Ночь Пса
Шрифт:
– Сами идти остерегитесь. Только после того, как вызовете саперов и штурмовое подразделение... Здесь вы еще в относительной безопасности. Можете даже подозвать сюда этого чудака зоолога. Недаром же он действительно сюда рвался... Может, его эти зверьки наведут на какие-нибудь ценные мысли. Но ниже к берегу в направлении к Чертовой Лысине, на подходах к стволу шахты могли сохраниться защитные устройства и другая... техника. Если все-таки сунетесь туда, старайтесь не отклоняться от того маршрута, который я нарисовал...
Пер еще раз повернулся к невидимому в темноте Харру и
– Оттого, что мы будем топтаться здесь, дела не пойдут лучше... – вздохнул Адельберто. – В конце концов, у нас нет другой норы... Единственные, с кем мы можем встретиться здесь, это призраки прошлых хозяев этой лавочки. Он тяжело вздохнул.
А может... А может, ну это все к шуту, Тор? Дадим задний ход и вернемся в город? Тебя там заждались... Хватит в кошки-мышки играть... Пропустим по рюмочке и разойдемся с миром? А то здесь действительно плохо. Вот и ты учуял что-то в воздухе... Металл...
– Не металл... – снова покачал головой Гость.
– Конечно не металл... – охотно признал истомившийся от нервного напряжения Мепистоппель. И вдруг резко изменил свой настрой. – Я ошибся. Может быть, это кошачье дерьмо. Или какая-нибудь дурная тварь забралась сюда и отдала концы... Не будем мнительны, Тор. Хватит ждать у моря погоды...
– Ну что ж... – улыбнулся ему в ответ Толле.
Но улыбка его была отнюдь не ласковой. Это была безжалостная улыбка бойца, вышедшего на ринг. Меч Тор держал теперь какой-то странной, непривычной для землянина хваткой – словно некий хирургический инструмент.
– Пошли... – распорядился он. – Игру надо сыграть до конца. Где твоя нора, Нос Коромыслом?
– Гос-с-споди!.. – растроганно шептал доктор Аркадьев. – Танец «пушистых призраков»!!! Ради этого стоило проделать путь и в сто раз более долгий... Он не отрывался от визира своей видеокамеры, но продолжал все время говорить: – Значит, Фюнфу все-таки удалось спровоцировать их на размножение... Вы не представляете, насколько ценна эта информация! Ведь «призраки» – это существа из совсем иного мира... Из совсем другого Пространства-Времени...
– Это правда, что они из Тартара? – осторожно спросил Ким. – Оттуда же, откуда и «черви подпространства»?
Аркадьев на секунду оторвался от камеры, чтобы искоса бросить на него пристальный взгляд.
– Гипотеза, господин сыщик... Гипотеза, очень похожая на правду... Где одно, там и другое... Где «черви», там и «призраки»... Я считаю, не я один, что это две конкурирующие формы подпространственной жизни... Каждая из них стремится вытеснить другую, и в то же время каким-то немыслимым для нас образом они неразрывно взаимосвязаны...
Ким почувствовал, что где-то в подсознании у него замкнулся еще один, очень глубоко захороненный контур. Но на то, чтобы сразу понять, что означает это острое предчувствие какой-то важной догадки, Судьба времени ему не отвела. Призрачный хоровод светящихся малышей неожиданно разомкнулся и, стремительно растягиваясь все более редкой цепочкой, устремился вдаль, над стелющейся пеленой реденького тумана, потом исчез, истаял
– Гос-с-споди, что это такое было?! – остолбенел Каспер.
Никто не торопился дать ему толковый ответ. Единственный человек, который мог бы сказать об этом хоть что-то путное, док Аркадьев, сосредоточенно провожал фосфоресцирующую вереницу движением объектива сверхчувствительной камеры.
– Они... они выстраиваются по какому-то периметру... по кругу... – пробормотал он.
Роше, не отрываясь от окуляров ночного бинокля, вынул изо рта свою носогрейку и объяснил:
– Они берут в кольцо Чертову Лысину...
– Кольцо... – пробормотал Аркадьев. – Круг... круг «пушистых призраков»... Это... Господа, если хотя бы половина всех этих апокрифов и мемуаров относительно свойств этих существ верна, то... то стоит убираться отсюда подальше...
Комиссар ожесточенно потер лоб.
– Что... – начал он. – Что вы имеете...
Но договорить до конца ему не удалось.
Над Ржавой Поймой разнесся заунывный, полный глубокого отчаяния собачий вой. И десятки, а то и сотни собачьих глоток подхватили его со всех сторон...
Мепистоппель увлек Тора за собой по низкому коридорчику. Невидимая автоматика включала в нем свет, освещая секцию за секцией...
– Иди за мной, – махнул рукой Адельберто насторожившемуся Гостю. – Тут у меня неплохая заначка на камбузе. Я так здесь все называю – по-морскому... Есть чем расслабиться и чем закусить. Консервы, правда, все же помоложе будут, чем эта старая жестянка, на которой мы сюда приплыли... Я думаю, Господь позволит нам немного сбросить напряг. Мы с тобой, Торри, и так натерпелись за последние сутки...
Господь, однако, придерживался совсем другого мнения. Свет в камбузе загораться сам собой не пожелал, а когда Адельберто принялся нащупывать сенсор осветителя, кисть его перехватила быстрая и твердая рука.
– Здравствуй, Мепистоппель... – сказал кто-то из темноты.
Тот, естественно, нечеловечески заорал, рванулся в проход, чуть не напоровшись на меч Гостя, и упал. Но Тор вовремя убрал оружие и отступил на шаг. Свет упал на лицо говорившего.
– Так и знал, – произнес Адельберто, поднимаясь на ноги. – Так и знал, что ты смоешься с проклятых плантаций и припрешься в эту нору...
Человек, улыбаясь, смотрел мимо него.
– Здравствуй, Тор, – сказал он. – Поосторожнее с твоей кочергой... Никак не ожидал, что мы встретимся вот так...
– Я тоже этого не ожидал, Пер... – признался Толле.
Должно быть, в подземном доке «Шести Портов» в былые времена дежурил немалый контингент охраны. По крайней мере, кухонный блок охранного сектора, в котором Адельберто принимал своих несколько необычных гостей, был просторен и основательно обеспечен необходимой утварью, машинерией, запасом продовольствия и выпивки. Мепистоппель бросил на стол упаковки с разогретой в микроволновке снедью, молча, устало проковылял к бесшумно вибрирующей махине рефрижератора и, поколдовав немного, отворил тяжелую дверцу.