Нокс
Шрифт:
Для людей которых никогда не было!
Неужели это правда?
Катрин, я вернулся, давай уйдем, говорю я ей. Но она сидит закутавшись в свой плащ, и смотрит на меня безумными глазами. Она не верит, что "Нокс" это ничто. Она ничему не верит. Нора пустует, и это одиночество ее доконало. Но я теперь знаю, как помочь. Катрин, посмотри на это! Я показываю ей шар, эту странную игрушку, и продолжаю. Катрин, если мы сейчас разобьем шар, то все закончится. Больше не будет "Нокса" ты отправишься домой, и никогда больше ни о чем не пожалеешь. Ты будешь счастлива
– Скольд перерыл весь город, он хочет убить тебя!
– шепчет она одними губами.
Это не важно, я пришел только за тобой! Теперь я все знаю о "Ноксе"...
– Я боюсь малыш!
Я же говорю, что все будет хорошо! Просто давай закроем глаза, разобьем шар и навсегда покинем это место. Если разбить стекло, вакуум исчезнет и волшебные свойства пыли, что превращают город в ночную бесконечность исчезнет. Пыль осядет на домиках и речке, а все кого ты поселил за стеклянный купол увидят солнечный свет. Первый рассвет в их жизни. Тех, кого придумал детский разум: Натали - как девчушка с серым хвостиком на затылке, Скольд - как хулиган, что отбирал у маленьких конфеты, Катрин - как матушка-настоятельница...
Я помогаю ей подняться, и крепко обнимаю, понимая, что и Катрин это тоже ничто. Она холодна, теперь я понимаю почему. Ведь нельзя всех наделить своим теплом.
– Коса...
Я молчу, но лишь обматываю и шею Катрин косой Дейзи, и со всего размаху пускаю шар в стену. Приглушенный звук забарабанил в ушах. А целая игрушка катится к нашим ногам. Целехонькая. Будто из титана. Ни царапинки. Я хватаю ее в кулак, кидаюсь вниз и стучу с остервенением по полу. Бетонный настил отзывается болью, но игрушка остается невредима.
Это ловушка! Незнакомец все наврал! Нельзя разбить то, чего не существует тоже...
– Дай посмотреть, - говорит из любопытства Катрин. Я вижу, что она мне не верит, но только делает вид. Ей все равно, что будет после. Она поднимает игрушку с пола, и рассматривает ее со всех сторон.
– Пыль внутри стекла не оседает, так не должно быть! Там что-то сломалось.
Но у игрушки нет механизма...
Все кончено!
– Сосунки-голубки!!!!!!!!
Мир переворачивается с ног на голову, я надеялся никогда больше не слышать этот голос.
Этот голос я никогда не забуду. Он впивается мне в мозг, и мой давешний страх расползается по венам. Ни пистолета, ничего, кроме шара. Но и тот молчит.
Скольд заходит в нашу нору. Он опирается на трость, и пистолет, что зажат в его левой руке смотрит мне в сердце. Его кожаный плащ делает его еще страшнее, я никогда так не боялся его, как сейчас. Это олицетворение страха. Скольд, слишком много всего...
Катрин знает, что Скольд ей больше не принадлежит, он бросил бедняжку, и променял ее на какую-нибудь вавилонскую шлюху. Катрин все простила ему, но они никогда не будут вместе.
Скольд все кончено, говорю я ему, но он мне не верит. Я люблю Катрин, и я ухожу вместе с ней.
– Закончится, только тогда когда я скажу!!!
– твердит Скольд.
– А вы хорошо спелись голубки! Я всегда был уверен, что между вами что-то было...
– Скольд, ты не понимаешь!
–
– Заткнись сучка, с тобой будет отдельный разговор, - отрезает Скольд.
А смотрю на это олицетворение зла, и не понимаю, как он стал таким. Во всех сказках бывают отрицательные герои, но наша сказка особенная. "Золушка никогда не встретится с принцем, Белоснежка не проснется, а Щелкунчик не станет красавцем" У нас другая сказка! Но ведь Скольд так часто спасал меня. Я ничего не могу понять.
Он знает, что все это фарс. Знает до последнего слова.
– Я меняю тебя на билет домой - мой поезд скоро уходит!
Ты не понимаешь Скольд, ничего этого больше нет! Ты все время думал, что я не зря попал к вам с Катрин, и теперь я могу все объяснить. Нам нужно только проснуться, поверить что все это игра...
– Ты несешь чушь молокосос! На улице копы и нора окружена.
– Ты спелся с легавыми, надеюсь они знают о твоих похождениях. Ты говорил откуда взялся твой штрих-код? А они знают о мертвом копе у клуба?
– Катрин начинает ненавидеть нашего общего друга. Катрин все понимает.
– Заткнись и сиди, - говорит он Катрин, - а ты ублюдок топай за мной!
– Это он обращается уже ко мне.
– Еще немного, я так устал от всего!
Он делает ко мне шаг, ему хватит силы справиться с нами, его пистолет направлен мне в сердце, но происходит как всегда полное дерьмо. Все вытекает сквозь пальцы, и все похоже на песок. Катрин преграждает ему путь, и закрывает меня собой. Но Скольд больше не тратит время напрасно, он помнит нашу последнюю сцену в порно-притоне, и знает, что я стал другим. И он делает шаг достойный антигероя. Катрин закрывает меня, и первая пуля вырвавшаяся из кричащей пасти 357-го попадает ей в грудь.
Скольд как ты мог? Я кричу ему это, и проклинаю его, а Катрин теряет кровь и остатки силы. Шар выпадает из ее ослабленной кисти и падает под ноги. Она сама похожа на странницу смерти, и ее тоскливое тело укрытое плащом падает на пол. Я убью его, чего бы мне это не стоило. Я нападаю на него, а Скольд целится мне в бок, но звук бьющегося стекла останавливает нас обоих.
Странная игрушка на полу. Странная игрушка треснула!!!
Кусок стекла отлетает в сторону, волшебная пыль рассыпается и я вижу, что за стеклянным куполом есть дома. И ночь в самом деле не может длиться вечно. Скольд поднимает разбитую игрушку, и тусклые огни лампочек играя на миниатюрных домах рождают рассвет. Как красиво. Он смотрит на это, и все понимает.
Нет, это я понимаю! Все должно закончиться именно так. Нельзя кого-нибудь оставить в пустом и брошенном мире. Уйти должны все. Натали, мистер Борге, Сэм, Скольд, Урсула, Катрин, Кори... Мир должен стать пустым, и тогда про него будет легче забыть. Уйти должен и я.
Скольд, я не дамся тебе, не дамся копам! Выбирай, погибнуть в честном бою, или на веки вечные остаться трусом, говорю я ему.
– Это ты виноват, это ты молокосос вечно ныл, это ты заразил меня своей тоской, и теперь я не меньше твоего хочу домой, - ворчит Скольд. Он больше не такой страшный как был. Наверное смерть Катрин его сломила. Наша нора в очередной раз стала кладбищем. По-настоящему!