Чтение онлайн

— Я, ­— ответил я. Я провёл рукой по волосам и выдохнул, раздражённый сам собой. С отвращением. — Ещё раз прости, что разбудил тебя.

Он отмахнулся и зевнул.

— Когда я говорю тебе, что ты можешь звонить мне в любое время, это всерьёз. Так что тебя беспокоит? Кошмары?

«Можно и так сказать».

— Сначала предыстория, — сказал я. — Мы с Джулианом спим вместе. В прямом смысле. Мы в последнее время начали делить кровать, потому что легче не быть одним, и мы поддерживаем

друг друга, когда снятся кошмары.

Теннисон медленно кивнул, не видя никакой проблемы.

— Возможно, это немного необычно, но если вам это помогает, отлично.

— Верно, только сегодня мне приснилось, что я его трахаю.

Меня чуть не стошнило прямо на месте.

Моя грудь сжалась, и желудок перевернулся, когда изображения промелькнули снова. Они были проблесками, которые, как я надеялся, мой мозг скоро заблокирует. До тех пор ничего не оставалось.

Теннисон посмотрел на меня с беспокойством.

— Это не обязательно должно что-то значить, Ноа.

— Он мой племянник, — выплюнул я. — Это чертовски отвратительно.

Я прижал ладони к глазам и поморщился. Чёрт, я нас видел. И во сне наша семья была живой. На семейной встрече мы с Джулианом пробрались в мою старую комнату, и следующее, что я помнил, это как я трахал его в зад.

— Я не уверен, важно ли, что я здесь скажу, — сказал мне Теннисон. — Ты ведь не забыл тот факт, что вы на самом деле не родственники.

— Это формальность, — отмахнулся я.

— Разве? — он наклонил голову. — У меня такое ощущение, что ты бы больше считал Джулиана членом семьи, если бы вы были близки до аварии. Семья имеет мало отношения к крови, друг мой. Скажем, будь Джей Джей усыновлённым, или даже твоя сестра. Ты бы всё равно считал их семьёй, потому что у вас были такие отношения. С Джулианом их никогда не было, насколько я в курсе.

Я понимал, что он говорит, но это не помогало.

— Ты считаешь его своим племянником? — спросил он.

Я посмотрел на него, нахмурившись.

— Он и есть мой племянник.

— Я не это спрашивал, — он выгнул бровь.

Я тяжело вздохнул и опустил взгляд. Действительно ли имело значение, кем я считаю Джулиана? Главные границы были пересечены. Женщина, которую он звал мамой, была моей сестрой. Забудьте тот факт, что я даже не был геем; это всё равно было неправильно на многих уровнях. И это ощущение было реальным. Это чувствовалось испорченным. Даже более того, потому что во сне я этим наслаждался.

«Тошнит».

Я выпустил из себя монстра, который, как я надеялся, не реален, и он молил о большем.

— Боже, — я наклонился и пытался дышать. — Он просто ребёнок.

На это Теннисон фыркнул.

— Ему двадцать три. И нужно ли мне тебе напоминать, что моя жена на семнадцать лет младше меня? Ей было двадцать один, когда мы познакомились. Наверняка ты помнишь. Ты там был, ради бога.

Да, но это было весело, когда не касалось меня. И не было никаких семейных уз.

— Ты называешь его малым, как называл тебя я, —

продолжал он. Его это совсем не беспокоило, что было лажей. — Тебе было далеко за тридцать, когда это прозвище вроде как отпало. Это ничего не значит.

Для меня это что-то значило.

Я дорожил Джулианом больше, чем мог сказать. Это было ясно. Но может быть, наша привязанность друг к другу стала нездоровой. Мы не могли постоянно полагаться друг на друга, так что спать одному могло быть лучшей идеей.

Две недели спустя

— Я уже еду домой, — сказал я. Ну, я полагал, что еду домой. На самом деле, я застрял в пробке и не двигался абсолютно никуда. Как и бывало в ЛА. — Зейн летит с тобой? Мы давно не встречались все вместе.

Дэниел что-то промычал на другом конце, потому что как всегда работал. Когда я познакомился с ним, он был личным помощником Софи. Сейчас у него был собственный управленческий бизнес и работники как в Нью-Йорке, так и в ЛА. Не так уж плохо для парня младше сорока лет.

— Нет, он заканчивает свою последнюю съёмку, — ответил он. — С нетерпением ждёт жизни бывшей модели, — я слышал на заднем плане, как он быстро печатает что-то на компьютере. — После этого года я тоже начну замедляться. Софи говорила тебе, что мы усыновляем ребёнка?

Я устало улыбнулся и провёл рукой по лицу.

— Говорила. Мы вроде как этого ждали.

Он хохотнул.

— Да, Ашер говорил о чёртовом споре, — это было в нашем стиле. — В любом случае, почему я тебе позвонил. Теннисон хочет рекомендации для ассистентского агентства для «Поймать звёзды». Если ты доволен Никки, я свяжусь с агентством, в котором состоит он. Так меньше бумажной работы, и тебе просто нужно будет переписать его на другой фонд оплаты труда.

— Мне честно ещё не нужен личный помощник — или больше не нужен, наверное, — я зевнул и потянулся за своим кофе. Чёрт, он остыл. — Он на контракте?

Технически, мы уже готовились к съёмкам, но по большей части звонки совершал Теннисон. Ещё у нас работал специалист по поиску мест для съёмок, а я делал поправки и раскадровку. В любом случае, никакой помощник не требовался.

— Нет, не на контракте, так что я позвоню ему и поблагодарю за работу, — Дэниел сделал паузу. — Ты кажешься чертовски уставшим, приятель. С тобой всё в порядке?

Нет.

— Конечно, — ответил я. — Приятно вернуться к работе.

Но, по правде говоря, я чувствовал себя депрессивно. Раздражённым, подавленным, потрясённым и депрессивным.

Я едва ли спал. Засыпал на два или три часа ночью, а остальное время разговаривал сам с собой. Этот чёртов сон… Он снился мне ещё несколько раз, и это каждый раз меня потрясало. В реальности, я знал, что Джулиан снится мне больше потому, что я становился одержимым. Если бы я мог это отпустить к чёртовой матери, может, в этом не было бы проблемы.