Никогда больше
Шрифт:
Эрик повернулся и поприветствовал меня.
— Я не знал, что Спектр увлёкся современным искусством.
О нет. Я натянуто улыбнулась ему, как подросток, застигнутый на месте преступления, когда стояла рядом с ним.
Эрик рассматривал картину, прищурившись.
— Я не уверен, что он хотел передать. На самом деле это не в его стиле, но все же это…что — то.
Я прочистила горло, изображая невинность, пытаясь не обращать внимания на следы от моих рук или от моей
— Кто знает, — пожала плечами я.
Я повернула голову, чтобы посмотреть на картину под другим углом, а точнее, на очертания наших сцепленных рук. Эрик продолжал щурить глаза, а затем они увеличились вдвое. Нет. Только не говорите мне, что он…
— Это…? — он указал пальцем на то, что должно было быть одной из моих ягодиц. Я поджала губы.
— Тебе лучше не знать.
Эрик сделал то, чего я никогда бы не ожидала. Он расхохотался.
— Если бы я ожидал такого поворота событий…
— Даже судьба не могла этого предсказать, — фыркнула я. Я и Спектр — это было непредвиденно.
— Спасибо тебе за то, что ты сделала.
Он благодарил меня за то, что я переспала с Аяксом?
— Я имел в виду, что вдохновила его, — поправил он. — Проект, над которым он работает, важен для него. Он попросил меня полностью заполнить его график на следующие шесть месяцев. У него не было бы свободного времени — для него это большая жертва, но он знает, что это то, что ты должен делать, если хочешь стать легендарным.
Он это сделал? Тихий голос в моей голове кричал: А как же я? Он попросил меня поехать с ним, и я думала об этом. Правда. Я начала составлять план на год. Я могла бы остаться с Луной и навещать его, и, может быть, позже мы могли бы быть вместе? Может быть, можно было иметь всё это. Но в моём сердце образовался узел.
Он пригласил меня как свою музу, а не девушку.
— Так, я полагаю, я не смогу навестить вас, ребята, да? — моя улыбка была холодной. Фальшивой. Напряженной.
Эрик усмехнулся, не имея ни малейшего представления о моём разбитом сердце.
— Я думаю, ты могла бы, хотя с этого момента ему придется сосредоточиться. Должен признать, ты был той опорой, в которой он нуждался, глотком свежего воздуха, чтобы он снова обрёл вдохновение. Ты спасла его карьеру. Мы многим тебе обязаны. Теперь он может сосредоточиться на том, что действительно важно.
На том, что действительно важно.
Я никогда не ожидала, что слова причинят мне такую боль.
Я была мимолётным увлечением. Глотком свежего воздуха. Временной. Средством для достижения цели. Вся его жизнь была распланирована, и в его будущем для меня не было места.
Я не могла винить
— Верно, — я проглотила горькие слова, застрявшие у меня в горле. — Ты не включил в его планы “отношения”, верно?”
— Я всего лишь его агент, Аврора. Я делаю то, что лучше для него — в деловом плане, а не в личном, — он наморщил лоб. — Ты вдохновляешь его как муза. Но ты должна понимать, что если бы у него были отношения с тобой, тебе пришлось бы прятаться. Это было бы рискованно. Ты не стала бы сопровождать его на какие — либо мероприятия, и он не смог бы нарисовать тебя снова без того, чтобы люди не смогли установить твою личность. Он будет путешествовать, рисовать и, возможно, когда — нибудь…может быть, когда — нибудь он раскроет, кто он такой, но…
— Но? — продолжила я срывающимся голосом. — Ты можешь быть честен со мной, Эрик.
— Но я думаю, что отношения отвлекут его. Ты помогла ему вернуться в нужное русло, но прямо сейчас ему нужно двигаться дальше. И тебе это тоже нужно, — он пытался проявлять заботу, но Эрик был бизнесменом, как он и говорил. Он защищал интересы Спектра, а не его сердце. — Ты действительно думаешь, что он мог бы дать тебе то, чего ты хочешь?
— Я думаю, ты знаешь ответ, — Да. Сто раз да. — Что произойдет, если личность Спектра будет раскрыта?
— Ну, мы не можем быть уверены, но мы можем ожидать худшего. Его картины потеряет свою цену. С тех пор как он подписал контракт с Ever After, ему предлагали множество крупных проектов в США и масштабное сотрудничество. Его международная карьера будет такой, какой не была ни у одного художника. Я верю, что он потерял бы всё это, если бы его личность была раскрыта.
— Да, я понимаю. Если ты убьешь миф, ты убьешь историю, — мой голос дрогнул.
— В некотором смысле. Он создал историю вокруг себя. Мы не можем рисковать на данном этапе его карьеры; мы можем потерять слишком многое.
— Тебе не нужно беспокоиться. Я сохраню секрет в безопасности, — сказала я в тот момент, когда Аякс появился у подножия лестницы.
Я знала, что Эрик не мог знать, что чувствовал Аякс и что он чувствовал ко мне. Если бы я прислушивалась к своему сердцу, мне было бы всё равно, поскольку я знала, что он не мог знать его так, как знала я. И всё же здесь я не могла быть эгоисткой. Я научилась заботиться об Аяксе и понимать его душу и то, что им двигало.
— Аякс, — воскликнул Эрик. — Нам нужно поговорить о деле.