Чтение онлайн

– А то, что у этого ценителя высокого искусства руки в зоновских наколках ты не заметила? – не сумев сдержать упрёка в голосе, спросил Светлов.

– ...Только когда он меня в машину затолкнул... в арке моего дома... – судорожно всхлипнула она, – ...Этот, нерусский за рулём был. Гнал, как сумасшедший... Мы уже далеко от города находились, и тут гаишники на трассе тормозят. Шофёр не остановился... Они долго за нами с мигалками ехали, а потом начали стрелять ... – Ира сглотнула подкативший к горлу ком, – ...В себя я уже в этой комнате пришла...

–

Кроме этих двоих тут ещё кто-нибудь был? – настороженно поинтересовался Светлов.

– Да. Бородатый мужик... кажется, они его Иваном зовут...

– И больше никого?

– Нет...

В голове пульсировал один-единственный вопрос: что могло понадобиться от неё господину Астахову...и знакома ли она с ним вообще?.. А спрашивать нельзя: неспроста ведь он на глаза ей не показывается! И сейчас любой лишней информацией можно собственноручно подписать ей приговор.

– Что они со мной сделают? – захлестнувшее отчаяние готово было выплеснуться истерикой, – ...Выкуп будут требовать? Изнасилуют?.. Убьют?.. Что?..

– Тихо-тихо-тихо, не говори глупостей!.. – Сергей поправил в изголовье сбившуюся подушку, – Давай-ка лучше приляг, а я обработаю рану. – Как мог приободрял, а самого от её слов передёрнуло даже: эта чёртова неопределённость, действительно, сводила с ума.

Смутившись, девушка неловко подтянула соскользнувшую с груди простынь. Нашла ж время стесняться!

Сергей обтёр руки спиртом, пропитал антисептиком бинт и, присев рядом, накрыл ладонью вцепившиеся в бязь пальцы.

– Не бойся, это всего лишь перекись.

– Я не боюсь... – соврала она, и, робко взглянув ему в глаза, задала терзающий её вопрос.

– ...А почему вы здесь?

Его губы тронула улыбка.

– Наверно, чтоб тебе одиноко не было.

Почувствовав лёгкое прикосновение к ране, Ира не смогла сдержать судорожный вздох.

– ...Дома отец с ума сходит от беспокойства...

Скрипнула открывающаяся дверь. Прихрамывая, в комнату вошёл Леший, поставил на стол тарелку, от которой поднимался лёгкий пар.

– Чтобы всё поела, красавица! Тебе сил набираться надо… И ты обедать приходи, – окликнул он Сергея, – Негоже вторые сутки голодным быть.

Светлов коротко кивнул ему вслед. Закончив перевязку, освободил стул от пузырьков, чтобы поставить тарелку с супом. Наваристый, пахнущий грибами и зеленью бульон был как нельзя кстати. А Ира раскапризничалась, будто ребёнок, в сторону отвернулась: “Не хочу! Не буду!” Ну что за выкрутасы! Даже прикрикнуть на неё пришлось, чтоб послушней стала. Помогло: хоть и с уговорами, но поела-таки.

– Молодчина! – он радовался, наблюдая, как на восковых щеках заиграл лёгкий румянец.

Через некоторое время Леший появился снова. Повесил на спинку кровати какие-то вещи.

– На вот, примерь... Твои всё-равно теперь негожие, – собрал со стола посуду и окликнул Сергея, – Идём со мной, поешь и воды подсобишь принести... может, дивчина душ принять захочет... А то ведь у нас тут, как

в соседних апартаментах, удобств нет!

Светлов вопросительно посмотрел на Иру. А у той даже взгляд оживился. Закивала в ответ, потом, как будто смутилась... Ну как тут устоишь перед такой обезоруживающей улыбкой!..

– Отдохни пока... Я скоро вернусь.

Иван разрубил на несколько частей говяжью кость, отставил топор и, обернув мясистый кусок газетой, протянул Сергею.

– Мимо вольера будем проходить, собаке кинешь, чтоб не брехала попусту, – после чего, взяв пустые вёдра, велел следовать за собой.

При виде приближающихся людей псина насторожилась, издавая утробное рычание.

– Грета, свои! – прикрикнул Леший.

Узнав его, та завиляла обрубком хвоста, но на “чужака” рычать не перестала. Лишь с запахом мяса, исходившим от свёртка, в руках Сергея, на неё снизошла благосклонность. Даже повизгивать начала, приплясывая с ноги на ногу.

– Щенная она... Как и все беременные бабы придурковатой стала, – проворчал Иван, – Видал, что творит, сука: за мосол и хозяина сдаст... Покорми и идём...

А ведь поручение-то, по меньшей мере странное: доверить подконвойному собаку сторожевую прикармливать – нелогично как-то! Но... с другой стороны, большой плюс иметь в “союзниках” этакого прирождённого блюстителя порядка.

Ёкнуло-таки внутри, когда вольер отпирал. И хоть результативность “положительного подкрепления” пищевого рефлекса ещё академиком Павловым доказана была, как-то некомфортно стало от близости радостно сопящей клыкастой морды.

Вспомнился приём, которым иногда изводил чуткую психику Пикника: в глаза смотреть не отрываясь. Обычно тот не выдерживал взгляда – отворачивался или вовсе удирал. Только ведь Пикачу – ласковый, одомашненный, затисканный детворой... А тут, бляха-муха, лошадь Пржевальского с волчьей пастью и крокодильим аппетитом!

Впрочем, Грета играть в “гляделки” и не собиралась вовсе. Её больше интересовал свёрток в его руке. Она облизывалась, не зная, с какой стороны лучше взять угощение.

– Держи уже, живоглот чёртов, – впихнув костомыгу вместе с газетой в хищную пасть, Сергей со вздохом облегчения захлопнул дверцу и задвинул засов.

Колонка находилась чуть в стороне от флигеля. Лязгая рукояткой, Иван прокачал насос и подставил ведро под хлынувшую струю.

– Ну что, доктор, с Гретой поладил? – с издёвкой спросил он.

– Как видишь – жив, – Светлов убрал наполнившееся ведро и обмыл липкие от мяса руки.

– ...Животина, она ведь интуитивно человека чувствует, – рассуждал Леший, – Хороший он или плохой...

– В плане гастрономических предпочтений? – усмехнулся Сергей, прислушиваясь к каким-то звукам, доносящимся со стороны флигеля. Как будто голоса... или еще что-то, нарушившее привычную тишину.

Иван ничего не ответил, и отлив воду из переполненных до краёв вёдер, прихрамывая двинулся к дому.