Никогда_не...
Шрифт:
Надеюсь, что на этом разговор о влюбленностях и романтике закончится, но нет. Полина, ты дура, раз думаешь, что молоденькая девочка в ответ на такое просто кивнёт и скажет — а, ну да, влюбилась, хорошо. А теперь давай поговорим о твоей работе.
Глаза у Эмель загораются, и она продолжает расспросы, а я не могу их прервать — потому что настроение при этом у неё самое восторженное, в отличие от того, в каком она была в парке.
— Теть Поль, а это твой жених? У вас серьезно, да? Он к тебе откуда приехал?
Сама того не зная,
— Да, приехал, — говорю ей, стараясь избежать конкретики. — Из столицы вдруг… прискакал. Неожиданно так…
— А! Стоило тебе уехать, как он понял, что любит и жить без тебя не может! — делает вместо меня вывод Эмель и громко вздыхает. — Какая романтика, теть Поль. Так вот к кому ты вчера от нас ушла, да?
— Э-э… Ну, почти, — стараюсь сильно не увлекаться созданием небылицы на пустом месте. — Я ушла сразу, потому что сильно разозлилась на всех. А потом уже оказалось, что он меня… ждал. Возле дома ждал.
— А откуда он знал, где ты живешь? Ты ему специально адрес оставила, а? Типа я такая вся уеду, но ты, если захочешь, возвращай. С пацанами так и надо, да? Можно уходить, но чтоб они знали, где тебя найти?
В очередной раз удивляясь подобному прагматизму, пытаюсь свернуть тему, используя неожиданную догадку.
— Так он же сам эту квартиру для меня делал. Это мой дизайнер, Эмель. Много лет уже знаем друг друга, а тут его прорвало. Всё сразу понял. Неожиданно для себя… — стараясь отогнать от себя образ дизайнера в мазохистском костюме на БДСМ-вечеринке, вдохновенно вру я. Таки вру. Не смогла удержаться.
— Рома-антика, — опять тянет Эмель и мечтательно вздыхает. — А познакомишь как-нибудь? Мне кажется, такого жениха, как у тебя, ни у кого нет. Я точно таких людей еще не видела. У тебя все друзья какие-то необычные. На меня в инсте, кстати, некоторые подписались. Приветы тебе передавали.
— О господи, и кто это? — вздрагивая от неожиданности, спрашиваю я. Опасно так неосторожно смешивать все сферы жизни. Лично я спокойнее чувствую себя, когда они разделены, четко и ясно.
Эмель называет мне имена бывших партнеров по проектам, и я облегченно выдыхаю. Адекватные ребята, и впрямь пришли посмотреть на мою работу. Эти не будут подкатывать к несовершеннолетней, выписывай ей в личку небылицы о столичной жизни и модельной карьере. Не то, чтобы я не доверю своим друзьям, принимая их за растлителей малолетних. Но, зная привычки некоторых из них, девочку-подростка я бы предпочла держать от них подальше. Лет хотя бы до двадцати пяти. И то, если это будут очень бурные двадцать пять.
— Как-нибудь познакомлю. Если он не будет стесняться. Он очень, знаешь, нелюдимый у меня. Вечно сидит и какие-то проекты свои пилит, пилит. И завтра уезжает уже. Работа! — трагично развожу руками я,
— Хорошо! — Эмелька довольно улыбается, перешагивая через порог кофейни, и мы заходим внутрь.
В первые несколько секунд мне кажется, что я попала совсем в другое место. Куда только делись уютная атмосфера и спокойствие, которые всегда были здесь днём. Сейчас все столики забиты, народ толпится у стойки, некоторые стоят и ждут, пока освободится хотя бы одно место.
И пусть сегодня, из уважения к негласному трауру, музыка играет спокойная, в половину громкости, все равно — жизнь, молодость и присущая ей кипучая энергия, понемногу давят сдержанность, с которыми полагается выдерживать траур. Да, сразу становится ясно, о чем, вернее, о ком шепотом говорят то тут, то там, но в то же время в разных углах слышатся взрывы смеха, группки подростков, которые забили помещение, увлечённо спорят о чём-то, иногда спохватываясь, чтобы не слишком увлекаться, веселясь.
Денис царит над всем этим как настоящий главарь и распорядитель. Даже тонкий Сережка заметно оживился, и бегает туда-сюда, пока Дэн, желая произвести впечатление на симпатичных старшеклассниц, остановившихся неподалёку, важно выкрикивает:
— Кафе-латте! Чистая арабика! Только у нас! Только для симпатичных девушек за третьим столиком!
Девчонки за столом смущенно хихикают, а стоящие неподалёку, те, на кого пытается произвести впечатление Дэн, с завистью смотрят на них, мечтая оказать на их месте.
— Ой, мы не сядем, — грустно говорит Эмелька, оживленно стреляя вокруг глазами и по ее лицу видно, как ей хочется здесь остаться. В этой среде, так напоминающую атмосферу подростковых сериалов, которые она, наверняка, с увлечением смотрит, она чувствует себя легко и расслабленно.
— Не расстраивайся раньше времени. Попробуем сесть.
— Латте-макьятто на средний обжарке! Божественный вкус и запах! — продолжает блистать Денис. — Сладкий, как ночи в Италии! Для богинь у нашей стойки! — и эффектным жестом подаёт два напитка девчонкам, и без того не спускающих с него восторженных глаз.
Так, только за одну эту возможность выпендриваться с размахом, он должен обеспечить мне место. Пусть вынесет столик и поставит его где угодно. Но мы с Эмелькой должны сесть.
— Напоминаю всем, что только здесь! Только у нас вы можете попробовать кофе как в Италии! Лучший кофе с родины кофе! Качество подтверждено сертификатом! Сам бариста из Неаполя оценил нас и дал высокие оценки! Успевайте заказать, цены будут повышаться!
— Бариста из Неаполя — это, видимо, я? — подбираясь вплотную, ловлю на себе несколько внимательных взглядов и слышу перешёптывание за спиной. Наверное, кто-то из тех, кто был вчера в зале и слышал мою скандальную речь. — А родина кофе, между прочим, Африка, — безжалостно обламываю вдохновенные порывы Дениса.