Чтение онлайн

Эверод сжал зубы, борясь с гневом. Он сделал шаг к брату и презрительно фыркнул, когда тот встал между ним и Жоржеттой, словно прикрывая ее.

– О предательстве? – переспросил виконт, смерив Роуэна угрожающим взглядом. К чести Роуэна следует сказать, что он не отступил. – Отец женился вот на этой, ты ее защищаешь, а я отымел ее двенадцать лет тому назад. И до сих пор никак не отмоюсь от ее поцелуев.

Роуэн двинулся грудью на Эверода, провоцируя того поднять руку на брата.

Маура встала со своего места и схватила Роуэна за руку.

– Не смей, Роуэн, – прошептала она сердито, надеясь, что

ее не услышат в соседних ложах. Они и без того уже привлекли всеобщее внимание. – Только не здесь!

В ложе появились друзья Эверода. Неясно только было: собираются они драться бок о бок со своим другом или же хотят удержать его от стычки с братом?

Виконт наградил Мауру испепеляющим взглядом за ее вмешательство.

– Конечно, братец. Прежде всего, слушай, что говорит мисс Кигли. В конце концов, все мужчины Лидсоу печально известны тем, что прислушиваются к зову плоти, а не к голосу рассудка.

– Я не боюсь тебя, самовлюбленный ублюдок!

Лорд Уоррингтон схватил Роуэна сзади за руки прежде, чем тот успел замахнуться на старшего брата. Эверод, скрестив руки на груди, смеялся над ними.

– Убирайся! – зашипела Жоржетта; самообладание изменило ей, как только стало ясно, что на этот раз Эверод победил. – Вон отсюда!

Виконт удалился вместе со своими друзьями, напоследок презрительно усмехнувшись Мауре.

– На мой взгляд, все окончилось благополучно, – сказал Рэмскар, нарушая напряженное молчание. – Никого не побили, никто никого не вызвал на дуэль, даже из театра нас пока не выгнали. Если удача нам не изменит, то и жена не станет на меня сердиться за то, что я весь вечер оставляю ее в одиночестве.

Эверод запустил руки в свою шевелюру. Друзья проходили сейчас по тускло освещенному длинному коридору, который соединял ложи и кабинеты и выходил на главную лестницу. Чтобы сорвать злость хоть на чем-то, он с силой ударил кулаком по ближайшей к нему стене и удовлетворенно почувствовал, как руку до самого локтя пронзила острая боль.

– Полегчало? – осведомился Солити, не рискуя, впрочем, прикасаться к другу.

– Нет! – ответил Эверод хриплым от злости голосом. Отец не видел его двенадцать лет – с тех пор как изгнал из дому. И что же? В его сердце не нашлось для старшего сына ничего, кроме неприязни! Даже Роуэна Жоржетта сбила с пути. Эверода очень задела ненависть, которая была написана на лице младшего брата. – Мне было бы куда легче, если бы я швырнул эту лживую суку с балкона!

– Ты имеешь в виду мисс Кигли?

Эверод удостоил Кэдда презрительной усмешкой. Никто другой не посмел бы дразнить его, когда он вот-вот окончательно выйдет из себя.

– Я же предупреждал тебя: не трогай Мауру. – Солити обогнал маркиза, отодвинув его плечом. Рэмскар поглядел па герцога и пожал плечами. Эти двое вечно обменивались между собой какими-то таинственными знаками, что временами просто бесило Эверода.

Он быстрым шагом двинулся к лестнице, нимало не заботясь, идут ли друзья за ним. Если уж на то пошло, Солити и Рэм – люди семейные, они должны уделять внимание женам. Он не мог требовать, чтобы они пренебрегли своим долгом только потому, что ему самому горько и обидно.

Обидно.

Он произнес про себя это слово и замер на месте как статуя. Прислонившись к стене, Эверод стал сползать по ней, пока не сел на

пол. Как унизительно было сознавать, что столько лет спустя он все еще хотел услышать от отца доброе слово! Или надеялся на прощение за то, что поддался чарам Жоржетты?

Солити присел на корточки рядом.

– Чего ты хотел добиться, когда вот так внезапно набросился на своих родственников?

…Перед началом представления Эверод стоял на одном из верхних ярусов и, взглянув вниз, вдруг заметил своего отца, Жоржетту и Мауру – они входили в фойе. Даже с такого расстояния он понял, что Маура чем-то опечалена. Жоржетта крепко держала ее за локоть, и он видел, что между родственницами произошла размолвка. Должно быть, кто-то сказал тетушке, что вокруг ее племянницы увивается Эверод. Похоже, Мауре досталось из-за него…

– Если говорить начистоту, – ответил Эверод другу, строго смотревшему на него, – я и сам не знаю. Чего я хотел добиться, того не нашел.

Но Эверод не стал объяснять друзьям, какие причины побудили его ворваться в ложу Лидсоу. Сам-то он хорошо знал, что подтолкнуло его. Роуэн. Друзья посмеялись бы над его ханжеством, но ему совсем не понравилось выражение хозяйской самоуверенности, с каким Роуэн смотрел на Мауру. У Эверода вспыхнула догадка, что брат собирается затащить ее в постель. Эта мысль так задела виконта, что он метнулся по коридорам к ложе, мечтая разорвать Роуэна на части.

Когда же он увидел, как Маура пытается успокоить и сдержать Роуэна, как уверенно и привычно берет его за руку, Эверод загорелся гневом и набросился на нее с насмешками. Ей бы лучше его успокоить! Да, это его она должна была сдерживать, а не Роуэна.

Похоже, я окончательно спятил.

Отвращение. Боль. Одиночество. Потребность в тепле.

В его душе бушевал неистовый ураган, и в центре этой бури он видел Мауру Кигли, которая с опаской смотрела на него своими глазами цвета морской волны.

Эвероду что-то было нужно от нее, только гордость не позволяла ему просить. Когда же он осознал, что именно ему нужно, то решил, что может просто взять это сам, не заботясь о том, чего это будет стоить им обоим.

В конечном счете он причинит ей зло.

И от этого не уйти.

– Это ты, Маура?

Она замерла. Неяркий свет упал на ее лицо: дядюшка, держа в руке канделябр, стоял на пороге библиотеки.

– Дядя! А я-то думала, вы с тетушкой Жоржеттой уже отдыхаете.

– Мне не спится, – устало ответил он.

– Мне тоже, – вздохнула Маура.

Она не стала упоминать о причинах, которые заставили ее покинуть спальню и бродить по дому, хотя ей так хотелось забыться сном.

Как и всем троим.

На ее туалетном столике лежали брошь, флакончик духов и серебряный нож для разрезания бумаги, которые она возвращала Эвероду. Она своими глазами видела, как он положил нее эти вещи в карман сюртука, и, однако же, вот: каким-то образом они оказались в ее спальне. Еще одно напоминание. Он напоминал, что в любой момент может проникнуть в дом Уоррингтонов, если захочет добраться до нее. И ей некуда бежать, негде спрятаться от него.