зеленого света. Нора понимала, что на Генри-стрит они будут выглядеть деревенщиной. Мальчики ухитрялись впитывать все подряд, одновременно сохраняя отстраненность. Они краем глаза наблюдали за миром чужаков и необычных зданий.

Конору не терпелось попасть в магазин – в любой, лишь бы что-нибудь купить.

– Ботинки? – скривился он с отвращением. – И ради этого мы приехали в Дублин?

– Ну а куда тебе хочется? – спросила Нора.

– Хочу

кататься на эскалаторе.

– Ты тоже? – обратилась она к Доналу.

– Н-наверное, – ответил он сумрачно.

В универмаге “Арноттс” на Генри-стрит Конор захотел, чтобы Нора и Донал посмотрели, как он поднимется и спустится на эскалаторе. Он потребовал, чтобы они за ним не шли и вообще не трогались с места. Он взял с них слово. Донал скучал.

В первый раз Конор упорно оглядывался, и они дождались, когда он исчезнет наверху и вновь появится на ленте, ползущей вниз. Конор сиял. Во второй раз он набрался смелости и время от времени перешагивал через две ступеньки, не забывая держаться за поручень. В третий захотел взять с собой Донала, но настоял, чтобы Нора так и осталась внизу. Она предупредила, что этот раз будет последним, и они, возможно, вернутся сюда днем, но трижды вверх-вниз по эскалатору вполне достаточно.

Когда мальчики спустились, она отметила, что оживился и Донал. Они объяснили, что чуть дальше обнаружили небольшой лифт, в котором тоже неплохо бы покататься.

– Еще один раз, и все, – сказала Нора.

Она отошла в сторону и стала рассматривать зонтики, ее внимание привлекли те, что она никогда не видела, – складные, легко помещавшиеся в сумочку. Нора решила купить такой на случай дождя. В ожидании кассира она высматривала мальчиков, но те не показывались. Расплатившись, она направилась на прежнее место, а оттуда – к боковому выходу, где опускался лифт.

Их там не было. Она ждала посередине холла, поглядывая по сторонам. Подумала, не подняться ли в лифте самой, но поняла, что этим только усугубит путаницу. А если останется на месте, то точно не пропустит их.

Когда мальчики нашли ее, они прикинулись, будто ничего не случилось, а лифт просто останавливался на всех этажах. Она попеняла им, сказала, что думала, они потерялись, и оба переглянулись, словно в лифте с ними произошло нечто такое, о чем они не хотели ей говорить.

К трем часам дня они повидали в Дублине все, что желали. Побывали на Мур-стрит и купили персиков, пообедали в ресторане самообслуживания в “Вулвортсе” и зашли в книжный магазин “Изонс” за комиксами и книгами. Мальчики устали, и она повела их в “Бьюли” – дожидаться Фиону. Нора подумала, что Конору не позволяет заснуть лишь мысль о булочках на двухъярусном блюде, которых можно брать сколько душе угодно.

– Но за них нужно платить, – сказала Нора.

– Откуда им знать, сколько взяли?

– Люди честны в своем большинстве.

Когда появилась Фиона, мальчики вновь оживились, разволновались и загалдели наперебой, каждый

хотел высказаться первым. Норе дочь, усевшаяся напротив, показалась исхудавшей и бледной.

– Хочешь послушать д-дублинский акцент? – спросил Донал.

– Мы были на Мур-стрит, – пояснила Нора.

– Персьики, спелыйе персьики, – нараспев произнес Донал, ни разу не заикнувшись.

– Вдруг это пук, – добавил Конор.

– Очень смешно, – сказала Фиона. – Извините за опоздание, автобусы приходят то по два и по три, а потом ждешь их до посинения.

– Я хочу прокатиться в двухэтажном, наверху, – заявил Конор.

– Конор, дай Фионе сказать, потом расскажешь, – оборвала его Нора.

– Хорошо гуляется? – спросила Фиона.

У нее была робкая улыбка, но взрослый и уверенный тон. За несколько месяцев она изменилась.

– Да, но уже притомились и хотим посидеть.

Похоже, никто не знал, о чем говорить дальше. Нора поняла, что ответила чересчур формально, словно беседовала с незнакомкой. Фиона заказала кофе.

– Что-нибудь купили? – спросила она.

– Особо времени и не было, – сказала Нора. – Только книжку.

Нора отметила, как отрывисто и деловито заказала Фиона кофе и как острым, почти критическим взглядом осмотрела кафе. Но, заговорив с братьями, она снова обратилась в девчонку.

– От Айны что-нибудь слышно? – спросила Нора у дочери.

– Она написала мне короткое письмо. По-моему, боялась, что монашки читают почту, и она права, они так и поступают. Так что рассказала немного. Только о том, что ей нравится учитель-ирландец и у нее хорошие отметки за сочинение на французском.

– Мы можем на неделе ее навестить.

– Она это упомянула.

– Мы продаем дом, – вдруг громко объявил Конор.

– А жить на обочине будете? – рассмеялась Фиона.

– Нет, снимем в Карракло дом-фургон.

Фиона посмотрела на Нору.

– Я думаю продать дом в Куше, – сказала та.

– Я ждала этого.

– Но долго не решалась.

– Значит, продашь?

– Да.

Нора с удивлением заметила слезы в глазах дочери, хотя Фиона силилась улыбнуться. Она не плакала с похорон Мориса, просто молчала и жалась к сестре и теткам, но Нора вполне угадывала ее чувства, хотя Фиона ничем их не выдавала. Нора не знала, что сказать ей.

Она отпила кофе. Мальчики молчали, сидели смирно.

– Айна знает? – спросила Фиона.

– Мне не хватило духу сообщить ей в письме. Скажу, когда увидимся.

– И ты решила твердо?

Нора не ответила.

– Я надеялась поехать туда летом, – призналась Фиона.

– Мне казалось, ты собираешься в Англию.

– Да, в конце июня, но я заканчиваю в конце мая. И хотела провести июнь в Куше.

– Прости, – сказала Нора.

– Он ведь любил этот дом?

– Отец?

Фиона опустила голову.

Нора увела Конора искать туалет. Вернувшись, она заказала еще кофе.