Чтение онлайн

– В этом?..

Ира отвела в сторону глаза полные слёз.

– Я увольняюсь по собственному желанию!..

– Здесь я увольняю! Ясно?.. Вот и хорошо! – не дав ей возразить, отрезал он. Внернулся к столу и, скомкав заявление, зашвырнул его в корзину, – Иди работай... и постарайся выкинуть всё из головы!..

Не проронив ни слова, девушка вышла.

Оставшись один, заварил крепкий кофе. Бессонная ночь нещадно давала о себе знать. Хорошо хоть плановых операций нет. На столе среди бумаг пестрел глянцевой обложкой журнал молодёжной моды “ELDress”,

который купил по пути на работу, в надежде почерпнуть оттуда что-нибудь полезное. Только листать его настроения уже не было. Сергей невесело усмехнулся: видно и в самом деле, дальше зоопарка дело не двинется.

Представив себе процесс предстоящего шопинга, в который раз пришёл в ужас. Наверно, поэтому и надумал обратиться к Ире: воззвать, как говорится, к помощи профессионала. Всегда ухоженная, стильная, она наверняка знает в этом толк! И отказалась бы вряд ли… Да только пошло всё как-то наперекосяк, будь он неладен, этот папенькин сынок!..

Допив кофе, взял мобильник и набрал Артемьеву.

– Михалыч, зайди ко мне… И историю Астахова захвати.

В трубке послышалось жующее «угу».

Антон пришёл через пару минут. Развалившись в кресле, проглядел лежавшую на столе прессу.

– Я смотрю, ты решил погрузиться в мир гламура! Откуда журнальчик-то?

Сергей не ответил. Стоя у окна, он просматривал исписанную неразборчивым почерком больничную карту7. Негодование росло с каждой перевёрнутой страницей.

– Хорошо этот гадёныш устроился, как я погляжу! Где томография? МРТ где?

– Всё будет! – торопливо заверил Антон.

– Что будет? Липа?!

Артемьев только руками развёл.

– Ты прекрасно знаешь, чей это сын!..

– Да мне плевать! Хоть самого принца Уэльского! – взорвался Светлов, – А унижать моих людей на их рабочем месте я не позволю никому!

Антон нервно побарабанил пальцами по столу. Он что-то слышал о вечернем инциденте, так – поверхностно, не вдаваясь в детали.

– И что предлагаешь?

– Выписывай, – коротко ответил Сергей.

– Его папаша сейчас всех на уши поднимет!..

– Выписывай, я сказал!

Поняв, что любой аргумент будет отметён, Артемьев медленно и глубоко вздохнул.

– И с каким заключением?

– Здоров.

– Что-о-о?!

– Здоров! – бросив на стол медкарту, повторил Светлов.

Антон заёрзал на месте.

– Ну не горячись, Серёг… Может, хотя бы за нарушение больничного режима?

Желая побыстрей закрыть тему, Светлов махнул рукой.

– Пиши что хочешь! Можешь даже в клинику пластической хирургии направление настрочить: сейчас ему там самое место… Только, чтоб в отделении я его больше не видел!

Он заканчивал обход, когда на посту сообщили, что его ждет посетитель.

Предчувствия не обманули: в фойе перед ним предстал ни кто иной, как подполковник Астахов, собственной персоной. Поздоровавшись, Светлов

пригласил его в кабинет. Уверенным шагом человека, привыкшего везде ощущать себя хозяином, тот прошёл вслед

за ним.

– Нехорошо как-то, Сергей Саныч, получается… пациентов из больницы выгонять! – без предисловий начал он.

– Так как речь идёт о вашем сыне, могу вас успокоить – в стационарном режиме он не нуждается. – Четко и ясно, а главное невозмутимо: не хватало еще перед погонами расшаркиваться!

– Ещё как нуждается, – вкрадчиво заверил Астахов, – …Так сказать, в силу сложившихся обстоятельств!..

– И вы, посредством больницы, решили как-то повлиять на эти ваши обстоятельства? – холодно осведомился Сергей.

– Предположим, не только посредством больницы, но и за счёт посильных материальных вложений. – Пошарив во внутреннем кармане, Астахов вытащил конверт и положил его на стол. На лице Светлова не дрогнул ни один мускул.

– Уберите! Или я вызову охрану! – сурово предупредил он.

Подполковник поморщился, словно от боли, но быстро взял себя в руки и, забрав конверт, спрятал обратно.

– Зря ты, док, ох, зря!.. Я ведь от чистого сердца!..– и, неожиданно подорвавшись с кресла, наклонился к сидящему напротив Сергею, – Ну пошалил пацан, с кем не бывает!.. Молодой, кровь горячая!..

– Значит понятие элементарной нравственности уже не в счёт?

Астахов натянуто рассмеялся.

– Нравственность? Какая чёрту нравственность! Не видел я фифы той, да и видеть не хочу: наверняка типичная вертихвостка!.. Но не о ней сейчас речь… Ну не хочет парень в армию идти, что ты с ним сделаешь?! Мне три года его побегушек по за глаза хватило. Отец я ему, в конце–концов, или кто?.. – он смолк, переводя дух. Вытер платком выступившую на лбу испарину. – …Тут какие-то две комиссии осталось – и всё! Нет же, теперь ты палки в колёса вставляешь!..

С трудом задавив в себе вскипающую ярость, Сергей помедлил с ответом.

– …Не хочет в армию, говорите? А чего хочет? Красивой жизни? Рестораны, крутые тачки, девочки!.. Здорово жить, когда господствующая вседозволенность подкреплена безграничной отцовской любовью! А тут медсёстры за копейки вкалывают сутками, да ещё вынуждены терпеть унижения от таких, как он!..

– А не попутала ли та непорочная особа унижение со знаками внимания? – язвительно поинтересовался Астахов, – Заставьте свой персонал работать лучше, господин начальник! Обследования надлежащие тщательней проводить… У моего сына, между прочим в детстве черепная травма была с сотрясением!..

– Томограф об этом умалчивает, – отрезал Светлов, теряя терпение, – Поверьте, на данный момент он абсолютно здоров и, к тому же, не в меру резв. И я не вижу необходимости тут его задерживать.

– Значит, это окончательное решение?

– Можете не сомневаться!

Вошедший в кабинет Артемьев, став невольным свидетелем финала столь содержательного диалога, негромко кашлянул.

– Антон Михайлович – лечащий врач вашего сына, – представил его Сергей, – Он оформит необходимые для выписки документы. И, простите, но мне надо работать!